Чтение онлайн

поблизости.

Райли узнал детали от мотора «Гном», гаечный ключ.

— А вот еще кое-что, — Уэллс показал на две сгоревших дымовых шашки.

Они продолжили осматриваться и за дюной обнаружили наконец самолет: его крылья

были изрезаны ножами, хвост и мотогондола разломаны на части. Кругом виднелись

пятна крови и бензина.

Лейтенант Уэллс отошел — вернулся к раненым бедуинам.

Пока Райли осматривал место гибели самолета, до его слуха донеслось несколько

выстрелов.

— Вы нашли тела наших летчиков? — спросил Райли, не задавая своему летнабу никаких

вопросов касательно выстрелов.

— Нет, сэр. Ни малейших...

Лейтенанты Мерц и Борн так и остались «пропавшими без вести»...

3 апреля 1916 года Веллингтон

Скотланд вернулся на родину совершенно больным: хроническая болезнь горла,

малярия...

Он так и не смог больше принимать участие в военных действиях.

22 сентября 1918, Гринфилд, САСШ

Знаменитый новозеландский пилот капитан Джозеф Хаммонд находился в Америке с

британской авиационной миссией, где виртуозными полетами на аэроплане рекламировал

четвертый военный займ.

Воздушный парад в Гринфилде заканчивался триумфально. Была уже половина шестого

вечера.

И вдруг... «Бристоль Файтер» зацепился левым крылом за дерево. Самолет рухнул с

высоты в двести метров в кукурузное поле.

Джо Хаммонд, летчик, на счету которого не было ни одной аварии, погиб на месте! Ему

был тридцать один год.

...Гроб Джо Хаммонда накрывали американский и британский флаги, залп давали

американские и английские летчики. Тысячи горожан пришли на поминальную службу,

которую провел епископ города Индианаполис.

— Для меня честь предоставить наш семейный мавзолей для останков этого прекрасного

пилота, офицера, патриота, — с чувством говорил на поминальной службе Карл Фишер —

человек, построивший то самое скоростное шоссе, возле которого разбился самолет

Хаммонда.

* * *

...Таков был конец большой главы — самой первой главы развития авиации.

Новозеландские пилоты вписали в нее славные страницы.

88. Лучший во Франции, первый в

Аргентине

2 октября 1938 года, Бланьяк (недалеко от Тулузы)

— Сегодня все получится. Удачи, Марсель!

Эмиль Девуатин пожал руку летчику-испытателю.

На новый самолет — истребитель D.520 — фирма возлагала очень большие надежды.

Еще бы — после череды неудач... В свое время D.510 — более ранний истребитель

Девуатина со стреляющей через вал винта двадцатимиллиметровой пушкой — был

известен во всей Европе. Это была поистине новаторская машина, предвещавшая своими

конструкторскими решениями новую эру в самолетостроении.

Возможно, поэтому конструкторское бюро Эмиля Девуатина и получило приглашение от

Министерства авиации участвовать в разработке современного истребителя —

цельнометаллического моноплана.

В январе тридцать шестого машина была готова. Доре поднял ее в воздух... и оказалось,

что скорость самолета недостаточна.

Все попытки переделать машину так, чтобы она могла развивать требуемые четыреста

пятьдесят километров в час, ни к чему не привели. Конкурент — «Моран-Солнье» —

обошел фирму «Девуатин».

Эмиль не сдался и вместе со своим инженером Робером Кастелло продолжил работу.

«Требования изменились, — холодно сообщил Девуатину чиновник Министерства

авиации. — Вы же видите, как быстро меняется военная техника! Еще год назад нас бы

устроили четыреста пятьдесят километров в час, но сейчас необходимы не менее пятьсот

двадцати».

Чего стоило добиться заказа на изготовление хотя бы двух прототипов! И сейчас от

полета Доре зависит судьба всей фирмы. Останутся ли «Девуатины» в небе?

Машина взлетела. Девуатин напряженно следил за ее полетом. Собравшаяся публика

шумно выражал восторг — люди еще не привыкли к таким стремительным самолетам. Но

Эмиль замечал другое: у нового самолета плохая путевая устойчивость. Что еще скажет

Доре?

И главное — какую скорость он сумеет развить?

...Марсель Доре посадил самолет через полчаса, сдернул шлем, обтер платком потное

лицо. Еле заметно покачал головой.

Не более четырехсот восьмидесяти километров в час. Заказа опять не будет.

2 ноября 1939 года, Тулуза

— А вы не сдаетесь, мсье Девуатин, да? — заметил чиновник Министерства авиации.

Эмиль пожал плечами:

— Выбора нет. За минувший год мы многое сумели усовершенствовать.

Это не было пустой похвальбой.

Второй прототип D.520 развивал требуемую скорость. Но главным было даже не это —

истребитель показывал высокую скороподъемность, отличную маневренность и был

неплохо вооружен: четыре крыльевых пулемета и двадцатимиллиметровая пушка.

Даже скептически настроенный чиновник Министерства вынужден был признать — после

попыток придираться, — что Девуатину опять удалось построить хороший самолет.