Чтение онлайн

Майор поручил прибывшим с ним оперативникам ликвидировать затор, огородить участок, где произошла авария, дождаться экспертов и попросил Рязанцева принести сумку в машину.

В очередной раз заговорила рация. С поста ГАИ сообщали, что при выезде из города задержан «ЗИЛ» 86–18 и спрашивали, как поступить с водителем.

– Снимите показания и можете его отпустить, – устало приказал майор. – Ситуация изменилась.

Дмитрий сидел на стуле, обхватив голову руками, будто опасаясь, что она расколется, когда в комнату вошел Голиков. Не обращая на Серова внимания, он склонился над накрытым белой простыней телом, приподнял ее край и пристально посмотрел на убитого. Майор подивился схематичности своих первоначальных суждений – убитый не был ни Кормилиным, ни Бороховичем. Более того, это лицо майор безусловно видел впервые.

– Так, гражданин Серов, – выпрямившись, резко произнес Голиков, – рассказывайте, почему вы здесь очутились и что произошло.

Дмитрий не отреагировал.

– Мальчишка! – взорвался майор, стремительно шагнув вперед. Ему захотелось приподнять Серова вместе со стулом и хорошенько встряхнуть. – Ух, жаль, что ты не мой сын! Я бы тебе прочистил мозги, как следует прочистил. А потом мы бы поговорили и о прозе жизни, и о чувстве товарищества, и еще о многих других вещах.

– Если б все можно было вернуть… – пролепетал, задыхаясь, Серов.

– Разумеется, – Голиков горько усмехнулся, – теперь мы сидим, поджав хвост, и рассуждаем, что было бы, если бы. – После эмоционального всплеска майор почувствовал какую-то опустошенность. – Ладно, давай быстрей, у меня и без тебя дел по горло. Цель прихода?

Лицо Дмитрия стало покрываться неравномерными красными пятнами, начисто затушевывающими веснушки.

– Я хотел разыскать Толика…

– Могу сказать, зачем тебе нужен был Тюкульмин – это же так несложно. Ты собирался забрать у него пистолет – тот самый второй пистолет, о котором ты умолчал и в ходе следствия, и в разговоре со мной, – майор выхватил из кармана злополучный самопал и ткнул под нос Дмитрию. – Благими намерениями выложена дорога в ад.

Серов ощутил себя зажатым в узком туннеле, ведущем в никуда.

– Тюкульмин мог дать кому-нибудь пистолет? – продолжал Голиков.

– Я не знаю, честное слово, не знаю.

– Где и когда ты познакомился с потерпевшим?

– С Границким? Нас Толик познакомил. В прошлом году. Да я и видел его всего один или два раза. Может, перебросились несколькими словами. Я только слышал, что его зовут Леонид и он работает таксистом. Мне кажется, у них с Толиком были какие-то дела.

– И ты решил разыскать и расспросить о Тюкульмине?

– Да. В таксопарке я узнал его фамилию и адрес, – опустив голову, Дмитрий отрешенно произнес: – Из-за меня погибло столько людей…

– Погоди-ка, о каких людях ты говоришь? – Голиков внимательно посмотрел на Серова.

– Ну как же, – выдохнул Дмитрий, – Моисеев, Толик, теперь еще вот он.

– Толик? А откуда тебе известно о Тюкульмине? – поразился Голиков.

– От него, – Серов указал глазами на накрытое простыней тело. Чувствовалось, что юноша находится на грани истерики.

– Дима, соберись с мыслями и расскажи, о чем вы беседовали с Границким.

Растопыренной пятерней Серов взъерошил волосы.

– Когда я вошел, Границкий сидел в кресле и держал в руках стакан. На полу стояла недопитая бутылка водки. Он предложил мне выпить, но я отказался. Тогда он спросил, какого черта мне здесь нужно. По-моему, он не узнал меня, – Дмитрий застегнул молнию на куртке, хотя в комнате было тепло. Его бил озноб. – Я спросил, где Тюкульмин. Границкий как-то странно посмотрел на меня, затем долил в стакан водку, выпил и начал смеяться. От его смеха мне не по себе стало.

«Твой Толик, – говорит, – там же, где и Петр, и еще кое-кто». При этом он вытянулся в кресле, сложил на груди руки и прикрыл глаза.

– Дальше, дальше… – Голиков впился взглядом в Дмитрия.

– Все, дальше был выстрел. – Серов вздрогнул и повернулся к окну. – Этот гад стоял там. Удивительно, как я его сразу не заметил. А когда Границкий начал сползать на пол, на меня прямо какой-то столбняк напал. Рукой пошевелить не мог. Скажите, вы задержали его?

– Преступник от нас не ушел, – уклончиво ответил Голиков, прислушиваясь к скрипу тормозов и хлопанью дверок на улице. – Дмитрий, постарайся вспомнить, больше он ничего не говорил? Может, называл еще какие-нибудь имена? Это очень важно.

– Нет, – покачал головой Серов, – больше ничего. Поверьте, я все рассказал.

– Сейчас поедешь в управление и все обстоятельно напишешь. Понял?

Дмитрий понуро кивнул. За истекший час он многое осознал и переосмыслил. Это был уже не прежний Серов – ершистый, непокладистый, самоуверенный, с превратно понятым чувством товарищества.

– Слава, эксперты прибыли?

– Да, товарищ майор, – подтвердил вошедший Громов. – Можно приступать?

– Конечно. И вот еще что. Пусть проведут следственный эксперимент, затем заберешь Серова в управление, снимешь показания и отправишь его в КПЗ. Для его же пользы, – задумчиво добавил Голиков.

Майор щурился от резких бликов, заполнивших кабинет и придающих интерьеру необычный вид, – рабочий стол был завален золотыми изделиями. Это скопление ценностей было извлечено из сумки погибшего на шоссе и теперь отсортировывалось в присутствии понятых двумя специально вызванными ювелирами – работниками городского музейного фонда. Голиков не мог решить для себя, следует ли считать везением случай, когда вместо преступника в руках оказалась столь неоспоримая улика.

– Большинство предметов изготовлено в довоенный период и антикварной ценности как таковой не представляют, за исключением разве что вот этого портсигара, инкрустированного платиной и многоцветной эмалью. Любопытная вещица, – ювелир потер указательным пальцем покрытый седой щетиной подбородок. – Есть также царские пяти– и десятирублевые монеты – их более шестидесяти, несколько медальонов и кулонов начала века. С моей точки зрения, вся эта, с позволения сказать, «коллекция» – попросту собрание изделий, награбленных гитлеровцами на оккупированной территории. Взять хотя бы коронки из червонного золота, обручальные кольца, серьги. Вы согласны со мной, Виктория Николаевна?