Агент в кринолине
Шрифт:
Господи, ты же добрый, ты справедливый, ты милосердный, неужели ты допустишь такое? Неужели позволишь, чтобы Алексея навсегда разлучили с любимой женой?
Взглянув на «Морскую красавицу» в бинокль, Алексей увидел, что Мэри выскочила на корму яхты и напряженно вглядывается в людей, сгрудившихся у борта «Минервы».
Несчастная пленница была в рваном платье, с измазанным и искаженным гримасой отчаяния лицом, и у Алексея от жалости заныло сердце. В какой-то момент ему показалось, что жена смотрит ему прямо в лицо, словно умоляет о помощи…
— Мэри! Я здесь! — закричал он.
Что могли дать эти крики? Для нее это было только больнее — видеть мужа и уходить от него на чужой яхте по морю все дальше и дальше… Но Алексей продолжал кричать:
— Машенька! Любимая! Я здесь!
Словно эти слова связывали их незримой ниточкой, которая порвется, если он замолчит.
И тут случилось нечто совершенно невероятное.
Мэри увидела мужа на яхте, преследовавшей «Морскую красавицу». Алексей безуспешно пытался догнать маркиза Транкомба, но было ясно, что «Минерва» вот-вот отстанет. Яхта маркиза уже не раз побеждала в подобных гонках, и сейчас тоже имела все шансы оставить «Минерву» далеко позади.
Злорадную ухмылку Транкомба Мэри ощущала даже спиной.
— М-да, логика никогда не была сильной стороной русских, — бросил маркиз. — Неужели ваш граф надеется нас догнать? А если бы и догнал… он что, вступит со мной в морской бой на туристской яхте? Мальчишка! Никто не делает так много бессмысленных дел, как эти русские.
Да, сейчас Алексей отстанет, его яхта скроется из глаз в морской сини… и она окажется в полной власти человека без чести и совести!
Отчаяние вдруг толкнуло ее на безумный шаг. Мэри быстро поднялась на борт, оттолкнулась и прыгнула в море. Ее гибкая фигурка описала в воздухе дугу и ушла под воду.
Никто этого не ожидал и не успел принять никаких мер, чтобы остановить ее. Впрочем, ей потребовалась всего пара секунд, чтобы покинуть борт яхты «Морская красавица»…
Даже маркиз Транкомб, стоявший на палубе рядом с Мэри, слишком поздно понял, что она собирается делать. Попытавшись схватить ее, он успел зацепить лишь край ее платья, но гладкая шелковая ткань выскользнула из его пальцев, и Мэри на глазах своего мучителя исчезла в волнах.
— Утопилась! — ахнул кто-то из команды.
— Человек за бортом! Малый ход, самый малый! Стоп машина! — командовал капитан. — Прикажете спустить шлюпку милорд?
Она и сама не ожидала от себя такого отчаянного шага. Но в последнее время ей слишком часто приходилось руководствоваться не голосом рассудка, а зовом сердца, и это уже входило в привычку.
Оказавшись в воде, Мэри почувствовала, что ее неудержимо тянет вниз, в глубину… Мысли запрыгали, как рассыпанный горох, отрывочные и невнятные.
«Погибну! Что я наделала? Нет! Не хочу! Я выплыву! Алеша!»
И она ухитрилась подняться к поверхности, туда, где сквозь морскую воду проглядывал размытый золотой шар солнца.
Вынырнув, Мэри глубоко вздохнула и поплыла… Двинулась она подальше от «Морской красавицы», к той яхте, на которой был Алексей. Если откуда-нибудь и могла прийти помощь, то только от ее возлюбленного. Мэри старалась вообразить, что она на Днепре, где когда-то лихо рассекала саженками речную гладь. Она умеет плавать, она может долго держаться на воде и… И Алеша не даст ей утонуть!
Но при всех своих надеждах на лучшее «беглянка» быстро поняла, что море еще очень холодное, особенно на глубине. Весна в Греции несравнимо теплее, чем в Британии или в Малороссии, на Днепре, но все же вода пока не прогрелась и держаться в такой холодной воде было тяжело. Казалось, что ледяные лапы морских волн сжимают ее тело и пронизывают его острыми иглами буквально насквозь. Платье, жесткий корсет и туфли мешали плыть, и Мэри постаралась избавиться хотя бы от туфель, сбросив их с ног.
Правую ногу тут же свела судорога. Слишком долго она пролежала связанной, мышцы затекли и не успели отойти, когда она оказалась в холодном море и вынуждена была выплывать…
Отчаянно барахтаясь, Мэри делала все, чтобы, несмотря на острую боль, удержаться на воде, но с ужасом понимала, что долго протянуть не сможет.
«Алеша, помоги мне! Ты же так близко, ты рядом. Сделай что-нибудь, не дай мне погибнуть!» — умоляла она мысленно. Сил на крик уже не было…
Когда Алексей увидел, как Мэри скрылась под водой, его сердце зашлось от ужаса.
— Шлюпку на воду! — закричал он капитану, еще не успевшему понять, что происходит. — Скорее! Умоляю вас, поторопитесь! Моя жена в море! Она может утонуть!
Наверное, ни разу в жизни матросы с «Минервы» не спускали шлюпку с такой поспешностью… Алексей и сам спустился в шлюпку вместе с ними, на ходу срывая сюртук — если Мэри не выплывет, придется нырять и искать ее под водой, и тут каждая минута может отнять шанс на спасение. Матросы ударили веслами по воде.
— Скорее! Скорее, братцы! — умолял Алексей моряков. — Каждый миг на счету… Пожалейте ее, родные мои!
— Вынырнула, вынырнула графинюшка! — закричал вслед шлюпке Степан, остававшийся на палубе «Минервы». — Не утопла, слава тебе Господи! Живая, барахтается! Правее берите, ребята, правее, аккурат к ней подойдете!
Алексей и сам уже увидел, как над волнами появилась голова Мэри с мокрыми, потемневшими волосами, и замелькали тоненькие руки, бьющие по воде в отчаянной жажде спасения.
Какая удивительная женщина! Другая в подобных обстоятельствах растерялась бы и обратилась в безвольную жертву, влекомую на заклание, а Мэри, проявив невероятное мужество, старается сделать все, чтобы спасти себя. Вот теперь Алексею стало окончательно понятно, что он нашел в ней все, что желал бы видеть в своей жене…