Шрифт:
В городе N, совсем на его окраине, стоят два дома. Красивые, когда-то набело оштукатуренные с обвитыми ползущим плющом стенами. Зеленое цепляющееся растение попадает на окна и оттого, кажется, что дом их не имеет вовсе. Вокруг построек растут зелёные сады, чисто ухоженные тропинки пересекают друг друга и уходят в лес. Днем прибегают лисы, волки, косули, а ночью топчутся ежи и ухают совы. Поговаривают, что в этих домах уже давно не живут, и они выставлены на продажу. Но никто не приходит покупать. Все, чьи дома находятся в округе, прекрасно знают их историю и обходят далеко стороной это место. Первые постройки начинаются метрах в 1000 от этих двух. Все дома, что ближе были расселены, и жители из них уехали. Таинственное место живет в одиночестве.
Знаю наверняка, что между домами есть сообщение, тоннель в подвале. И зачастую, не надо было бы видеть кого-то на улице, что бы понимать, что дома кто то есть. Либо горит свет, либо звучит громкая музыка и видно перемещение теней, в окнах.
При лунном свете еще загадочнее раскрывается красота английского газона, который кто-то поливает и следит за ним. Каждый день видно, как срабатывает оросительная система, поливая вокруг зеленую щетину.
Я, журналист и приехал в командировку исследовать этот загадочный дом, написать о нем статью. Некоторое время ходил вокруг спрашивал местных жителей. Но они только странно и затравленно смотрели на меня, когда я задавал вопросы и почти ничего мне не отвечали. Одна лишь уже среднего возраста женщина согласилась поговорить:
– Это были дома друзей моей мамы. Дом построен для него и дом для неё. Это два внешне похожих дома, а внутри обстановка абсолютно разная в них. Мне довелось, как-то еще девчонкой побывать там с мамой. В одном из домов жил молодой человек Ричард, а в другом девушка Лея. Дома как дома, ничего через чур особенного в них не было. Здания серого кирпича, массивные достаточно, с круглой покатой коричневой крышей.
Внутри же, в доме, где жила Лея и ее родители всегда были открыты окна, видно было горшки с красивыми геранями, всегда чисто и прибрано, все атрибуты для домашнего уюта присутствуют: и палас, и столик, и диван с электрической плитой.
А в доме Ричарда было более аскетично, окна могли оставаться целыми днями занавешенные шторами от прямого солнца, внутри горел электрический свет.
Его родители часто ссорились, но не потому, что бедлам стоял в доме, а больше их интересовал сад, в котором мама хотела вырастить розы, а отец, хотел все закрыть зеленым газоном.
Маленькая Лея и Рич гуляли по парку, они исследовали дорожки, деревья. Им попадались на пути белки и зайцы, первые, забавно сновали по деревьям вверх и вниз, иногда спускаясь, чтобы перебежать по полянке, а может быть и в поисках орешков или еще какой еды, упавшей, словно для них, на землю. Другие, зайцы, быстро перепрыгивали из куста в куст, да так, что их было сложно рассмотреть. Словно вихрь из одного места в другое, только и успеваешь заметить мелькнувшую бело серую шерстку.
Часто в парке можно было услышать, как долбит по дереву дятел и даже увидеть его маленькую красную шапочку, а если приглядеться, то можно заметить и жучка, вытащенного им из-под старой коры.
Но однажды покой и непринужденное течение жизни внезапно изменилось.
Лея возвращалась домой, она одна была на парковой тропинке. Погода стояла теплая, но по небу гуляли тучи. И надо сказать, что погода задалась уже с утра такой, было жарко. Ветер проносился по улице странной метелью, внезапным всполохом сухих листьев и пыли. Он бежал, бежал, красивой, но пугающей воронкой, не оглядываясь и так несколько минут и ни один раз за день.
Ночью, навевая страх на жителей нашего маленького городка. Днем, радуя. Особенно детей. При свете дня можно было запустить в этот вихрь все, что хочется и этот предмет начинал вращаться, вращаться, вращаться. Дети смеялись. Да, я и сама запускала.
Конец ознакомительного фрагмента.