Чтение онлайн

С любовью Эдит Мейсон

Р.S. Не выходи из гнезда, сынок. Твои соплеменники подняли бунт. Приемный отец-самец Сэм Мейсон»

Роджер ЖЕЛЯЗНЫ

ТРИ ПОПЫТКИ ДЖЕРЕМИ БЕЙКЕРА

Джереми Бейкер оказался единственным, кто уцелел, когда двигатели Вартон-Пурга вынесли "Ворона" в окрестности черной дыры, и ее приливные силы незамедлительно сделали свое дело. Тяжко застонав, корпус корабля пошел крупными трещинами, а все индикаторы на его борту истошно завопили об опасности, лихорадочно перечисляя десятки возникших проблем. Джереми повезло лишь потому, что в момент катастрофы он был облачен в сверхпрочный скафандр, проверкой которого занялся от скуки, и успел напялить шлем, который держал в руках.

Он опрометью бросился к командной рубке в надежде снова запустить вартон-пурговский привод и вновь нырнуть в гиперпространство, хотя в данных обстоятельствах это, скорее всего, привело бы к взрыву корабля. Но "Ворон" так или иначе собирался взорваться, и попробовать стоило.

Впрочем, добежать он все равно не успел.

Корабль развалился на части буквально под его ногами. Джереми показалось, что среди кружащейся сумятицы гигантской мусорной тучи мелькнула на секунду фигура в легком форменном комбинезоне, но сказать наверняка он не мог. Куски "Ворона" как-то уж слишком быстро разлетелись в разные стороны, и Джереми очутился один в пустоте. Глотнув воды из аварийного запаса, он вяло подумал о том, когда же наконец почувствует невыносимую тяжесть в ногах, затягиваемых в гравитационный колодец быстрее, чем прочие части тела. Или это будет голова? Кажется, он полностью потерял ориентацию.

Все еще наполовину в шоке, Джереми огляделся в поисках непроглядной, беззвездной черноты. Да, вот и она. Значит, все начнется с правой руки?.. Что ж, по крайней мере, нестандартный способ распрощаться с жизнью. Сколько бы баек ни рассказывали на сей счет, на деле очень и очень немногим довелось испытать подобное приключение.

Через какое-то время Джереми показалось, что он слишком долго дрейфует в направлении черной дыры, не испытывая никаких особых ощущений. Если не считать, конечно, неясного пятнышка света, то и дело мелькающего рядом с ним; о причинах этой галлюцинации он мог лишь догадываться. В конце концов на Джереми навалилась неодолимая дремота, и он заснул.

– Ну вот, – удовлетворенно произнес чей-то голос. – Так-то лучше.

– Что?.. Как?.. Кто это?!

– Я флип, – ответил голос. – Тот самый мерцающий огонек, о котором ты недавно думал.

– Ты здесь живешь? – спросил Джереми.

– Конечно, с незапамятных времен. Для энергетического существа, владеющего психосилой, это вовсе не проблема.

– И твоя психосила помогает нам общаться?

– Да, Джереми. Покуда ты спал, я встроил в твой мозг телепатическую функцию.

– А почему меня все еще не растянуло в тысячемильную макаронину?

– О, я поставил антигравитационное поле между черной дырой и тобой. Это поле аннулирует ее тяготение.

– Зачем ты мне помогаешь?

– Всегда приятно поболтать с кем-нибудь совсем новеньким. Признаюсь, мои соплеменники по большей части ужасные зануды.

– Выходит, вас тут целая колония?

– Разумеется. Это превосходное место для изучения физики, а мы любим заниматься научными исследованиями.

– Я всегда полагал, что в подобных условиях не может развиться жизнь.

– Ты прав. Когда-то мы были материальными существами и прошли долгий путь эволюции, прежде чем наше солнце собралось сделаться суперновой. Тогда мы предпочли трансформацию бегству и остались здесь, чтобы изучить это при-г родное явление вблизи и во всех подробностях. Думаю, ты уже догадался, что черная дыра и есть наша прежняя звезда: Лучшая лаборатория во Вселенной! Сейчас я все тебе покажу… Теперь ты сможешь уловить гораздо больше, ведь я немного поработал над твоими органами чувств, чтобы расширить их диапазон. Видишь ли ты ореол радиации Хокинга над горизонтом событий?

– Прекрасно вижу. Лавандовый, фиолетовый, пурпурный… Очень красиво. Просто великолепно. Скажи-ка, если я спущусь еще ниже и пересеку горизонт событий, мое изображение и впрямь останется там навечно? Смогу я потом вернуться и поглядеть на себя?

– И да и нет. Плененные гравитацией световые лучи действительно запечатлеют твой образ на горизонте событий. Но ты не сможешь вернуться и увидеть себя ныряющим в дыру. Уж что попадет туда, обратно точно не возвратится.

– Прости, я неудачно выразился. Скажи-ка… Если вас, флипов, так много, должны ведь быть какие-то имена.

– Зови меня Ником, – сказал флип.

– Отлично, Ник. А теперь скажи, что это за гигантские темные массы, которые я вижу, и тучи светящихся точек вокруг них?

– Это мои сородичи, занятые текущим экспериментом. Я несу тебя мимо них на очень высокой скорости.

– Да, я заметил, что дыра занимает уже большую часть неба. А в чем суть эксперимента?

– Эти темные массы не что иное, как останки десятков тысяч звезд и планет, транспортированных нами сюда. Сейчас ты видишь лишь те, что находятся в обычном пространстве. Мы вытаскиваем их из высших измерений по мере надобности и отправляем в путешествие сквозь дыру.

– Но зачем?

– Чтобы увеличить скорость ее ротации.

– Это понятно. Но какова конечная цель?

– Создание закрытых петель квазивремени. Тогда мы, флипы, сможем вернуться назад в прошлое.

– Надо же… И как, есть успехи?

– Да, некоторые уже есть.

– Послушай, Ник… Вы можете устроить так, чтобы я очутился на "Вороне" до того, как он взорвался?

– Боюсь, ты торопишь события. Однако интересно проверить.

Они уровняли скорость с мерцающей конгрегацией флипов. Ник подлетел к самому большому огоньку и вступил с ним в беседу, протекавшую в виде сверкающих разрядов молний.

– Вик говорит, что есть одна петля, которая, возможно, способна сделать это, – обратился он к Джереми через какое-то время.

– Тогда позволь мне воспользоваться ею! Пожалуйста.

– Однако твой разум должен обладать достаточной мощью, чтобы изменять скорость передвижения посредством одной лишь чистой мысли, – назидательно заметил Ник. – Нам сюда.

Джереми последовал за ним исключительно силой собственной воли. Внезапно он увидел перед собой массу переплетенных линий, которые более всего смахивали на трехмерную схему компьютера, сгенерированную в пустом пространстве.