Трапеция
Шрифт:
– И что это получается? Я видела пассаж не у Старра. Кэри-Кэрмайкл, Вудс-
Вэйленд… – вдруг она села и вскинула палец. – Какое-то маленькое шоу… где-то
в Оклахоме. Ты был ребенком, – она кивнула на Томми, – и вы двое делали какой-
то трюк на одной трапеции. И с вами был старик.
Инна нахмурилась и закусила губу, копаясь в воспоминаниях. Потом щелкнула
пальцами.
– Ламбет. Точно. Летающие Сантелли.
– Марио Сантелли, – медленно проговорил Поль. – Да. Я же слышал, как паренек
называл тебя Марио.
– Да чтоб меня, – сказала Инна. – Потом ты выступал у Старра. Тебя сравнивали с
Барни Парришем! Ты что, от тюрьмы здесь прячешься?
– Я не сказал ни слова лжи. Мое настоящее имя Мэтт Гарднер. Номер Сантелли
распался после смерти моего деда, и я больше не хотел использовать эту
фамилию.
– Ну да, – криво усмехнулся Поль. – Как-то оно не очень, после Старра. Черт
побери, ты делал тройное сальто. Мог бы и поделиться… я бы тебя не выдал.
Томми уловил нотку ревности в его голосе.
В полетах много сублимированной гомосексуальности. Просто большинство
людей не задумываются об этом.
– Какая честь, – протянула Инна. – Наверное, я все-таки выпью пива. По случаю
возвращения знаменитой команды.
Сарказм резанул по нервам.
– Прекрати, – сказал Томми. – Мы не хвастаться явились, ты сама из нас все
вытянула.
– Ладно, ладно, мы все-таки празднуем, – Поль тоже смутился. – Мэтт, Том, берите пиво.
Томми принял банку.
– Я летал впервые за… – он почувствовал тяжелый взгляд Марио. – Впервые с
тех пор, как вернулся из армии. Не буду заставлять миссис Реддик пить в
одиночестве.
– Инна, – улыбнулась та, и Томми ощутил первый укол тревоги.
Проблема.
– Кажется, теперь я понимаю, почему вы слегка задираете носы. Какого дьявола
вы оказались в этой дыре?
Марио пожал плечами.
– Сломал запястье, долго отлеживался. Как еще здесь оказываются…
Поль, сжалившись, явно был готов оставить тему, но Инна вцепилась в нее куда
крепче.
– А по-моему, было там что-то еще. Вы разве не работали у Вудс-Вэйленда? Коу
Вэйленд – приятель моего брата. Вроде бы…
Она нахмурилась, и Томми почувствовал, как волоски вдоль позвоночника встали
дыбом.
– Ты, наверное, пытаешься вспомнить, как мой дед умер во время представления,
– вмешался Марио. – У него случился сердечный приступ прямо в воздухе, и он
выпал из рук моего дяди, Анжело. Он скончался еще до того, как упал в сетку, но
слухов в тот год ходило немеряно.
– Боже, – сказал Поль. – Так я и думал. Сколько ему было?
Он продолжал болтать, но Инна по-прежнему щурилась, и Томми знал: она
пытается поймать размытое воспоминание. И с такой памятью это у нее рано или
поздно получится.
Вернувшись в свой трейлер поздно ночью, Томми и Марио уставились друг на
друга в немой тревоге.
– Чтоб его, этого Бландинга с его гениальными идеями, – Марио принялся мерить
тесную комнату шагами. – С Полем проблем не будет. А Инна завидует. Будь с
ней осторожнее, Том.
– Зачем? Как по мне, так это Поль завидует.
– Sta bene… просто имей в виду, что я предупредил.
– Если у тебя есть, что сказать, говори. Не темни.
Марио смял сигарету.
– Не обращай внимания. Может, ты и прав. Пошли-ка спать.
К удивлению Томми, во время утренней тренировки – они обычно летали
несколько минут каждое утро после проверки оборудования – к ним
присоединилась Инна. Томми этот факт показался вполне закономерным, и он не
понимал, почему Марио так хмурится.
Инна работала аккуратно и старательно, но практика не принесла ей особой
пользы. Она явно перешагнула ту грань, которая отделяет любителя от
профессионала, однако уже достигла своего потолка, а он был невысок. Когда
они работали втроем, Марио ловил их, и Томми списывал его недовольство на то, что он не любит выступать в роли ловитора (Марио охотно ловил лишь Томми да
Лисс). Вскоре приглашение на кофе после тренировки вошло в привычку. И так
же привычно Томми соглашался, а Марио отказывался. Инна была яркой и
остромной, даже ее сарказм казался забавным. Марио порой журил Томми по
этому поводу.
– Заслужить симпатию сестры босса – отличная идея. И она готовит
замечательный кофе. Не такой, как делаешь ты.
– Наверное, цикорий кладет, – фыркнул Марио.
– А мне нравится. Я ведь вырос на Юге.
– Лисс варила такой во время войны, когда кофе выдавали по карточкам. Но
никто из нас его не пил. Подлизывайся к Инне сколько хочешь, ты уже большой
мальчик, но я по-прежнему думаю, что это неразумно.
– Да ладно тебе, лучше скажи мне спасибо, – подтрунивал Томми. – Пока я ее
отвлекаю, ты можешь заняться Полем.
Марио сжал губы, и Томми понял, что перестарался.
– Заткнись, а?
Несколькими днями позднее за кофе в трейлере Реддиков Инна сказала:
– Сезон кончается через пару недель. Вы с Марио не остаетесь?