Всадники бурь
Шрифт:
– На мертвых лошадях ни уздечек, ни седел, ни тюков, с людей содрали всю одежду. Это те, от кого мы спасались, малышка. А вот та бедная кобылка, на которой ехала Бодэ! На них неожиданно напали перерезали и обобрали до нитки. Бодэ удивлена, что с них не содрали кожу!
Чарли почувствовала, что ее вот-вот стошнит.
– Сэм?.. – выдавила она из себя, стараясь отойти подальше.
– Нет, успокойся, красавица! Если Сэм умрет, Бодэ это почувствует. Мы с ней связаны заклятием и зельем. Раз погибли только мужчины, Сэм и девочек захватили нападавшие. – Бодэ вдруг стала очень спокойной и деловитой. – Стычка произошла по крайней мере часа два назад. Видно, это были мастера своего дела.
– Госпожа полагает, это сделал… губернатор? – Чарли наконец решилась попробовать несколько новых слов, как бы она их ни коверкала.
– Нет, вряд ли, красавица. Этих людей убили стрелами и копьями. Войска использовали бы ружья, так что это не губернатор. Бодэ готова биться об заклад, что и убитые не были людьми губернатора. На них черная, а не синяя с золотом форма, но все-таки это форма, а бандиты и разбойники форму не носят. Это какая-то другая армия. Те, кто на них напал, знали, что имеют право нападать на всех, кто вторгнется во владения губернатора, но не на его солдат.
– Да, госпожа, но куда они отправились?
– В этом-то и вопрос, – признала Бодэ. – Надеюсь, не назад, это было бы для нас катастрофой. Не на восток, потому что тогда они оказались бы во владениях губернатора и им пришлось бы делиться добычей. На запад, через реку? Для лошадей здесь слишком глубоко. Значит, вперед!
Чарли печально кивнула. Она страстно желала поскорее уйти с этого страшного места. Однако Бодэ увиденное как будто даже вдохновило.
– Бодэ жаль, что у нее нет угля или карандаша, – бормотала художница. – Такое насилие, такие страдания, такие испытания! Чего только ей не пришлось пережить! Если так пойдет и дальше, Бодэ станет гениальнейшей художницей и прославится в веках!
«Да уж, – с отвращением подумала Чарли. – Если только великая Бодэ доживет до того времени, когда сможет все это нарисовать. Ну хоть можно не беспокоиться, что она из тех художников, что сходят с ума: она была сумасшедшей еще до того, как мы с ней встретились».
В каньоне становилось все темнее, тени все удлинялись, а они все еще никого не встретили, если не считать насекомых да птиц, которые кружили далеко в сумеречном небе. Было жарко и тихо, так тихо, что только их шаги и шум реки нарушали покой земли и воздуха.
Вдруг из-за скалы справа от них появились люди, раздались громкие крики. Прежде чем женщины успели разглядеть нападавших, кто-то схватил их и грубо бросил на землю. Бодэ сопротивлялась отчаянно, пока двое держали ее за руки, она умудрилась извернуться и ударить третьего в пах, вырвалась и сама яростно бросилась в атаку. Справиться с Чарли было проще. Ее прижали к земле, заломили руки за спину и связали тонкой, но прочной веревкой. Потом кто-то схватил ее за волосы, приподнял голову и накинул на шею нечто вроде аркана.
В конце концов художницу постигла та же судьба, силы были слишком не равны.
Чарли попыталась рассмотреть тех, кто на них напал, но одного-единственного взгляда было достаточно, чтобы она пожалела, что вообще захотела это выяснить.
Это был самый отвратительный сброд, какой только им доводилось видеть. Их было восемь, все вооруженные до зубов. Один – высокий и сгорбленный, с изуродованным лицом и порванной нижней губой, – казалось, он постоянно чавкает. Чарли сразу окрестила его про себя Квазимодо. Другой – высокий, мускулистый, с огромной рыжей бородой и отвратительными, близко посаженными глазами над свиным рылом. Двигался он как-то странно, а руки… они у него были толстые, синевато-серые и блестящие, а заканчивались жуткими крабьими клешнями.
Остальные выглядели ничуть не лучше. В каждом проглядывало что-то нечеловеческое. Один был похож на циклопа, а на руках у него торчало всего по три жирных пальца, похожих на манипулятор игрального автомата. У другого на спине росли щупальца, у третьего лицо было больше похоже на жабью морду. Горбун-Квазимодо в сравнении с остальными выглядел хоть куда.
Вожаком явно был краснобородый с клешнями. Когда обеих женщин связали и уложили рядышком, он медленно подошел и осмотрел их.
– Ну, вот теперь у нас действительно симпатичная добыча, они так разукрашены, будто их специально упаковали и приготовили нам в подарок. Кто вы, черт возьми? Именем Девяти Черных Преисподних, что вы здесь делаете, да еще и нагишом?
Бодэ с трудом подняла голову:
– Ты и правда думаешь, что узоры хороши? Пожалуй, у тебя есть вкус, раз оценил работу Бодэ! Чарли застонала. Краснобородый повернулся к ней:
– Кто такая эта Бодэ?
– Бодэ – та, что говорит с тобой! – гордо ответила художница, будто не была распростерта на земле, как подопытная лягушка.
Краснобородый даже немного опешил:
– Кто ты такая, Бодэ, и что ты здесь делаешь?
– Мы путешествовали вместе с караваном, нас застигло наводнение, потом захватили бандиты, они изнасиловали нас, но нам удалось бежать. А теперь мы потеряли друг друга, спасаясь от какого-то отряда. Те, кто был в нем, забрали наши припасы, но сейчас все они лежат там мертвые. Мы ищем наших спутников, которых захватили те люди в черной форме.
– Ваши спутники – мужчины?
– Ну конечно, нет. Молодая женщина и две девочки.
– В том отряде не было женщин, – отозвался Краснобородый. – Возможно, твои друзья попали в лапы этого поганца, сумасшедшего герцога. У нас ваши лошади, ваши пожитки, а теперь и вы сами. Так что заткнитесь и вставайте. Предстоит немного прогуляться. Не делайте резких движений, если не хотите задохнуться. Мы не собираемся убивать вас или причинять вред таким чудесным телам, но наш Хутон – дока по части арканов. Стоит только слегка их затянуть, и пропали ваши голосовые связки. Вы, может, и не совсем задохнетесь, просто приостановится приток крови к мозгу Я видал тех, кто испытал его аркан на себе. Может, вы после этого свихнетесь и кормить вас придется с ложечки, но ваше тело будет в целости и сохранности. Так что заткнитесь, делайте, что вам сказано, и без фокусов!
«Черт, опять влипли, – с тоской подумала Чарли. – Где-то там Сэм? Тысяча чертей! Ну почему мы не отправились к губернатору? Пропади ты пропадом, Бодэ!»
Лошади ждали в полумиле вниз по реке, их спрятали в стороне от тропы. Тут были и их собственные лошади вместе с наргой и теми пожитками, что были навьючены на них. Животных стерегли еще четыре оборванных чудовища. Похоже, краснобородый приказал перерезать шестерых людей в форме, которые, не останавливаясь, прошли мимо Королевской печати, потому что был уверен, что за ними следом движутся основные силы. Потом он, видимо, предпочел выяснить, с кем же он имеет дело, а не улепетывать со взводом солдат на хвосте. Теперь он был вполне вознагражден и не скрывал своего удовлетворения.