Чтение онлайн

Она вернулась к лестнице, дышать воздухом перехотелось.

***

На следующий день Ксандр ни разу не появился в башне. Вероятно, был слишком занят со своими гостями. Особенно с рыжеволосой. Вейн сжимала зубы, когда думала об этом и привычно раскрывала ладонь, желая вогнать в кожу иглу, чтобы избавиться от невыносимого чувства обреченности, но игл больше не было. Да и были бы, разве могли бы они ей помочь?

Вечером в башню явился Сай и два лича, споро накрывшие стол к ужину. Темный с ухмылкой сделал приглашающий жест рукой, подзывая девушку и усаживаясь в кресло.

— Я вот все думаю, тебя здесь заперли за провинность или… наоборот? — он сально осклабился и подмигнул ей, а Путница мило улыбнулась в ответ.

— А ты как думаешь? Харис очень боится, что я не сдержусь и сбегу к тебе… за конюшни.

— А что ж тогда лицо такое поцарапанное?

Вейн насмешливо приподняла бровь.

— Ну, сам знаешь, в любви порой трудно… сдержаться от проявления бурной страсти.

Он расхохотался, хлопнул себя по коленям.

— Эх, а я так надеялся, что хозяин отдаст тебя мне, — разочарованно протянул он. — Хотя теперь, когда вернулась Лантана, у нас с тобой появился шанс, малютка! Но прости, я подожду, когда твое личико снова примет прежний вид, а губы не буду столь… распухшими! Вот это тебя заездил харис, даже жалко…

Он снова подмигнул, а Вейн подумала, что точно прибьет Сая, прежде чем покинуть Антар.

— Лантана? — задумчиво повторила она. — Самый красивый и редкий цветок Темного Мира? Девушка отличается завидной скромностью… Кто это? Еще одна эри?

— Нет, Лантана — Темная, — мечтательно протянул Сай и закатил глаза. — Редкий цветок — это верно. Красавица… Кожа белая, как молоко лунной кобылицы, волосы— огонь, глаза — синь небес. Только недоступная, стерва.

— Да ты поэт, — с насмешкой протянула Путница, удобнее устраиваясь в кресле и принимаясь за еду.

Сайкериос широко улыбнулся и тоже потянулся к закускам.

— Ну, она, действительно, очень красивая. Поговаривают, попала сюда за то, что угостила муженька чаем с крысиным ядом. А с Тьмой расплатилась состраданием и совестью. Удобно, правда? Способная… Я бы не отказался с ней познакомиться ближе.

— Что же не познакомился? Неужели, отказала?

— Увы… Влюбилась в хозяина, как кошка. А он ей такую защиту от чужой магии поставил, что и пытаться бесполезно, эх… Но ты ведь не ревнуешь, правда, эри? Не злись, ты тоже весьма интересна. Особенно, когда не столь потрепана.

Он расхохотался, а Вейн подумала, что, кажется, знает, чем заплатил Тьме писчий после перерождения. Своим чувством такта и воспитанием! Если они вообще у него были, конечно.

— И зачем же пожаловала эта несравненная Лантана? — ехидно поинтересовалась Вейн, намазывая на булочку повидло. — И с кем?

— А вот это знать любопытным эри необязательно! — щелкнул ее по носу Сай.

— Что, даже не намекнешь? — девушка слизнула с губ янтарные сладкие капельки варенья, и Темный проводил взглядом заманчивое движение ее языка. Выдохнул.

— Нуу… Я не знаю, если честно. Меня в такие вопросы не посвящают. Я ведь только писчий.

Путница понимающе хмыкнула. Да уж, зная болтливость блондина, она бы его тоже ни во что не посвящала.

— Слушай, а как ты вообще в Антаре оказался? Место тут такое… Я, когда сюда ехала, каких только страстей не услышала. А тут тихо… и даже стражей нет.

— Тут по–разному бывает, — неожиданно серьезно ответил Сай. — А попал… Да знаешь… мне повезло. Я из обедневших деров, денег хотел заработать, на обручение… Да к мошенникам попал. А дальше все грустно и неинтересно. А когда за Изломом очутился, чуть не погиб. Не умею я так жить, знаешь ли. Аесар меня спас тогда, к себе забрал, писчим. На самом деле я ему очень благодарен.

Сай покраснел и отвернулся. А Вейн подумала, что, пожалуй, оставит Темного в живых.

— Ты здесь недавно?

— Год.

Она кивнула. Конечно, это очевидно: коркой цинизма еще не покрылся, смешливый, разговорчивый, хоть и недалекий, да любвеобильный. Но благодарность столь редкое явление в этом мире, что с лихвой все окупает.

— Так что там с диким цветком? — вернула она на проклятую землю окончательно смутившегося писчего.

— Редким... Редким цветком, — рассеяно поправил он.

— Ну да, с ним самым. С кем и зачем пожаловала?

— Со стражей. С советниками Аесара. С эри. А зачем? Так живет она здесь.

Вейн поперхнулась ягодной настойкой.

— Она жена хариса?

— Ну, вроде того. В омут тьмы они вроде не спускались, но тут уж без подробностей, не видел, не знаю.

Путница вздохнула. В Омут тьмы спускаются те, кто решил связать свои судьбы и жизни в Темном Мире. В мире людей для этого идут в храм, а здесь — в черную дыру, практически в Бездну. Она тряхнул головой, слизнула капельки повидла с губ и откинулась в кресле.