Чтение онлайн

— Атака. Мощная атака, их много и на всех участках берега.

Стенли скомандовал Тарлину:

— Отправляй Овету с Интаром. И по местам!

Девушка ничего не слышала. Она продолжала думать, думать и думать. Она не видела, не ощущала, как осторожно переложили на плащ отца и перенесли в карету, как ловкие руки свернули палатку, как в карету препроводили её. Лошади были впряжены, запасные привязаны. Карета была готова отправляться. Двое лекарей что-то спрашивали её, она отвечала, и, как ни странно, разумно. Они вручили ей ещё пузырек, велев дать отцу еще противоядие совсем от другого яда, но вполне могущее нейтрализовать какую-то частицу этого. Но не сейчас, чуть позже.

Когда карета тронулась, она непроизвольно оглянулась. Отметила про себя, как четко убираются и грузятся в фургоны палатки, как готовят табун лошадей, а к защитникам Переправы подносят все новые и новые стрелы и камни. Отметила, удивляясь, как всё это кажется медленным и плавным и внезапно вспомнила рассказы бабушки о снадобье «Мнимая смерть». Она замедляет все жизненные процессы, человек становится будто мертвым. Бабушка рассказывала, как когда-то этим снадобьем спасли ей жизнь. После этого Алаина изучила его свойства и как-то сказала внучке, что его используют для тяжело протекающей болезни. Оно замедляет её распространение по телу. А вот другими средствами потом лечат саму болезнь. Овета достала из сундучка заветный пузырек. Он ни разу не использовался, лежал на дне, но бабушка ему доверяла и Овета решительно капнула несколько капель в рот отца. Три дня она должна у смерти выиграть.

Она не видела, не знала, как первые три атаки ситарцев захлебнулись, но люди Курхота невероятнейшим образом пробрались под мостом и подожгли принесенные с собой промасленные кипы соломы и ветоши. Как дым застлал глаза защитников моста, и не все стрелы находили свои цели, многие ситарцы прорывались сквозь строй стрел и камней и из-за устлавшего весь берег и мост дыма на арилазцев и илонийцев выскакивали молчаливые и вооруженные пираты. Численное превосходство было налицо. Защитников сметали с подступов моста. И верхового отряда Стенли и Тарлина не хватало, чтобы уничтожить их всех.

На юге и севере от моста шли такие же ожесточенные стычки. Островитяне перебрасывали через реку изготовленные, связанные между собой шесты. Бросали через бурную реку абордажные крюки и с ловкостью, присущей морякам, карабкались, лезли по ненадежным, с точки зрения привычных к битве на земле солдатам союзного войска, шатким устройствам. Расстилавшийся дым мешал лучникам и здесь. Противник, преодолев препятствия, оказывался на их берегу, и защитники гибли, сраженные его копьями и мечами.

Через несколько часов от всех трех отрядов оставались лишь крохи. Но обозы успели отойти, основной табун лошадей был отправлен. Дегорт скомандовал отступление. Вольден уводил жалкие остатки своего отряда в горы, кордийские беженцы уходили вместе с ним. Кожай поднимался вверх по течению реки навстречу своим сородичам, которым не хватило лишь пары дней, чтобы добраться до них.

Стенли давал команду отойти своей коннице, когда копье ранило его лошадь, а стрела противника попала в него самого. Они упали одновременно, а подоспевшая помощь погибла под стрелами противника, и Стенли остался лежать, придавленный лошадью, без признаков жизни.

Тарлин не видел, только слышал, как кто-то крикнул, что Стенли пал. И он, приняв командование людьми брата на себя, несколько раз пытался прорваться с ними туда, где, по их словам, остался их командир. Но противник всё наступал и наступал, сплотив ряды и ощетинясь копьями, и шансов прорвать их строй не было.

Дегорт категорически приказал уходить, и остатки отряда Стенли ушли, уводя обезумевшего от ярости и гнева Тарлина.

Переправа пала. В живых защитников насчитывалось лишь несколько десятков человек. А Курхот, не довольствуясь полной победой, послал за остатками войска погоню. То, что у него оказался конный отряд, было неожиданностью. Не было и мысли о переговорах, о том, чтобы вернуться за раненными, и похоронить убитых. Конный отряд противника был свеж и, если бы не илонийские лошади, погоня нагнала бы их.

Тарлин собирался драться. Он рвал и метал, но Дегорт стоял на своём. Лошади у них были свежие, но людей почти не осталось. Те, кто остался, после дня сражения не могли выдержать ещё и ночной бой. Дегорт был командующим, Тарлину пришлось подчиниться.

Посланный в погоню конный отряд Курхота к ночи отстал и повернул назад. Оставленные разведчики доложили, что, судя по всему, это не ситарцы, а наемники из Сегота.

От Кожая к утру пришло сообщение о разгроме и уходе остатков отряда к своим людям. Отряд Учайка останется на границе с Сеготом, не давая сеготцам перейти реку.

Вольден шел с беженцами Кордии в сторону Алмики. Дегорт принял решение идти в столицу на соединение с войском Хайдира или Матаса. В любом случае приказ о его дальнейших действиях будет исходить от короля, которому в свою очередь было послано сообщение о прорыве Переправы, ранении Интара, и возможной гибели Стенли.

Догнав на следующий день волну беженцев, отправленных с Переправы в начале атаки, Тарлин к своему ужасу не обнаружил кареты, которая должна была идти с колонной беженцев и табуном лошадей. Не было её и далеко впереди, если предположить, что она могла вырваться вперед.

Карета исчезла.

Они не спешили по пути в Джарн, делая небольшие остановки в деревнях и маленьких поместьях, наблюдали, как на полях всходит озимая пшеница, как крестьяне начинают посевную. Как ни странно, в их отряде самым знающим человеком по этой части оказался Сайл. Под одобрительным поддакиванием Ногала, он безошибочно определял, какое поле чем засеяно, либо собираются сеять. Никогда раньше не задумываясь, что растет на полях и как от этого зависит исход войны, молодые члены отряда, да и сам Иллар, внимательно вслушивались в рассказы Сайла и замечания своих старших товарищей.

К концу третьего дня отряд Иллара достиг Джарна — первого из трех больших городов-крепостей на пути из Нарты в Арилазу.

Хотя их и не ждали так рано, прибытие не было для Гомара, Правителя Восточного Владения неожиданностью. Получив указания из столицы ещё от самого Интара, хозяин Джарна успел многое.

Полным ходом велась расчистка крепостных рвов. К городу подъезжали подводы с нарубленными кольями. На крепостном плацу опытные солдаты вели тренировку рекрутов.

С утра отряд разделился по заранее разработанному плану. Иллар с Латином выслушивали доклад Гомара. Фаркус с частью отряда проверяли вооружение. Степас — продовольствие. Ногал с остальными — общее состояние укреплений. У Ногала и Алехна было еще одно задание — поставить себя на место осаждающих и выискивать слабые места в обороне.