Чтение онлайн

Паж подхватил ее на руки.

– - Дыши!
– прикрикнул он.
– Дыши. На шесть счетов. Вдох: Раз, два, три, четыре, пять, шесть. Выдох: раз, два, три четыре, пять, шесть. Дыши, Мирр тебя подери!

Нелли послушно дышала, наслаждаясь покоем. Паж осторожно поставил ее на землю.

– - Двигайся, можно очень медленно, но надо шевелиться.

Нелли опустилась было на земли, но жесткие руки Пажа опять заставили ее подняться.

– - Ходи! Дыши. Раз, два, три, четыре, пять, шесть. Вдох. Раз, два, три, четыре, пять, шесть...

Через какое-то время Нелли поняла, что уже способна воспринимать окружающую действительность. Паж разрешил ей лечь на теплую землю и стал снимать булыжники, шипя от боли.

– - Как тебя зовут?
– вспомнив обещание, спросила девочка.

– - Хмель. Дурацкое имя, правда?

Нелли так и не открыла глаз, но знала, что избитый камнями Паж улыбается.

Даже не закрывая глаз он видел, как пытается залезть к отцу на колени, но даже приподнявшись на цыпочки достает лишь до уголка стула. Прикосновение уродца раздражает родителя и тот пинает маленькое тельце так, что ребенок отлетает к стене.

– - Мальчик-с-пальчик, мальчик-с-пальчик!
– - дразнятся братья.

– - Я вовсе не с пальчик, я до морды Крума, - шестилетний Хмель знает, что плакать нельзя, иначе ему достанется еще и от братьев, но предательские слезы вот-вот прорвутся двумя блестящими дорожками. Словно услышав свое имя, пес подходит лизнуть малыша в макушку и редкая ласка все-таки открывает запруды в глазах.

– - Смотрите, мальчик-с-пальчик плачет! Нюня! Ты ж утонешь в собственных соплях! Надо тебе охладиться, - один из братьев кидает Хмеля в чан с бельем. Мальчик изо всех сил старается удержаться на поверхности, но маленькие ножки не достают до дна, а тяжелые простыни облепляют худые руки. Вода попадает в нос, мыло щиплет глаза. Хмель набирает побольше воздуха и уходит вниз -- может, ему удасться оттолкнуться ногами от донышка?

– - А-а, чтоб вас, балбесы!
– беззлобно ворчит мать, выуживая младшего сына из чана.

За последние три дня Нелли успела дойти до точки. Даже Маринетт, всегда служившая ей жилеткой, а заодно и источником вдохновения, не помогала. Сидя рядом с девушкой на берегу озера и наблюдая как пододеяльники полощут в воде белые спинки, Нелли вздыхала на все лады. Но ее подруга не обращала на старательные вдохи и выдохи ни малейшего внимания.

– - Ты что, совсем не думаешь о бале?
– наконец завела светский разговор девочка.

– - Стараюсь не думать.

– - И об Аркте забыла?
– не поверила Нелли.

Маринетт машинально сунула руку в карман своего старенького фартука.

– - Что там у тебя? Покажи?

Девушка смущенно достала туфельку.

– - Она такая красивая... Я уж-жасно благодарна вам с Пажом. Когда мне кажется, что Он просто плод моего воображения, я прикасаюсь к твоему подарку и на душе сразу светелеет.

– - Вообще-то это Паж наколдовал, - уточнила Нелли.
– Я еще ничего такого не умею.

– - Да-да, поблагодари его от меня, - рассеянно попросила красавица и снова мечтательно уставилась на простыни.

– - Ну, я пойду?
– неохотно спросила Нелли.

– - Конечно, - быстрая улыбка Маринетт солнечным зайчиком мелькнула в начинающих сгущаться сумерках.

Нелли взяла корзинку каштанов, которые несла от Золлы до домика Феи вот уже больше часа, и встала.

– - Пока!

– - Счастливо тебе.

Девочка обогнула холм и решила немного срезать дорогу через рощу, чтобы избежать встречи с неприятными соседями. И, конечно, тут же на них наткнулась. "Почему я такая невезучая"!
– от обиды она топнула ногой. Каштаны высыпались на дорожку.

– Дрожащая корова! Ау-у? Ты что, оглохла? Иди к нам, мы покажем тебе, что должны знать настоящие волшебники, - гоготали оруженосцы.

– - Я их не слышу, не слышу, - твердила Нелли, пытаясь собрать рассыпанные каштаны обратно в корзину.

– - Смотри, у нее уши уже жиром заплыли. А ну-ка, дай мне тот помидор.

Нелли хотелось убежать и спрятаться под стол, но она продолжала складывать коричневые шарики. Они ничего не посмеют мне сделать. Ничего. Иначе Паж им уши открутит, а Фея превратит в лягушек. Или в червяков. Или, или... в прыщи!

– - Что, нет твоего защитничка? Пошел, наверно, в навозе копаться, никак отвыкнуть не может.

– - Точно, они, крестьяне все такие, если навозом не намазался, считай, день прошел зря.
– захохотал Рыжий.

– - Ты! Ты идиот!
– не выдержала Нелли.
– Сами вы -- навоз.

– - Ты смотри, она и разговаривать умеет.

– - А ну-ка, на бис: скажи "я навозная корова"

Нелли сделала шаг к обидчикам и вдруг почувствовала, что именно он -- самое правильное, что только можно было сделать. А теперь надо шагнуть назад. И в сторону. Снова вперед. Каштаны высыпались из внезапно расслабившихся рук девочки, которые повисли веревками. "Я зажигаю огонь" - пропел кто-то у нее в голове и девочка послушно повторила "я-а зажигаю огонь". Все оказалось совсем просто: правая нога вперед, левая назад, наклон. Оказывается, танец -- вовсе не прекрасные пируэты в облаках, а вот этот дремучий ритм, наполнивший тело: "я зажигаю огонь". Почему-то она увидела себя на поляне у пещеры. На ней темный плащ. Она жрица. Шаг вперед, шаг назад, наклон, и опять -- шаг, шаг, наклон. Руки разведены в стороны -- это крылья огня. Племя замерло вокруг, затаив дыхание, остановив ток крови в жилах. Они бояться. Они ждут. Сейчас дело за жрицей. Яростно, отчаянно, сильно взлетают руки, резкие вдохи и выдохи рвут грудь. Вот побежали по веточкам первые язычки пламени -- я зажигаю огонь. Кто помешает? Кто осмелится? Ну? Я сила, я страх, я ярость. Вот уже пламя ревет посреди поляны и фигура в капюшоне откидывает ненужную более накидку, правая нога вперед, левая назад, племя застыло в благоговении. И жрица поворачивается, чтобы выйти из круга, люди не могут оторвать взгляда от пламени, неважно, сто дикарей или двое оруженосцев. "Я та, что зажигает огонь". Шаги мельче, голос тише, жрица кутается в плащ, а по холму кто-то бежит, размахивая руками. Кто-то зовет "Нелли! Нелли! Не надо, сгоришь!" Причем тут какая-то Нелли? Я - та, что разжигает огонь. Но слово сказано и ритм меняется.

В груди у девочки костер превращается в лотос. Белый, чистый, спокойный. Руки сами собой раскрываются лепестками, так что стонут сухожилия. Поворот, поворот, шаг. Коснуться партнера, влиться в общий хоровод. Пусть весь он -- одна Нелли, что из этого? Зато ее -- много, столько, сколько захочешь. "Загляни в себя, найди покой". Вьется, вьется водяная воронка, кружатся лепестки лотоса. Там, где все знакомо, где ты в безопасности, где рядом с тахтой -- торшер на гнутой ножке и стакан сладкого чая с молоком. "Загляни в себя, найди покой". Руки раскрыть, шаг, шаг, поворот. Лотос засыпает, подрагивая белоснежными лепестками, а Нелли падает на тахту. У нее нет сил открыть глаза. Спать, спать, спать...

Глава 12 ФЕЯ

Фея прошла в квартиру и привычным движением скинула одежду на место. В ванной ее встретил мурлыкающий кот, отпрянувший при звуке горячей воды. Замерзшие руки медленно расслаблялись. Где я опять умудрилась потерять перчатки? Кожа становилась теплой, а вихри снега, заменяющего волшебным существам движения души, вдруг опали, испуганные непривычным наплывом чувств. "Совсем, совсем человеческих!" - гордо подумала Фея. Раньше она никогда не испытывала таких эмоций. Тело послушно порылось в памяти и предложило подходящие определения - ревность, страсть, чувство собственности. Наверно, вернее всего будет "чувство собственности", - размышляла Фея. В сущности, для Феи не существовало понятия "мой". Даже руки, ноги, имя - все это не было ее. Вернее, она не задумывалась об этом, ей никогда не хотелось что-либо иметь. А теперь захотелось - Андрея. Фея прижала руки к груди и вдруг почувствовала себя молодой. Кажется, тогда ей тоже хотелось, чтобы весь мир был - ее. Вернее, он и был - ее. Потом она стала взрослой, затем - старой. Уникальное состояние для Фей.