Чтение онлайн

– Ну вот и все, – сказал Трувор, заканчивая перевязку. – Теперь давай попробуем встать. Кость на ноге не задета, так что должно получиться.

На ноги Светослав поднялся с трудом – большая потеря крови давала о себе знать. У юноши кружилась голова, телом овладевала слабость, и ему было больно ступать на раненую ногу. Однако, превозмогая головокружение и боль, он оперся на плечо друга и медленно с его помощью побрел в сторону берега.

– Как это тебя угораздило, – причитал по-старчески Могута, помогая раненому добраться до кормы. – Сейчас я чего-нибудь подстелю…

Когда Светослава уложили, вернулся Будимир и начал торопить воинов усаживаться на ладью. Опасаясь, что местные жители соберутся с силами, Вислав приказал как можно быстрее уходить. Несмотря на неожиданность нападения и численный перевес, русы потеряли ранеными и убитыми почти сто человек.

– Все, отчаливаем! – выкрикнул стоящий на носу Будимир. – Весла на воду…

Они быстро отошли от берега и, развернувшись, заняли место в конце ближайшего к ним ряда судов. Предполагая возможность нападения, Вислав выстроил ладьи в две линии, разместив между ними кары данов с освобожденными и захваченными пленниками.

Опасения князя были не напрасны – в самом узком месте пролива между островами их ждало три десятка рыбацких лодок с вооруженными людьми. Ветер благоприятствовал, и Вислав приказал поднять паруса и приготовиться к бою. Но с появлением красных парусов 19 строй лодок данов начал распадаться и появилась надежда пройти пролив без боя.

– Что там? – полюбопытствовал лежавший на корме Светослав у Могуты, когда услышал команду поднять парус и приготовиться к бою.

Перед этим он попытался привстать, но сразу понял, что не сможет.

– Красные паруса им явно не по вкусу, – заметил с гордостью кормщик, всматриваясь вдаль. – Даны гребут к берегу.

Однако опасность атаки оставалась, и все воины были настороже. А островитяне лишь сопроводили руские ладьи в открытое море, так и не отважившись на них напасть.

– Кишка у них тонка тягаться с нами! – заявил радостно Могута. – Бивали мы их и бить будем…

Слушая его оживленные комментарии, Светослав вдруг с горечью подумал, что нескоро он теперь станет пятидесятником.

– Нашел время ворошить это осиное гнездо! – возмущался Мстивой, когда, приехав к Виславу, узнал о подвигах младшего брата. – Я очень удивлюсь, если эти ублюдки не захотят нам отомстить. А ты знаешь, что они вытворяют на землях франков?

– Мы не франки и не станем терпеть их разбои, – возразил Вислав старшему брату. – О чем они должны всегда помнить. К тому же наш поход одобрил бог Световит и мы сражались под его стягом.

Для Мстивоя его последние слова оказались полной неожиданностью. И хотя он считал, что давно прошли те времена, когда соседи боялись сунуться на побережье Гардарики 20 , продолжать упрекать Вислава великий князь русов и вендов 21 не стал. В его планы не входило оспаривать волеизъявление Световита, а тем более ссориться с верховным жрецом Богомилом.

– Ладно, попробую все уладить с данами, – пообещал он. – Отправлю к ним нашего племянника Радмира, который ездил в Бардовик и неплохо там справился с поручением.

В прошлом году восточные франки, переправившись через реку Эльбу, или по-славянски Лабу, опять напали на земли ободритов и подвластных им племен. Понимая, что в одиночку ему с ними не справиться, ободритский король 22 Табемысл обратился за помощью к Мстивою.

Окончательное подчинение восточными франками ободритов представляло для великого князя русов и вендов серьезную угрозу. К тому же Мстивой принадлежал к младшей ветви 23 правившей у ободритов династии. И хотя Вислав был против прямого вмешательства в войну с франками, переубедить старшего брата ему не удалось.

Совместными усилиями франки были разбиты и остатки их войск бежали за Лабу. Но и славяне понесли большие потери, поэтому Мстивой, не дожидаясь нового вторжения, начал с ними переговоры через двоюродного брата графа Барденгау Вихмана. Результат поездки Радмира был еще не ясен, но военные действия пока не возобновлялись, что обнадеживало.

– Однако ты все равно не расслабляйся, – предостерег брата Мстивой. – Опекуны Хорика еще плохо контролируют многих конунгов данов.

Три года назад между отцом нынешнего короля Хориком и его племянником Гудурмом вспыхнула вражда, закончившаяся гибелью обоих. Победившие сторонники Хорика объявили королем его сына, которого тоже звали Хорик, но многие конунги, особенно на севере, так и не признавали власть тринадцатилетнего мальчишки.

– Я уже удвоил дозоры по всему острову, – заверил брата Вислав и, желая перевести разговор на другую тему, поинтересовался новостями из земель франков.

– Пока ничего нового, зато у нас могут появиться неприятности на востоке. Тут ко мне заезжал наш родич словенский князь Гостомысл 24 и жаловался на старшего внука, который, придя к власти после его смерти, может отказаться выплачивать нам дань.

– А что, двести гривен для тебя большая потеря? – заметил беспечно младший брат.

– Разумеется, потеря невелика, но Гостомысл опасается, как бы его старший внук опять не попытался прибрать к рукам все торговые пути на Волгу. Старик-то понимает, что мы этого не позволим, и не хочет новой войны.

Лет тридцать назад князь словен Буревой, женатый на дочери кагана 25 русов Гостомысла, посчитал, что все ближайшие земли тестя, через которые проходили пути в Хазарию, должны отойти ему. Ведь остальные земли русов после смерти не имевшего сыновей Гостомысла достались его племяннику Радегасту, одному из ободритских князей.

Вообще-то первыми из славян путь на Волгу и дальше, в Хазарию, освоили венды, которые называли себя велетами 26 . Вначале он проходил по рекам Волхову, Мсте, или Поле, где вскоре стали оседать выходцы с устья Одра, позже подчинившие местные рода кривичей и чуди 27 .

Когда русы начали активно торговать с Хазарией, они решили, что платить за проход словенам накладно, и обошли их земли, закрепившись на Свири и Волге. Словен, или волотов, как их называли кривичи и чудь, такое положение явно не устраивало, поэтому они тогда поддержали своего князя.