Чтение онлайн

— Потому что весь мир опрокинулся на нас. Врага оказались вокруг и среди нас. И армия в решительный момент не поддержала.

— Ничего, Фред, зато здесь все в наших руках. Я не сказал тебе самого главного. Не выходи больше из своей аппаратной, пока не прояснится окончательно ситуация. Прикажи, чтобы туда доставили все необходимое на длительное время. Мы не имеем права рисковать. Я не верю никому, даже Вольфу, ни одному, кроме тебя, члену Магистрата. Все они слюнтяи и шкуры. Они могут взять нас за горло и помешать до конца выполнить свой долг. Я уже позаботился о себе, смотри.

Бергман сдвинул на пульте рычажок, одна из стен аппаратной начала расходиться, открывая вход в помещение, забитое картонными ящиками.

— Я могу, не выходя из аппаратной, продержаться с таким запасом целый год, но думаю, этого не потребуется. Красная кнопка всегда в моем распоряжении.

— Хорошо, я сделаю то же самое.

Херст встал и пошел к выходу из аппаратной.

— Только не тяни, — остановил его Бергман. — Обеспечь себя сегодня же.

Херст внимательно посмотрел на него. Последняя фраза Бергмана послужила как бы толчком, собравшим смутные полудогадки и полунамеки, одолевавшие его во время разговора с Бергманом, в четкую мысль.

«Кажется, он сходит с ума», — подумал Херст, продолжая стоять на пороге лицом к Бергману. Ему очень захотелось вернуться и продолжить разговор, но он, испугавшись этого так внезапно вспыхнувшего желания, порывисто шагнул за порог. Стало страшно от мысли, что он поговорит еще с Бергманом и убедится, что тот действительно сходит с ума.

Бергман же, проводив Херста взглядом, включил механизм электронного запора в двери. Все, теперь он не выйдет из аппаратной, пока не будет готова программа «Пуск». Он встал, слегка потянулся и направился в свою спальную комнату. Бергман, как и Херст, был одинок.

Узники, инженеры и биоры стояли в коридоре друг против друга. С одной стороны — Джек, Герд с сыновьями, Кнок, Веик, с другой — Дик, Ривера, Фест, Юнтус, Дроу и еще несколько биоров.

Дик решал трудный для себя вопрос: как строить свои отношения с инженерами? Ривера и Фест были категорически против того, чтобы давать им оружие. Инженеры в подвале, говорили они, могут договориться с инженерами из Центра и применить оружие против биоров. Дик считал доводы несостоятельными. Чего ради инженеры-узники, попавшие в руки СБ как противники Магистрата, будут предавать своих единомышленников-биоров? Но Дику очень не хотелось спорить с Риверой и Фестом. Такие споры сейчас ни к чему. Пусть инженеры и биоры решат этот вопрос сами, тем более что во взглядах, которыми они обменивались, стоя друг против друга, не было особой неприязни.

— Ты почему так смотришь на меня? — спросил Дик, уже в который раз наткнувшись на устремленный на него взгляд одного из инженеров.

— Почему вы не верите нам? Мы не меньше вас ненавидим СБ. Не бойтесь нас, мы да конца пойдем с вами.

Джек посмотрел на остальных инженеров, как бы предлагая им подтвердить его поручательство.

— Он прав, — заговорил Кнок. — Вы должны нам верить. Ведь мы тоже боремся с Магистратом. Положение у нас тяжелое, и надо вместе искать какой-то выход.

— Дайте им всем автоматы, — распорядился Дик, обращаясь к Ривере. — Не будем бояться друг друга.

В этот момент в дежурке раздался громкий голос. Включился видеотелефон.

— Мы пойдем, а вы подождите, — сказал Дик, обращаясь к инженерам. — Пусть они не знают, что вы с нами.

Первым, кого Дик увидел на экране, был Крайт. Биор с ненавистью посмотрел прямо в глаза шефа СБ, резко вскинул автомат. Крайт инстинктивно отшатнулся от направленного на него оружия. Дик зло усмехнулся.

— Боишься, — процедил он сквозь зубы. — Пока мы не можем достать тебя.

Вокруг Дика стояли все узники-биоры.

Шеф СБ до боли в пальцах стиснул кулаки. У него даже в глазах потемнего от прилива горячей, обжигающей сердце злобы.

— Теперь мы узнали, что инженеров ты мучаешь так же, как и нас, биоров.

Крайт незаметно перевел дыхание, загоняя свою ненависть глубоко в себя. Он твердо решил не подавать виду, что обеспокоен создавшимся в подвале положением. Пусть они не думают, что он боится их.

— Не понимаю, чему ты радуешься, — заговорил он. — Разве для вас что-то изменилось? Вы в том же подвале, что и были. Мы просто подождем, пока вы либо начнете жрать друг друга, либо дохнуть от голода.

— Ты прав, — подтвердил Дик. — Для нас мало что изменилось, а вот для тебя…

— Для меня? — удивился Крайт. — Ровным счетом ничего. Передай инженерам, — выделяя голосом каждое слово, заговорил он, — если кто-то из них желает выйти из подвала, мы примем их и отпустим домой.

— Нет, — качнул головой Дик. — Мы не откроем дверь. Я знаю, чего ты хочешь: чтобы мы впустили сюда агентов. Инженеры останутся здесь.

Дик отвернулся от экрана и вышел из дежурки. За ним последовали остальные.

Крайт еще несколько мгновений смотрел на пустой экран, затем встал и выключил видеотелефон. Он все еще находился в зоне СБ, откуда и вышел на связь с подвалом.

— Ничего страшного, — заметил он. — Они для нас совершенно не опасны. Наверное, кто-то из надзирателей вошел в камеру один и на него напали. Разгильдяи! — распалился внезапно Крайт. — Бездельники!

Он вышел из узла связи.

— Я уезжаю в Центр. Допросы продолжайте часов до четырех, а потом — полная ликвидация. Надо разоблачить как можно больше вестников. Выколачивайте из арестованных информацию. Любыми способами. Без моего приказа не приступайте к ликвидации. Все.

— Слушаюсь, — вытянулся Берр.

— Да поможет нам бог!

— Да поможет! — ответил Берр, выходя вместе с Крайтом и Смитом во двор.

Вслед за Мери — она работала на электронном заводе — Том переступил порог своей капсулы. Невыносимо болело все тело, от усталости подгибались ноги. Проходчиков все-таки заменили. Хорошее предзнаменование. Но как мало осталось сил для самого главного момента в его жизни.

Прихрамывая, Том прошел на середину капсулы, сел. Мери опустилась рядом с ним. Молча поужинали, прилегли отдохнуть — сегодня было не до сна. Том положил голову на плечо жены и провел ладонью по ее лицу. Мери слабо шевельнула губами, сделав попытку поцеловать ладонь мужа. Она тоже принадлежала к вестникам. Иначе и быть не могло: здесь действовала закономерность, не знавшая исключений. У мужчины-вестника жена не могла быть фанатиком и наоборот.