Болтушка
Шрифт:
И еще чей-то.
Мисс Даннинг!
Я заметалась и в панике запихнула письмо в буфет, в самый дальний угол, где стояли какие-то бутылки.
На спрятанные под футболками вещи у мисс Даннинг глаз наметанный, почище рентгена. В четверг она разглядела под майкой у Дэррина Пека табличку с номером, отвинченную от директорской машины. И это с другого конца класса!
Потом я запаниковала уже по другому поводу. Я вдруг поняла, зачем она сюда явилась.
Слух о вчерашней драке дошел до школы, и вот мистер Фаулер прислал ее к нам домой, чтобы сообщить, что комитет учителей и родителей, нарезая мясо для завтрашних шашлыков, всесторонне обсудил создавшуюся ситуацию и решил меня на всякий случай исключить.
Меня затошнило.
Перед глазами замелькали страшные картины: меня переводят в интернат, это далеко отсюда, по ночам я вылезаю в окно, чтобы тайком повидаться с Амандой, ловлю на шоссе попутную машину, хлещет дождь, меня сбивает грузовик...
На веранде громко засмеялась мисс Даннинг.
Я уже хотела выскочить к ней и сказать, что это не смешно!
И вдруг подумала: раз она там хихикает, может, ничего и не случилось?
Я вышла на веранду.
– Привет, Ро, - обрадовалась мне мисс Даннинг.
И я успокоилась.
– Доброе утро, Тонто, - сказал папа.
– Я вот тут пригласил мисс Даннинг поглядеть на сад. Она собирается задать вам внеклассную работу по плодовым деревьям.
Мне было приятно, что папа не забыл о хороших манерах и при гостье заговорил со мной вслух.
– Твой папа предложил выступить у нас в классе и рассказать, как выращивают яблоки.
Тут я снова напряглась.
Папа в классе?
В голове у меня опять закрутились ужастики: громкое пение... мистер Фаулер... срочная эвакуация всей школы...
Но я взяла себя в руки.
Папа и мисс Даннинг уже отправились на экскурсию по саду. Я побежала за ними, чтобы объяснить, что папино выступление перед классом - на редкость неудачная идея.
И услышала их разговор. Папа рассказывал мисс Даннинг про вчерашнюю драку.
Ничуть не смущаясь.
Во всех подробностях.
Я не поверила собственным ушам.
Может, у него сотрясение? Контузия капустным салатом?
А мисс Даннинг смеялась.
Она прямо-таки хохотала!
Должно быть, меловая пыль разрушительно действует на мозг.
Я схватила папу за плечо, собираясь его хорошенько встряхнуть. Но он повернулся и так на меня посмотрел и с досадой, и с мольбой, - а мисс Даннинг как раз ему рассказывала, как она месяц назад порвала со своим бойфрендом и при этом залепила ему в физиономию абрикосовым тортом... В общем, до меня наконец дошло.
Какая же я все-таки дура!
Папа пригласил ее в сад ни с какой не с познавательной целью.
Он позвал ее туда с романтическими намерениями.
И судя по тому, как она хохочет, ей эта мысль не так уж и противна.
Я изобразила на лице смущенную улыбку и пошла обратно в дом.
Пошла? Нет, полетела на крыльях!
Уж теперь-то все пойдет как надо.
Сначала - головокружительный роман. Мисс Даннинг будет поражена в самое сердце папиной добротой (он, например, никогда не распыляет химикаты, если ветер дует в сторону дома престарелых), а он не устоит перед ее сильным характером и бесподобным почерком.
Потом - сказочная свадьба. Лучше всего во время сбора яблок, тогда кто-нибудь из наемных рабочих сможет быть папиным шафером.
А дальше - счастливая семейная жизнь с мисс Даннинг. Может, она потом позволит мне называть ее мамой. А главное, уж она-то проследит, чтобы папа не выходил из берегов, не бросался на людей, особенно если это отцы моих подруг, и никогда не пел за пределами ванной комнаты.
Для женщины, которая может заставить Дэррина Пека выплюнуть жвачку в урну, держать в узде моего папу - это раз плюнуть!
Жизнь прекрасна и удивительна.
Только бы папа все не испортил.
Главное - продержаться первые две недели, это контрольный срок, ни одна из папиных подружек не вытерпела дольше.
Пока что он справляется неплохо, но нужно быть начеку.
Когда они вернулись в дом, мисс Даннинг все еще смеялась, а папа сказал:
– Мы с дочкой по субботам обычно ужинаем в «Медном седле». Не хотите ли к нам присоединиться?
Я с трудом удержала на лице невозмутимое выражение.
«Медное седло» самый дорогой ресторан в округе, мы с папой ни разу и близко к нему не подходили. Ну разве что проезжали мимо на своем грузовике, показывая языки богатеньким обжорам.
Мисс Даннинг сказала, что с удовольствием принимает приглашение, и мы договорились заехать за ней в семь тридцать.
До полвосьмого еще два часа, а я уже падаю от усталости.
Все это время мы с папой выбирали, что ему надеть.
Мне удалось отговорить его от рубашки с девушками-всадницами. Я уж подумала, не упросить ли его купить белую, из хлопка с полиэстром, но потом вспомнила, что за ней пришлось бы идти в магазин мистера Косгроува.
Мы сошлись на бледно-зеленой.
Цвета разрезанного авокадо.
Еще я весь день ненавязчиво так напоминала папе, что сегодня надо вести себя образцово.
– Мисс Даннинг, - сообщила я ему только что, - не любит, когда много болтают. Она это говорит на каждом уроке.
Папа усмехнулся:
– Учителя - они только в школе строгие.
Он взъерошил мне волосы.
– Я тебя понимаю, Тонто. Ужин с учительницей, и все такое. Как-то неловко, а? Но не волнуйся, Клэр - нормальный человек, и ты с ней отлично поладишь.
Я-то да. Только я не за себя волнуюсь.
Все начиналось просто замечательно.