Чтение онлайн

— Бери! — ответил мужик, подавая мне свою увесистую деревянную палицу.

— Точно хочешь узнать? — повторил я вопрос.

— Хочу-у-у! — опять залился он идиотски радостным смехом.

Тогда я размахнулся и ударил его голове. Смех сразу смолк. Стрелок как подкошенный упал на землю, а его товарищи инстинктивно бросились бежать в разные стороны. Пока они приходили в себя, я поднял с земли здоровенную пищаль, вытащил из безжизненной руки оглушенного красавца фитиль и оказался вооружен самым современным оружием.

— Теперь поверили? — крикнул я заворожено глядящим на все это с безопасного расстояния разбойникам.

Мне никто не ответил, правда, владелец сабли вытащил ее из ножен и погрозил издалека, но я повел в его сторону пушечного калибра стволом и он резво юркнул за дерево.

Пока они не пришли в себя и не попытались организовать атаку, я завладел кинжалом все того же недоверчивого красавца и перерезал у пленников путы. При ближайшем рассмотрении оказалось что это небогатый помещик с женой и дочерью, остальные двое — слуга и кучер.

Помещик, толстенький круглолицый человек с гневными глазами, как только оказался свободен, начал непотребно ругаться и бросился рассматривать свой слегка покореженный экипаж.

Женщины тут же зарыдали, а слуги молча стояли, переминаясь с ноги на ногу.

— Ах, негодяи, ах, разбойники! — восклицал барин, открывая и закрывая поврежденные дверцы. — Что же это такое творится! А вы чего смотрите! — набросился он на слуг и пнул оглушенного красавца. — Вяжите его по рукам и ногам!

Пришлось вмешаться мне:

— Не нужно никого вязать, ему и так досталось.

— Да что тебе за дело! — набросился помещик уже на меня, подтверждая более позднюю русскую пословицу, «не делай людям добра, не получишь зла». — Я его негодяя сейчас на березу вздерну! Этого подлеца четвертовать мало!

Даже при том, что помещик сильно пострадал, отчего не мог не вызывать сочувствия, он мне почему то совсем не понравился. Было в его в лице что-то хитрое и подлое, никак не вяжущееся с невинной жертвой. Ответить я ему не успел.

— Эй, лихой человек, — закричал один из разбойников, — отпусти Мишу, пошутил и будет!

— Заберите его, — ответил я, подозревая, что барин выполнит-таки свою угрозу и повесит наивного красавца.

— А ты не выстрелишь? — спросил из-за дерева тот, что грозил саблей.

— Не выстрелю! — пообещал я.

— А не обманешь?

— Нет!

Разбойники поверили, начали подходить с трех сторон, что очень не понравилось барину, и он заметался перед каретой, ища хоть какое-нибудь оружие.

— Успокойся, — сказал я ему, — ничего они тебе больше не сделают.

— Да, не сделают, — проворчал он, продолжая искать, чем бы вооружиться, хотя здесь же на земле валялась дубина, а у оглушенного человека кроме пищали была еще и сабля.

Разбойники, держась крайне настороженно, наконец, подошли, и смотрели на меня с нескрываемым укором. Меня всегда удивляет, как трепетно большинство насильников или просто людей, не считающихся ни с кем и ни с чем, относится к посягательству на свои интересы. Только что они избили, связали и собрались ограбить проезжих, а теперь обижаются, что на них самих напали.

— Вяжи их! — опять закричал помещик своим индифферентным слугам. Те же задумчиво смотрели в разные стороны и чесали затылки. Мужики синхронно перевели укоряющие взгляды с меня на барина.

— Что здесь произошло? — спросил я, начиная понимать, что все случившееся не очень похоже на обычное ограбление. Будь разбойники настоящими душегубами, то зарезали бы барина с семьей, как баранов и концы в воду.

— Вяжи их! — как-то тоскливо и безнадежно, закричал барин и начал отступать к возку.

— Рассказывай, что у вас тут происходит, — велел я одному из вернувшихся мужиков, человеку явно не бандитского вида.

— Пусть он скажет, куда наши семьи дел, — не ответив, сказал мужик и, помахивая своей дубиной, двинулся к барину.

— Вы что его крестьяне? — догадался я.

— Они беглые, вяжите их, — опять раздался полный разочарования голос грозного господина. — Кто беглым помогает, тот сам вот и разбойник!

— Где моя баба и детки! — пронзительно закричал владелец сабли. — Говори, ирод, а то порешу!

— Сначала долги верните, а потом спрашивайте! — откликнулся помещик, укрываясь за возок. — Когда у меня помощь просили, то в ногах валялись, а теперь, на своего господина руку подняли! Не будет вам за это прощения ни на этом, ни на том свете! Горячие сковородки в аду лизать будете!

— Сознавайся, ирод, куда семьи спрятал! — опять с надрывом закричал разбойник.

Помещик ответил как и прежде, крестьяне, не слушая, требовали свое. Обе стороны не спешили идти навстречу друг другу и конфликт, несмотря на присутствие третейского судьи начал принимать форму затяжного семейного скандала. Пришлось вмешаться, чтобы не торчать здесь с ними всю ночь. Однако обе стороны, не слушая друг друга, твердо стояли на своем.

— Пусть сначала вернутся в крепость, да покаются, тогда я буду с ними говорить, — упорствовал барин.

— Пусть скажет, где наши семьи и признается, что долгов за нами нет, — требовали крестьяне, — тогда мы подумаем, вернуться к нему или нет.

Помещик мне не нравился. То, как такие типы умеют обирать простой народ, я знал не понаслышке, потому взял сторону крестьян.

— Говори где их семьи, иначе сейчас заберу твоих женщин и увезу, а мужики пусть сами с тобой разбираются! — решительно сказал я.