Чтение онлайн

С языка собаки срывались капли воды, звонко стучали по луже. Замарайка не мог спокойно слушать плеск воды. В норе он страдал от жажды. Судорожно глотал слюну, стараясь обмануть самого себя.

Неожиданно Замарайка услышал далекий голос мальчишки. Он громко кричал:

– Лапа-а-а, Лапа-а-а!

Собака охрипла от лая. Сердито и обиженно повизгивая, она убежала от песцовой норы злая и раздраженная.

Лисенок долго не мог поверить, что лайка убежала и бросила его. Не рисковал вылезать из норы. По-прежнему боялся громко дышать. Нестерпимо болели натруженные лапы. Он попробовал вытянуть их перед собой, но это ему не принесло облегчения. Он снова подтянул их к себе, долго устраивался, пока, наконец, согрелся. Глаза сами собой закрылись, и он громко захрапел.

Не один раз еще Замарайка просыпался от страха и снова беспокойно засыпал. С трудом сдерживал дрожь, когда вспоминал преследовавшую его собаку.

Ворочаясь в норе, лисенок растряс травяную подстилку и клочья свалявшейся шерсти. Ему не надо было особенно принюхиваться, чтобы понять, что в норе еще недавно были звери. Большая лисица со своими щенятами. Лисят было много. Каждый из них имел свой особый запах.

Большая лисица тоже не была чистюлей. Свалявшаяся шерсть сальная, пальцы забиты мхом. Запах молока не покидал ее. Им пропитана каждая шерстинка, место протаявшей лежки и следы ее лап. Замарайка стал осторожно выползать из норы, ловя настороженными ушами долетавшие звуки.

У выхода лисенка остановил крепкий запах собаки. Он испуганно скользнул вниз. Об острый камень сильно расцарапал живот. Терпеливо стал прислушиваться, задерживая дыхание. Но голод оказался сильнее страха. Набрался храбрости, осторожно высунул кончик носа. Потом выглянул из норы. Завертел быстро головой по сторонам, желая во всем разобраться.

В стороне качалась трава. Она-то и выдала место, где двигались куропатки. Скоро они вышли на открытое поле. Если бы птицы не переходили, а стояли, их можно было бы принять за снежные сугробики.

– Тю-тюрю-трю-тю-терю-тю-тю-у-у!

Замарайка выполз из норы, не спуская с куропаток голодных, настороженных глаз. Ему трудно было не шевелиться. Нечего было и думать, что он сумеет поймать быстрых птиц. Лисенок растянулся на траве и стал терпеливо ждать, когда куропатки подойдут к нему поближе.

– Тю-тюрю-трю-тю-терю-тю-у-у!
– игривое бормотание самца стало раздражать лисенка.

Замарайка осторожно пополз к птицам, стараясь не наступать на разбитые подушки лап. Но, несмотря на все предосторожности, каждый шаг давался ему с большим трудом.

Неожиданно куропатки разыгрались. Самка пронзительно закричала и побежала вперед, хлопая белыми крыльями с черными крапинками.

Замарайка распластался на земле, перестал дышать. Белая куропатка слишком поздно заметила опасность. Испуганно подпрыгнула, чтобы взлететь, но лисенок сбил ее лапой. Ударил еще раз.

Самец испуганно взлетел. Озабоченно принялся кружиться на одном месте, не отлетая далеко от высокой моховой кочки.

– Тю-тюрю-трю-тю-терю-тю-тю-у-у!
– звал он свою подругу тоскливо и печально, не понимая, что с ней произошло.

Лисенок спокойно доел белую куропатку. Лапой очистил себя от приставших жестких перьев и пуха. Стал с интересом следить за кружащейся над ним птицей.

Самец белой куропатки не налетал на него, как недавно бросилась злая крачка с красным клювом. Не бил крыльями, как сильная белая сова. Во всем поведении его было много странного.

Замарайка не старался разобраться, что держало его около высокой моховой кочки. Скорей всего песцовая нора, его спасительница. В случае опасности он мог в ней скрыться.

После сытного обеда лисенка стало клонить ко сну. Он вытянулся на траве и с наслаждением закрыл глаза.

Замарайка испуганно вскочил. Удар крылом пришелся ему по носу. Самец белой куропатки, презирая смерть, бежал к крыльям своей подруги. Он не мог бросить подругу, которой помогал строить гнездо. А лисенок не мог пропустить дичь, когда она сама летела на него...

Олень прошел недалеко от высокой кочки, пощелкивая копытами. Лисенок юркнул в нору, испугавшись огромного зверя, его больших развесистых рогов. Он не мог понять, почему зверь не погнался за ним, не стал громко лаять.

Сильный хор шумно втягивал воздух. Он чувствовал присутствие лисенка, но не обращал на него никакого внимания. Ударил копытом по камню и принялся щипать ягель.

Лисенок не сводил глаз с большого быка в серых клочьях линялой шерсти. Почему хор не обратил внимания на белую куропатку? Неужели не знал, какая она вкусная? Не мог оторваться от ягеля? Разве он такой сладкий?

Как только рогатый олень отвернулся, Замарайка схватил белую куропатку и скрылся в норе. Там ему спокойнее. В глубокой норе его не достать. Злая собака пробовала, но ничего у нее не вышло. А огромному хору и подавно не пролезть. В норе можно долго сидеть, не спеша грызть белую куропатку.

Высокий олень продолжал пастись. Медленно обходил кочки, искал ягель. Иногда он останавливался, задней ногой вычесывал клочья линялой шерсти.

Замарайка с удивлением заметил, что на оленя сели две маленькие птички. Озабоченно принялись бегать по его спине, что-то выклевывали.

Потом прилетела крачка с красным клювом. Выдернула у оленя клок рыжей шерсти и улетела. Хор отнесся к крачке совершенно спокойно. Не жалел своей линялой шерсти, разрешал птицам дергать ее для своих гнезд.

Замарайка испуганно скрылся в норе, когда заметил крачку. Второй раз не хотел встречаться с драчливой птицей.

Громко всхрапнув, хор быстро побежал, далеко выбрасывая высокие ноги. Лисенок понял, что он зря отсиживался в норе. Оленя ему не нужно бояться. Нападать на него тоже нельзя. У хора сильные рога и острые копыта, и ему, маленькому лисенку, с ним не справиться.

Лисенок почувствовал, что в тундру вернулся северный ветер. До этого он летал где-то далеко в стороне. Травы и кусты яры сразу пришли в движение. Маленькие листочки на стелющихся березках и тонкие веточки зашелестели.