Чтение онлайн

Маг удалился к себе, посидел некоторое время на подоконнике в излюбленной позе Джейда, любуясь садом, и еще до заката отправился спать.

Кеннет всегда спал мало и просыпался довольно рано. Тем большим было его удивление, когда, открыв глаза и посмотрев первым делом на часы, он обнаружил, что проспал более двенадцати часов и сейчас почти десять утра. Однако были в этом и приятные стороны - он почувствовал себя отдохнувшим и посвежевшим, и даже мысль о Лориссе не вызвала у него сильного раздражения. Кеннет был полон решимости наконец-то начать с ней общаться. Но не сразу, подумал он. Есть ему не хотелось, а с учетом того, что Лорисса наверняка потребует завтрак в комнату, спускаться в столовую было не обязательно. Вот за обедом они наверняка встретятся, и Кеннет попробует разобраться в том, что она собой представляет и как, лешак побери, ему теперь выстраивать отношения с ней. Не глядя, Кеннет протянул руку к туалетному столику за своим кольцом, не обнаружил искомое и тут же вспомнил, что оставил его на подоконнике в кабинете. Кеннет так привык к этому кольцу, что предпочел немедленно за ним сходить. Однако вещицы не было там, где он ее оставил. Кеннет перегнулся через подоконник и поискал глазами золотой блеск в траве. Ничего не заметив, он не огорчился - воровство исключалось, а значит, кроме как упасть, кольцо никуда деться не могло.

Кеннет спустился на первый этаж. Проходя мимо большой гостиной, он услышал пение и сквозь распахнутые двери увидел молоденькую служанку с короткими косичками, которая, ловко лавируя между стульями и креслами, натирала паркет обутыми в войлочные тапочки ногами. Правой рукой девочка покачивала метелкой, смахивая ею пыль со всего, что попадалось ей на пути, но внимание ее было приковано к небольшой книжке, которую она цепко держала на уровне глаз левой рукой. "Жаркое из дракона в подштанниках" - прочел издалека Кеннет и ужаснулся. Не тому, что горничная читала за работой, чего, вообще-то, ей не полагалось, а грамматической и смысловой несуразице - как жаркое в подштанниках, так и дракона в них же Кеннет представлял себе весьма смутно. Покачав головой, он вышел из дома и направился вдоль стены к тому месту, куда выходили окна его комнат. Опустившись на колени, он принялся перебирать мягкую тонкую траву и через некоторое время увидел, как под листом подорожника что-то блеснуло. Кеннет поднялся, отряхнул руки и одежду и надел кольцо, потеря которого была бы для него очень неприятной. Таких колец существовало всего два - у него и у Джейда, - скопировать эту работу было невозможно, а без них некоторые двери в Моинаре не открывались.

На обед Лорисса, к изумлению Кеннета, не явилась. Джаред бесстрастно сообщил, что госпожа не голодна и просит ее не беспокоить. Кеннет призадумался. Колдунья, кажется, желала его видеть еще меньше, чем он ее, и это не удивляло, но абсурдную ситуацию необходимо было как-то разрешить, не могут же они избегать друг друга вечно. Кое-какая идея появилась у него после десерта.

– Джаред. Найдите… госпожу Лориссу и скажите ей, что я приглашаю ее поужинать со мной сегодня.

В этом доме все было иначе, чем она привыкла. С тоской вспоминая свой особняк в Селамни, Лорисса пыталась устроиться в только что прибранной, но совершенно неуютной, на ее взгляд, комнате, куда гостью проводил Джаред. Здесь еще пахло пылью, нафталином и лавандой, и колдунья начала подозревать, что ненавистный хозяин дома специально поселил ее туда, где никто не жил вот уже несколько лет, если не больше. Хорошо хоть их с Линн багаж быстро доставили в ее новое обиталище, и у женщины была возможность привести себя в порядок. Но тут обнаружилась еще одна досадная деталь - в комнате не было ни одного зеркала, и Лориссе снова пришлось звать Джареда и просить, чтобы ей нашли и принесли хоть какое-нибудь. Она немного смягчилась, обнаружив, что вместе с искомым предметом меблировки ей доставили легкий завтрак, который, впрочем, все равно не полез в горло.

Лорисса в очередной раз принюхалась. Если она и не ощущала назойливого запаха средств от моли, это не означало, что он исчез. Поэтому колдунья долго дергала рамы окон, не желавших поддаваться тонким рукам новой жилицы, пытаясь проветрить комнату. Оставив бесполезные попытки, она встала у окна, уперев руки в бока, и уже подумала, что придется снова звать прислугу, но тут в голову пришла мысль - наверное, самая радостная за последние недели. Она больше не скрывается и не убегает; Кеннет уже ничего не может ей сделать - по крайней мере, ей хотелось в это верить,- значит, ничто не мешает воспользоваться своим искусством. Хоть Лорисса уже колдовала предыдущей ночью, она совершенно забыла об этом факте.

Лорисса улыбнулась сама себе и, ликуя, отошла на середину комнаты. Потом протянула руку и прошептала пару слов. Рамы с треском распахнулись, ударившись о стены так, что задрожали стекла, а оторванные крепления щеколд зазвенели по полу. Лорисса вздохнула. Ближе к вечеру придется попросить кого-нибудь приделать их назад, поскольку хоть комары и стали ей как родные за все время ее путешествия, продолжать знакомство с летучими кровопийцами в ее планы не входило.

Колдунья порылась в сумке со своими вещами и извлекла на свет флакончик с любимыми духами. С жалостью посмотрев на остатки, она открыла его и поставила на массивный резной комод, сразу ощутив, как по воздуху потянулся приятный пряный аромат. Удовлетворенная своими действиями, Лорисса еще раз огляделась и решила, что после напряженного создания уюта в комнате можно немного отдохнуть. К тому же она не спала всю ночь.

Не раздеваясь, женщина плюхнулась на кровать, залезла под покрывало и свернулась клубочком, пытаясь принять наиболее удобную позу, если такое вообще было возможно на жестком матрасе. Только она успела увериться, что в этом невыносимом доме делается все, чтобы гостям было неудобно - подумать только! ни мягкой перины, ни зеркала, ни часов в комнате, - как провалилась в сон.

…Этот мерзкий сквозняк. Как же он надоел! Она проспала едва четыре часа, как он появился, почти что разбудил ее и не давал уснуть снова. Ей так не хотелось вставать и закрывать окно. Колдунья еще плотнее закуталась в тяжелое покрывало, от которого, несмотря ни на что, по-прежнему разило нафталином, надеясь, что отвратительное ощущение ледяной струйки воздуха на коже исчезнет без следа. Откуда могло так дуть? На дворе лето, а не зима, когда подобные сквозняки - обычное дело. Лорисса поежилась и глубоко вдохнула. Нет, в комнате не стало холоднее; не было даже намека на холод, да и укрылась она почти с головой. Женщина собрала волю в кулак и откинула покрывало. По всему выходило, что ей должно было стать холоднее, но нет. Смутное беспокойство, покалывание кожи в открытых местах, озябшие пальцы - ничего не изменилось, но и ощущения не усилились. Иногда она чувствовала нечто подобное перед грозой, однако тогда бы все то же самое сопровождалось радостным подъемом, когда каждую ее частичку напитывает до поры сдержанная мощь приближающегося шквала…

Она перекатилась по постели и глянула в окно. Небо было безоблачным. Колдунья встала и нервно прошлась по комнате. Нет, в этот раз ее самочувствие не зависело от природных явлений. Она бросила взгляд в зеркало, которое с охотой отразило ее паршивое состояние, написанное на лице. Нет! Это никуда не годится. Колдунья достала гребень и скорее из необходимости, чем с удовольствием, принялась расчесывать спутанные пряди. Но даже обожаемое занятие быстро осточертело. Лорисса небрежно заплела косу, даже не перевязав ее лентой, отбросила за спину и решила поискать, во что бы переодеться. Вытащив какое-то платье и с досадой подивившись тому, как сильно оно измято, она долго боролась со шнуровкой на боку, начиная ненавидеть модисток, придумавших такие неудобные завязки. Снова взялась за гребень, отшвырнула его на кровать и дрожащими руками закрыла и спрятала флакончик с духами, борясь с искушением выбросить его в окно, потому что любимый запах внезапно начал ее раздражать. Лучше бы у нее болел зуб! Тогда, по крайней мере, она бы знала, почему медленно и неотвратимо начинает ненавидеть весь мир в целом и в очередной раз Кеннета, в частности. Теперь он союзник, и она почти смирилась с неизбежностью общаться с ним как с человеком, никогда не желавшим ей зла… Не то чтобы это приводило в восторг, но придется привыкнуть, поскольку…

Кеннет! Так вот что это за чувство! Ощущение чужой воли, враждебной ауры, пронизывающей проклятый дом и закрадывающееся даже в самые дальние его уголки. Вся гамма эмоций - злость, досада, обеспокоенность, усталость, в конце концов!
– отражалась в ауре мага и давила, давила на сознание колдуньи, заставляя метаться по комнате и тоже злиться, досадовать и нервничать. Как только люди могут жить в этом поместье, рядом с этим… этим… Лорисса не могла найти подходящего эпитета. Может, они так давно живут здесь, что привыкли и ничего не чувствуют? Может, все слуги здесь изначально нечувствительны к любого рода магии? Но подобных людей так мало… Лорисса еще не встречала никого с этим редким, непонятным никому даром. Вряд ли хоть кто-то здесь обладает способностью устоять перед магическим воздействием. Скорее всего, сейчас дом затих и затаился. И наверняка в нем не сыскать никого, кто бы согласился попасться на глаза хозяину, кроме разве что самых старых слуг, привыкших к подобным встряскам. Или нет? Ведь старший брат Кеннета гораздо более приятный человек. Пусть он и отплатил предательством за ее помощь, но это всего лишь человеческая натура, а не магическая аура. Вряд ли такое творится тут каждый божий день с утра и до вечера. Нет, незабываемым времяпрепровождением колдунья обязана ночным событиям.

Как бы то ни было, надо что-то делать. Отвлечься, попытаться не замечать холод на коже и не поддаваться желанию раздраконить все, на что упадет взгляд. Раз уж поспать не удастся, поскольку даже если ей удастся уснуть, то сны, порожденные ее собственным беспокойством, вряд ли поспособствуют безмятежному отдыху, стоит придумать какое-то дело. К сожалению, у Лориссы не было с собой ничего, что бы могло занять ее хотя бы на время. Колдунья вздохнула: если б только Линн была здесь… Лорисса ощутила нехарактерную для нее ранее тоску и волнение: как она там, где-то далеко, куда ее занесло вместе с Кеннетовым братом? "Надеюсь, Линн еще отыграется за все и устроит проклятому магу веселую жизнь!" - гневно подумала колдунья, но тут же осеклась, иначе это могло плохо кончиться - в первую очередь, для комнаты. Переселят ли ее, если от этой ничего не останется? Колдунье не хотелось проверять.