Замарайка
Шрифт:
– Думайте сами!
– Хосейке понравилась возня с сестрами.
– Окся, неси тынзей. Свяжем руки и ноги.
– Скажу, скажу! Отпустите!
– взмолился мальчик.
– В густом лесу два уголька носит заяц. Суп с гусем будете в чем варить? Падернэ?
– В котле.
– Правильно. Вокруг озера идут двое, а сойтись не могут. Догадалась? Ушки котла.
– Ушки котла, - повторила громко Падернэ.
– Хитрый ты, Хосейка. Трудную загадку придумал. Трудную!
– Легкая, легкая! Ну скорей, кто ответит: ног нет, рук нет, а в рубашке?
– Подушка, - неуверенно сказала Окся, заливаясь румянцем.
– Подушка!
– Хосейка сильно вскинул спину, и девочки раскатились в разные стороны.
– Сероко мне нужен. Скажите ему, я к Тэбко пошел!
– Тебя Мария Ивановна послала?
– спросила Аня, которую разбирало любопытство.
– Он мне нужен!
– Хосейка отбился от девочек. Быстро зашагал через стойбище.
Семья Тэбко недавно переехала в бревенчатый дом. Новый сруб еще блестел, как большая глыба сахара. Около бревен всегда толкались малыши. Они откалывали ножами смолянистые щепочки и сосали их, как конфеты.
Хосейка издали увидел перед срубом ребят. На крыльце сидел Тэбко. Хосейка подошел ближе. Тобоки и полы малицы Тэбко были перемазаны илом и водорослями.
На крыльце лежали три черные казарки. Тэбко лениво выдергивал из гуся перья. Ветер подхватывал перья, долго кружил около крыльца и уносил в сторону.
Тэбко пел незатейливую песню про удачную охоту и свою меткость.
– Ань-дорова-те!
– угрюмо сказал Хосейка.
– Здравствуй, товарищ!
– весело ответил Тэбко. Он хотел похвастаться, что научился хорошо говорить по русски.
– Зло смотришь: зубы у тебя не болят?
– Нет.
– Задачу решил?
– Не писал еще.
– Ружье тебе надо?
– Тэбко благодушно улыбнулся своей догадке. Гусей шибко много. Патронов не было, больше бы наколотил.
– Мне не нужно твое ружье.
– Правильно, двадцатка лучше двустволки. У нее приклад закручен проволокой. Моя двустволка тебе не годится: стрелять не научился.
– Нельзя стрелять без времени, - тихо сказал Хосейка и испугался. Он еще никогда не перечил сильному Тэбко.
Тэбко поднялся, высокий, сильный, крепко сжав кулаки. Ногой отодвинул в сторону гусей. Направился к ступенькам.
Хосейке отступать было поздно.
– Нельзя стрелять!
– упрямо повторил он с отчаянной решимостью. Угрюмо посмотрел Тэбко в глаза.
– Кто сказал? Ты? Мария Ивановна? Председатель колхоза?
– Птицы сели на гнезда... вывели птенцов... Волки загрызут важенку олененок погибнет... Без матери птенцы пропадут. Погибнут гусята.
– А я не знал...
– А я сказал, - упрямо повторил Хосейка.
– А меня это не касается, - засмеялся Тэбко, пошел на Хосейку, сильно колотя пятками по ступенькам.
– Ты лучше рыбу запрягай в нарты... а не лезь... Не твое дело!
– Нахлобучил Хосейке капюшон на глаза и сильно ударил рукой по шее.
– Двустволку попросишь - дам, а учить не берись. Ты слышишь?
Хосейка снизу вверх посмотрел на высокого Тэбко. В четвертом классе интерната Тэбко был признан первым силачом. Хосейка смахнул рукой слезы и с отчаянной решимостью бросился на обидчика. Удар головой пришелся Тэбко точно в живот.
Высокий Тэбко не удержался на ногах и упал на спину. Хосейка подлетел к нему и принялся наносить удары один за другим.
Тэбко уперся ногой в землю, сбросил с себя Хосейку. Сильно ударил его по лицу. Из носа брызнула кровь.
– Драться!
– закричал громко Хосейка.
– Лапа, сюда! Нос разбил?
– Он больше не закрывал глаза от страха, а расчетливо наносил один удар за другим.
Сильный Тэбко оказался неповоротливым и медлительным. Он не успевал отвечать на все удары, которые сыпались на него с двух сторон. Левый глаз покраснел, а потом закрылся.
Большая шишка краснела у Хосейки на лбу, но он ее не видел. Два раза подряд сильно ударил противника. Тэбко качнулся и упал. Хосейка бросился на него, молотя кулаками.
– У травянистой кочки семь отверстий. Угадай, что это?
– Отпусти.
– Угадай.
– Кажется, голова.
– Правильно. Подумал и догадался. Точно - голова. У охотника должна быть голова. Надо думать, когда стрелять, а когда песни петь.
– Ладно, товарищ. Я тебе еще нос расквашу.
– Посмотрим, товарищ!
– Я буду охотиться.
– Увижу - буду бить.
– Посмотрим!
– Тэбко поднялся. Подходя к крыльцу, где лежали битые гуси, надавал подзатыльников ребятам, которые сосали смолянистые щепочки.
"Пойду к Есямэте. Надо узнать, что он делает, - подумал Хосейка, потирая разбитый нос.
– Нельзя мне запрещать охотиться. Сам я недавно бегал с ружьем. Капкан поставил на черную лисицу!" Хосейка испуганно огляделся кругом. Надо скорей снять капкан, пока никто не узнал. "Если росомаха не утащила кусок мяса, капкан насторожен. Почему я забыл о нем? А вдруг попадется лисица? Останутся лисята без матери. Я говорил о птенцах. Называл важенку. Попадется в капкан песец - погибнут все щенки!"
Хосейка побежал. Долго метался он между буграми, травянистыми кочками. Поставил капкан, когда не было травы, по снегу. Прошел час, второй. Наступила ночь, а Хосейка не возвращался в стойбище. Ночь была белая, и он искал капкан, как днем.
Хосейка уже собрался идти домой, когда зацепился ногой за цепь. Она была обмотана вокруг толстой ветки яры. Он несказанно обрадовался, а еще больше удивился. Капкан он поставил не здесь, а там, недалеко от песцовой норы, а как он попал в куст яры, было непонятно. Капкан захлопнул зубы, но под скобой не было зверя. Принялся тщательно осматривать. На одном зубе он нашел следы от крови. Было приклеено несколько черных волосков.
"Почему я забыл о капкане! Мне надо было давно посмотреть, - начал ругать себя Хосейка.
– Мне попалась черная лисица! Рыжая росомаха ее утащила".
Хосейка закинул капкан на плечо. Медленно направился к своему чуму. Шел он не спеша. Вспоминал весь разговор с Тэбко. Драку. Никогда он не думал, что победит. Жалко, что ребята не видели. Он победил Тэбко и стал самым сильным в классе.
Неожиданно Хосейке навстречу вышла Нярвей. Она весело улыбнулась, внимательно вглядываясь в лицо охотника.