Времена без Героев
Шрифт:
Эдрик помрачнел, но ответил честно:
– Всякое бывает! В голодную зиму, когда сельдь уходит от берега, и горбачу обрадуешься!
Мстислав мирно кивнул и неспешно пошел вдоль берега, что-то явно выискивая.
– Ты чего это?
– удивленно спросил Эдрик и пошел следом.
– Мыться буду!
– набрав в ладонь прибрежной глины, синеватой, но только этим, на взгляд Эдрика, отличавшейся от любой другой, пояснил гардар - Я ничуть не чище моей лопоти!
– Так вода ж -холодная!
– обалдело возразил Эдрик и воззвал к магу - Равен, этот гардар совсем обезумел! Он мыться вздумал!
– Я бы тоже не отказался!
– со вздохом признался Равен - Но мне смелости не хватает, лезть в холодную воду… Бр-р!
Мстислав только посмеивался, слушая разговоры спутников и забираясь в воду… Нет, вода, конечно, ледяная. Кожа сразу мурашами пошла. Но где ж здесь, в Фронтире, возьмешь баню? А мыться надо…
– Эй, гардар!
– окликнул его с берега неугомонный Эдрик - Мне кто-то обещал рассказать про татуировки! Что это за волки на тебе?
Мстислав с головой окунулся, ледяная вода заколохнула сердце, но лишь на миг… Вынырнул, и кажется мир стал чище и светлее. Правда, вода вокруг потемнела от грязи и стала подозрительно попахивать дикой смесью конского и человеческого пота… Бывает, что сказать… Здесь, на глубине, явно бьют могучие ключи. За два-три дня очистят озеро!
– Это -родовые знаки!
– ответил гардар, когда Эдрику уже надоело ждать - Их наносит старейшина той веси, под защитой которой ты живешь. Или князь, если твой отец служит самому князю… Мне их нанес сам Яроволк, отец нынешнего князя-волка, Александра! Вот был князь, не чета многим нынешним…
– Ну, и что они значат?
– это уже Равен заинтересовался, даже книгу, трактат великого Этеля, первомага и героя Империи Тор, отложил прочь - Расскажи, если можешь!
– О, здесь нет секрета!
– рассмеялся Мстислав, выходя из воды и усаживаясь в таком виде на камень, сохнуть - Когда юноша рода достигает четырнадцати весен, ему и его сверстникам устраивают испытание. Тех, кто его проходит, а таких обычно треть или половина, отводят в святилище Перуна и там посвящают в мужчины - накалывают волка на оба предплечья и на левую половину груди. Как мне! Это называется братанием с Волком. Посвященный сам становится воином-волком и служит князю-волку!
– Это, наверное, больно!
– поежился Равен, вглядываясь в четко выколотые на груди и правом, видимом плече оскаленные морды хищников.
– Больно.
– невозмутимо подтвердил Мстислав - Но это - не самое болезненное, что мы переносим в жизни!
– Ну, мы не добровольно же ее испытываем! А тут… -поежился Эдрик - Нет, вы, гардары, все сумасшедшие! Это что ж, если б я жил в Холмграде, я должен был бы медведей выколоть у себя на груди?! Нет, я - норлинг, воин-оринг!…
– Рыбак… -чуть слышно прошептал Мстислав, натягивая чуть-чуть обвяленные на холодном солнце штаны на тело.
Эдрик, разумеется, услышал. Вскипел, обиделся и ринулся-таки на давно ожидавшего этого Мстислава… И, с воплем пролетев несколько шагов по воздуху, прямо в одежде врезался в самую ряску. Ушел в нее с головой… А вынырнув, услышал обидный смех норлинга и довольный голос Равена:
– Помойся, оринг!
Рядом с взбешенным Эдриком в воду шлепнулся шероховатый камень, который где-то на берегу отыскал чертов гардар. И, разумеется, пошел ко дну. Ловя его, Эдрик снова нахлебался, ему в горло что-то скользнуло… Он, однако, благоразумно воздержался от выхода на берег, прямо в воде начал раздеваться и, бормоча себе под нос самые страшные клятвы, чистить одежду.
Довольно скоро, впрочем, у Эдрика появился настоящий повод для веселья: крича, что он маг и существо хрупкое и мыслящее, чуть не плача, Равен вынужден был отложить свой трактат и под угрозой полета в воду сам пошел мыться… Мстислав на берегу торжествовал и смеялся до слез… До тех пор, пока не увидел, что его уже почти высохшие онучи плавают почти на середине озера. Смеялись уже Эдрик с Равеном…
Пока в лагере вовсю развлекались и пекли рыбу в глине, Стриж, даже не подозревая о почти готовом обеде, весело шагал по широкой улице довольно большого села, раскинувшегося на самой границе с его родиной. Здесь, в Медвежьем Ущелье, всегда останавливались все караваны, дожидаясь милостивого соизволения бейлифа Фронтира Отто на прохождение. Здесь же проживали доганьеры, их семьи… Странный и необычный городок - Медвежье Ущелье!
На Юлий, как и на любого другого, идущего по этой улице, почти никто не обращал внимания. Ну, идет новелиссим из небогатых, базиликанец. Конь за ним следом - данарская лошадка из простых… Мешок за плечами, даже слуги нет! Так с Империей Базилиска сейчас мир, даже дружим, кажется. Пусть себе ждет своего часа…
Стриж, впрочем, никого и не опасался. За исключением графской дочки, никто не причислял его к троим беглецам и вряд ли всерьез разыскивал. Понятное дело, здесь полным полно соглядатаев Фальчиотты, которые пристально следят, чтобы в Базилику не въехал ненужный человек, шпион Теодора, например! Но и Фальчиотта не поверит, что он в здравом уме сунется на границу с ней…
И все же все мышцы напряглись, а рука сама, непроизвольно легла на гарду рапиры, когда он проходил мимо стоявших на крыльце корчмы и что-то бурно обсуждавших с хозяином, пузатым корчмарем, стражников. Их было четверо и даже Стрижу, случись что, пришлось бы туго… Он на миг задержался. Хотелось перебороть свой беспричинный страх, да и подкрепиться уже не помешало бы. Последний раз что-то было во рту еще ранним утром, когда он уходил из лагеря и прямо на ходу спер из-под головы Эдрика его мешок… На вкус, кажется, это было ужасно. Впрочем, желудок старого добра не помнит!
– Эй, базиликанец!
– раздался прямо за его спиной резкий, молодой голос - Слышь, я тебе говорю!
Стриж плавно обернулся, заранее прикидывая, в какую сторону бросится бежать… коня, увы, придется бросить!
Перед ним, покачиваясь на волнах ветра, которого вообще-то не было, стоял молодой стражник. Похоже, несмотря на то, что только-только закончилась третья дневная вигилия, и Гелиос завис в самом зените, стражник успел уже набраться…
– Чего тебе?
– нейтральным тоном, не дружелюбно, но и не враждебно, спросил Юлий - Иду, никого не трогаю!
– Ты в эту корчму не ходи!
– хмельным голосом заорал на всю улицу стражник - Корчмарь здешний - вор и жулик! Он… он эль водой разбавляет! А мясо от старой коровы подает!
Несколько таких же как Юлий, случайных прохожих, уже вознамерившихся войти, поспешно проскользнули мимо. Корчмарь впился в спину стражника самым ненавидящим взглядом…
– Благодарю тебя, воин!
– намеренно поименовав его более почетным званием, воскликнул Стриж - Может быть, ты покажешь мне действительно достойную корчму? Я - угощаю!