Чтение онлайн

Рыцарь сейчас был сосредоточен и спокоен, как никогда прежде, ведь помимо того, что ему предстоял бой с весьма опасным врагом, Бранк еще намеревался сегодня доказать свою верность королю Эйтору, в котором увидел весьма достойного правителя. Владыка Альфиона именно его назначил командиром, и теперь, кто бы и что бы ни говорил, окончательное решение было именно за дьорвикцем, что, кстати, устраивало далеко не каждого. В прочем, открыто подвергать сомнению право распоряжаться, которым Бранка наделил сам государь, никто не решался, и сейчас все ждали, когда же их командир отдаст, наконец, приказ, и начнется бой.

– Встретим горцев в пешем строю, - твердо вымолвил Дер Винклен.
– Сколько у нас арбалетчиков?

– Ровно десять дюжин, милорд, - немедленно сообщил один из сотников, рослый усач, череп которого был выскоблен буквально до зеркального блеска.
– И вдоволь болтов.

– Вот арбалетчики и будут основой наших боевых порядков, - кивнул рыцарь.
– Они встанут в центре фаланги, и расстреляют приближающихся горцев. А на флангах поставим оставшуюся пехоту. Да, - Бранк выставил кверху указательный палец.
– Неплохо будет там же разместить и часть латников.

– Это глупо, - воскликнул молодой, лишь на пару лет старше Ратхара, присутствовавшего здесь безмолвной тенью, воин, один из рыцарей, отправившихся на войну с горцами под началом Дер Винклена.
– Тяжелая конница - наша ударная сила, а вы, милорд, намерена лишить самого себя этого преимущества. Олгалорцев чуть не вдвое больше, и, уравняв таким образом наши возможности, мы сами отдадим им победу. Вы, что, уже решили погубить весь отряд, ослабив государя, который сейчас, наверное, готовится к сражению с войском самозванца?

Дер Винклен смерил смутьяна холодным взглядом, и юнец, впервые оказавшийся на войне, невольно умолк, подавившись последними словами. Перед ним стоял не придворный хлыщ, а настоящий воин, рисковавший своей жизнью в схватках с самыми опасными врагами, и не уважать такого человека, рыцаря не по рождению, а по духу, было нельзя.

– Мы встретим горцев пешими, - раздельно произнося каждое слово, повторил Бранк, сверля тяжелым взглядом уже трижды покаявшегося в своем неумении держать язык за зубами воина.
– В центре - арбалетчики, на флангах - прочие бойцы, в том числе спешенные латники. Тех варваров, кто прорвется сквозь град ботов, встретит панцирная конница. И на случай, если кто-то сомневается в моей верности государю или просто умении вести бой, я сам буду находится на правом фланге боевых порядков с первого мгновения битвы до последнего.

Офицеры, сотники, командовавшие отдельными отрядами, и немногочисленные рыцари, понимающе переглянулись. Правый фланг был самым уязвимым, ведь крайний ряд оказывался почти не прикрыт щитами, и биться там было весьма рискованно.

– А я, милорд, - подал голос Улферт.
– Где же будет мое место? Если позволишь, я останусь на левом фланге, - предложил воин.

– Нет, - помотал головой Дер Винклен.
– Ты, друг мой, вместе с малым числом воинов покинешь наш лагерь перед началом сражения.

Улферт оцепенел, не зная, что делать. Казалось, он был готов немедленно, при всех своих соратниках вызвать рыцаря на поединок. Но капитан гвардии Грефуса так ничего и не сказал, поскольку Бранк Дер Винклен продолжил излагать свой план, словно не чувствуя замешательства товарища. Рыцарь говорил уверенно и спокойно, и спустя миг Улферт только и мог, что согласно кивать.

Конец обсуждениям положило появление вестового, буквально ворвавшегося в шатер, где и собрались командиры. Как и офицеры, воин, чуть не с боем пробившийся мимо стражи, был облачен в доспехи, готовясь в любой миг вступить в схватку.

– Милорд, - гонец, прижимая левую руку к груди, поклонился Дер Винклену, и каждое его движение сопровождалось бряцаньем кольчуги.
– Милорд, войск горцев в двух милях от нас, и быстро продвигается сюда. Там не меньше шести сотен бойцов.

– Вот как?
– Рыцарь криво усмехнулся, взглянув на своих офицеров: - Что ж, господа, времени у нас почти нет. Все решится очень скоро. Прощу всех пойти к своим отрядам. Выводите воинов на позиции, и напомните им, чтобы стояли крепко, так, будто по колено вросли в землю. Мы должны сковать силы врага, связать его боем на возможно дольше время. Пусть горцы придут в полнейшую ярость, путь перестанут замечать, что творится у них за спиной, и тогда мы победим. К бою, братья! За Альфион!

– За Альфион, - дружно рявкнули на разные голоса офицеры, отдавая честь своему предводителю.
– Во славу короля и королевства!

Воины, один за другим, покидали шатер командира, и вскоре рыцарь остался один на один со своим оруженосцем, что в молчании провел весь совет.

– Страшно?
– вдруг спросил Дер Винклен, и от неожиданности Ратхара вздрогнул, чувствуя, как краска заливает лицо. Юноша и представить не мог, что его чувства столь заметны чужому взгляду.
– Конечно, страшно, - усмехнулся рыцарь.
– А мне, думаешь, не страшно? Ты боишься только за свою жизнь, а я отвечаю за целое войско, которое вскоре вступит в бой с противником, о котором я почти ничего не знаю. Ну да с милостью Судии сегодняшний закат мы увидим живыми, встретим его, как победители, - ободряюще произнес он.

Из-за тонких, колышущихся на ветру стенок шатра уже звучали отрывистые команды и лязг металла - войско готовилось к сражению.

Эр'руга из Клана Волка, расположившийся вместе с полагавшейся вождю его ранга свитой - десятком отборных бойцов, своего рода, личных телохранителей, - на левом фланге войска, нахмурившись, разглядывал сжавшихся в плотный, ощетинившийся сталью комок альфонцев. Жители равнин, как это бывало прежде, построились в виде фаланги, стального прямоугольника, длинной стороной обращенного к подступавшим олгалорцам. Ряды их были идеально ровными, и фаланга сверкала начищенными до блеска доспехами, а над головами, увенчанными островерхими шлемами, реяли яркие знамена, одно из которых принадлежало король Эйтору.

С первого взгляда было ясно, что альфионцев меньше, чем воинов Кланов, и, убедившись, сколь малочислен на самом деле противник, Эр'Руга уже не сомневался, что уже к вечеру одержит победу, истребив всех врагов до единого. Эти глупцы даже не решились пустить в дело свою конницу, а ведь так они еще имели бы надежду хотя бы покинуть поле боя живыми. Что ж, вождь не желал давать противнику еще один шанс. Несколько минут - и орда горцев ринется в атаку, чтобы одним ударом смести, разогнать, уничтожить горстку врагов.