Чтение онлайн

"Что происходит? Ты мне ответишь, что происходит - или нет?"

– Я? Я отвечу?
– Кира захихикала.
– Я отвечу: когда страшно, бьется мое сердце. Это ты это начал, это ты меня этому научил... Но зачем ответ, если ты меня не слушаешь? Не хочешь слушать меня - слушай Фыля!
– Она раскинула в стороны тонкие белые руки и закружилась на месте, - Слушай Фыля, слушай Фыля, слушай-слушай, вдруг - услышишь?

Растрепалась, зазеленела русая коса, расплескался по кабинету душный, тяжелый запах гнили. Показалось, тени выползли из углов, окружили русалочку, что белела средь них болотным огоньком, не разгоняя, но делая окружающую тьму лишь гуще.

И как будто она призвала его своим бессмысленным танцем, на пороге кабинета и впрямь появился встрепанный Фылек. Стеклянный глаз смотрел куда-то вбок, отчего лицо его приобрело придурковатое выражение. Он открыл рот и выпалил:

– Там!
– и, чуть отдышавшись, - Васку того! Убили...

Васке очень повезло.

Когда он увидел оседающую на руки похитителей Ковь - он не дернулся спасать ее. Он замер на мгновение, в какой-то совершенно дурацкой надежде, что он все неправильно понял, плохо разглядел в сгущающихся весенних сумерках.

Замер... а потом продолжил свой путь, как ни в чем не бывало под тяжелыми взглядами пяти пар глаз. Нет, его не отпустят из этого замечательного темного переулка; но ему этого и не нужно. Если он все сделает правильно...

– Эй, ты! Мужик!

...то он навяжется похитителям и тем придется везти его со всем возможным почтением. Даже если это все-таки не Ковь, не потворствовать же похищению!

Иногда знаки Ха на вороте могут сослужить неплохую службу, особенно если к знакам прилагается подходящая голова. Рубаху в дорогу Васка надел старую, счастливую, обтрепавшуюся за время долгих блужданий с Ковью, куртку же накинуть просто забыл, и теперь порядком мерз и готов был побиться об заклад, что синюшностью и небритостью лица весьма смахивал на пропоицу из тех, кому давно нипочем и холод, и жара. Заподозрить в нем аристократа мог бы лишь полумифический верный дворецкий, у которых, говорят, на такое особое чутье. Если, конечно, стойкий запах лошадиного пота это чутье бы не отшиб: Васка почти сутки провел в седле.

Верность же богу хаоса вполне оправдывает эксцентричность поступков. Служение богу удачи гарантирует бережное отношение тех, кто всю свою жизнь ходит по острию ножа. К счастью, они недостаточно грамотны, чтобы знать о будущем сыне Ха, что вот-вот заберет у отца эту силу... или, так же как и Кови, им плевать.

Васка широко развел руки, показывая, что не собирается браться за меч. Пошатнулся, будто не в силах удержать равновесие.

– Я просто иду мимо. Мир вам, сыне.
– Сказал он неожиданно охрипшим голосом.
– Кого берем?

У того, у стены - не арбалет ли? Ошибется, дрогнет - и уже не сможет играть в верного рыцаря и спасителя - с болтом-то в голове и ножом в пузе. Кисловатым привкусом во рту накатил запоздалый страх.

– Ох, сунул ты нос не в свое дело брат, да не вовремя.
– Угрюмо отозвался один из громил, тот, у кого на куртке была здоровенная обгорелая прореха, - Как только мимо шугая прошел?

Дураком надо быть, чтобы не понять: они подготовились достаточно хорошо, чтобы не ожидать постороннего мужика в переулке.

Васка подавил трусливое желание повести себя этаким аристократом, которым нет дела до разборок черни: это был выход, не будут они связываться... Вот, достаточно сейчас плечи расправить и зареветь оскорбленно: "какой я тебе брат, смерд вонючий?!"

В горле пересохло. Нет, не получится рева. Да и ребятки-то серьезные, могут и не испугаться: мало ли их таких, аристократишек безземельных, сбежавших со службы - да в увольнительную? Васка машинально провел ладонью по коротко стриженому затылку.

Нет, сейчас он смахивает максимум на дезертира.

Да и что потом? Если не успеет он позвать стражу, если не сможет вытащить Ковь - он же и станет тем самым дезертиром. Окончательно и бесповоротно.

Назвался рыцарем?

Спасай прекрасную даму. Некогда рассуждать.

Раз уж решил играть блаженного - на полпути останавливаться не стоит.

– Был шугай? Видать, не судьба мне была его заметить. Не иначе как Ха, - Васка рассеянно провел пальцами по вороту, - меня направил.

Хотелось взять себя за ворот и хорошенько встряхнуть за промелькнувшие было трусливые мысли. Размяк, завладелся, чуть не забыл, кто он Кови и кто Ковь ему. Столько времени за ее огнем прятался; пришла пора самому силу показать.

Или хитрость. В отличие от силы, Васкиной хитрости могло и хватить на пятерых... если их тут не больше. Они брали магичку... магессу. Их должно быть больше.

Вот почему бы брату вместо откровений про банки не объяснить бы брату пары-тройки интересных слов? Расширить словарный запас. Раз уж он так ратовал за всеобщее образование, то мог бы и сам что-нибудь ради него сделать.

Шугай, наверное, кто-то, кто стоит на стреме. Но на стреме может оказаться и мелкий вертлявый паренек, и вышибала. А драка с шестерыми не входила в его планы. Вообще никакая драка не входила: он понимал, что в темном узком переулке у него крайне мало шансов выстоять против хоть сколько-нибудь умелого бойца с заложницей. Стоит им приставить к горлу Кови нож - и все, никакой меч не поможет.

– Да, где он, чет я его не вижу?
– Спросил тот, что держал Ковь, густым басом.

– Да Ха его разберет, без обид уж, брат.
– Сплюнул обгорелый.
– Сестрица настояла - мы его взяли. Я сразу говорил: свистнет, как не видели, стоит отвернуться. Что есть, что нет. Но ты проверь: может, отошел куда?
– Кивнул другому, тот вышел из переулка, - А ты, брат, иди своей дорогой. Мы тех, что под дланью Ха, не трогаем.
– Снисходительно сказал он Васке.

Тот подавил навязчивое желание положить руку на меч.

Все хорошо, поверили.

Улыбнулся беззаботно.

– С вами хочу.

– Чейта?

– Девка понравилась, - бесхитростно ответил Васка, продолжая улыбаться.

Ныли уголки губ, хотелось напрячь плечи и хотя бы встать в стойку, но он не позволял рефлексам взять верх: как только они увидят в нем не мирного блаженного из-под левой длани Ха, так сразу можно и с жизнью попрощаться.

– Не про твою честь девка-та!
– Гоготнул Горелый, - Рыцарская женка!