Чтение онлайн

Кордийских беженцев использовали в башнях. Они хотели воевать, они стремились воевать, но по планам отца, Иллар помнил об этом, илонийцы должны были выдворить Курхота с Илонии, и освободить как Арилазу, так и Кордию. Поэтому беженцы Кордии им были нужны живыми. Бойницы башен были самыми безопасными местами при штурме, и Кандир поставил их туда.

И опять же по согласованию с Карташем их люди занимались обучением илонийских воинов стрельбе из арбалетов, отбирая для учебы самых метких, самых быстрых. Научиться пользоваться арбалетами намного легче. Но в бою заряжать арбалет слишком долго. И все же нужны были и арбалетчики. А кто, как не искусные стрелки лучше научат новичков.

Иллар видел их в деле, наблюдал, как они стреляют по завоевателям своей родины, когда те подходили слишком близко к стене, взбираясь на бруствер.

Иллар продолжал смотреть на девушку. Там, на стене она выпускала из арбалета болт за болтом. Хладнокровно, метко и с улыбкой на устах. Сейчас губы силились не дрожать, и им даже удавалось это… иногда. Иллар нагнулся и поцеловал её. Ресницы дрогнули, и она ответила. На несколько мгновений мир вокруг них замер.

Наконец Иллар отстранился, откинулся на стену.

— Спасибо, Тайлис.

— Не произноси этого имени. Даже мысленно.

— Хорошо.

Они опять молчали.

— Когда ты понял?

— Может там, в Арилазе, может здесь, но наверняка только сейчас.

— Я сама выдала себя?

— Да.

— Если узнают…

— Не от меня.

— Я знаю, — она помолчала. — Твоя тётя…

— Ничего не говори.

— Мне жаль.

Осада продолжалась. Количество осадных машин у противника увеличивалось. С восточной стороны в нескольких местах ров планомерно забрасывался фашинами, наполненными камнями и землей. От обстрелянных стен, зубцов откалывались куски камней и также сыпались в ров, туда же летели и каменные ядра.

На юге фашинами стал забрасывать речной вход в город и Курхот, используя для этих работ тех мирных жителей, которые не сумели, не успели спрятаться в городах.

Вызванный Иллар долго смотрел на ни в чем не повинных людей и все же отдал приказ начать обстрел берега реки. Обслуживающие катапульты солдаты, а также арбалетчики творили чудеса, стараясь попадать не в илонийцев, а в надзирающих над ними солдат противника, отрезая своих от врагов. Нескольким десяткам людей удалось даже спастись, когда они правдой и неправдой, где вплавь, где по островкам фашин добирались до стены, и сверху им кидали веревки и тросы, чтобы поднять их наверх. Но таких было мало, слишком мало. Пираты расстреливали из луков, пытавшихся бежать, остальных увели.

Ценой жизни мирных людей, они отсрочили атаку на эти ворота и дали понять противнику, что заложниками те ничего не добьются.

Но враг и не собирался отступать от своих планов. Во рвы небольшие мешки с землей стали закидывать с требучетов, фашины доставляли ко рву под защитой массивных щитов. Такая «черепаха» обстреливалась с крепостных стен. Но строительство насыпи, хотя и очень медленно, но продвигалось.

Благодаря полузатопленным фашинам, через такую насыпь просачивались воды обмелевшей Лернисы. И насыпь не стала дамбой, дополнительным заслоном, на что одно время надеялся Кандир.

Вдалеке строилось какое-то массивное сооружение, но что это было, никто не мог понять.

Через несколько дней восточные рвы были местами засыпаны. Город приготовился к штурму. Ремонтировались разбитые зубцы. Увеличивался запас стрел, дротиков, топоров, камней для пищалей. Но Альтам не торопился. И продолжал засыпать ров, постепенно сравнивая его с бруствером. С другой стороны бруствера также делалась насыпь. Дозорные донесли о заканчивающемся строительстве нескольких осадных башен.

Со стороны города к этим участкам стены стали подтягиваться дополнительные силы, готовилось масло, смола, деготь.

Про подкопы никаких сведений не было. Если они и велись, то их хорошо замаскировали.

В один из дней королева провела внука, его советников и Фаркуса по потайным ходам. На это ушел целый день, который вымотал королеву до предела. Но вкупе со схемой, которую Алаина вручила им, они довели обследование до конца.

Для обороны ходы действительно не представляли ценности. В основном потайными ходами были пронизаны стены дворцового комплекса и замка. Бахтин просто диву давался, узнав, что чуть ли не каждая комната в замке и во дворце имела дополнительный потайной выход. Понятна была в этом случае полная тайна, покрывавшая сведения о ходах, сделанных в далеком прошлом излишне осторожным или подозрительным предком королевского дома Илонии.

Несколько ходов вели в Малый город. Но они были сделаны давно, когда стояла еще первая крепостная стена. Укромные места городских улиц, некоторые дома, обитатели которых понятия об этом не имели. За пределы Малого города выходило также немало ходов. Когда-то именно они были тайными тропами из города. Но не теперь.

Лишь по трем ходам можно было выйти за пределы нынешней столицы. Но они тоже были для осажденных бесполезны. Ходы были мелкие, запущенные и один из них вел прямиком в лагерь Альтама, второй выходил в ров, и дверь с внешней стороны была затоплена, когда затопили ров. И только один выходил далеко на юг, в овраг над рекой. Со стороны города по нему было невозможно пройти, он был частично завален и затоплен. Его следовало бы отремонтировать, расчистить, но до осады, и, желательно, начиная работы с другой стороны. Сейчас было слишком поздно. Это была ещё одна совершенная ими ошибка в подготовке к обороне города.

Использовать ходы не было смысла. Только при самом страшном развитии события, когда падет замок, единицы могли бы спастись. Но выйти опять же куда? В занятый врагом город, в стан врага.

Но вот для врага потайные ходы были бы великолепной возможностью проникнуть в замок, во дворец. Иллар в который раз вздохнул с облегчением, что не знал о ходах заранее. Он помнил боль пытки, он видел истерзанного шпиона. Выдержал бы он? Хватило бы у него духу?

Однажды на самых важных, опасных участках обороны столицы появился Корн. В королевских сверкающих доспехах, в окружении блестящей королевской гвардии, в сопровождении внука, король прошелся по периметру стены, приветствуя солдат, и даже узнавая и перешучиваясь с некоторыми ветеранами. Его приветствовали бравыми возгласами.

И никто не обратил внимание, что доспехи были не стальными, а накрахмаленными парчовыми, что Иллар скорее поддерживал деда, чем просто сопровождал его. А местность вокруг королевской кавалькады была заполнена самыми лучшими людьми Кандира.

Это было рискованно, но появление Корна сделало свое дело, защитники и население ликовали — король оправился от своей болезни.

Несмотря на усталость, казалось, это прибавило сил и самому Корну. Он тоже воспрял духом и всё меньше времени проводил в постели, предпочитая малую гостиную, общение с ремесленниками, наводнившими дворец, и воинами замка.