Чтение онлайн

Доктор даже не приподнялся со стула, будто не заметив этой руки.

— Я еще не закончил, сэр…

— Послушайте, мы не гоняемся за ночными бабочками, если они не проходят по уголовным делам. Я согласился принять вас исключительно по просьбе сержанта Бродбента. Но я занятой человек…

— Сядьте, сэр. — Доктор произнес это таким непреклонным тоном, что Гарст против собственной волн опустился на стул. Он хотел что-то возразить, но Солт не дал ему вставить ни слова. — Теперь позвольте мне объяснить, почему я здесь. И не надо мне рассказывать о ночных бабочках, улетающих в Бирмингем. Я знаю, что происходит в Бекдене, обязан знать после семи лет работы здесь. Мое дело серьезнее, чем все те, которыми вы сегодня занимались.

— На что спорим? — Гарст с усмешкой уставился на доктора.

— На пять фунтов. Теперь о Норин Уилкс. Она отсутствует уже больше трех недель. У нее очень редкая форма хронического нефрита, это заболевание почек. Если вас интересуют медицинские подробности, ради Бога. Я терапевт широкого профиля, но специализировался на урологии.

— Я верю вам на слово. Но почему все-таки дело такое неотложное?

— Выслушайте меня до конца. Я разработал для Норин методику лечения, которая позволяла поддерживать ее здоровье в хорошем состоянии. Я внушил ей, что, где бы она ни находилась, ей необходимо раз в десять дней прийти к врачу. Я объяснил Норин, что, если она не получит необходимых процедур в течение двух-трех недель, ей станет очень плохо и она может умереть. Да, она глупа и беспечна, но к своему здоровью относится серьезно. К тому же я взял с нее торжественную клятву. В сумке Норин лежит моя записка к любому врачу, к которому она может обратиться. В ней я прошу связаться со мной для уточнения ее истории болезни. Но Норин не дает о себе знать больше трех недель.

— Да плевать вашей Норин на любые клятвы. Знаю я этих девиц, она могла и к врачу не ходить, и вообще не вспомнить…

— В таком случае она или в больнице, или уже умерла.

— Я не могу не доверять вашему мнению медика, доктор Солт, но мне бы хотелось подвести вас к более четкой аргументации…

— Доброе утро! — Человек, вошедший в кабинет старшего инспектора, был высок, худощав и немолод.

— О, сэр Арнольд! — Гарст суетливо вскочил и услужливо заулыбался.

— Я только что переговорил с вашим шефом, полковником Рингвудом…

Доктор Солт, сидя на стуле, громко кашлянул.

— Простите, — спохватился старший инспектор. — Позвольте вас представить. Доктор Солт — сэр Арнольд Доннингтон. Доктор беспокоится о некой молодой особе Норин Уилкс. Говорит, что она пропала. Но я полагаю, он…

— Доктор Солт? — Сэр Арнольд смотрел на врача с явной неприязнью. — По-моему, мы уже встречались. В суде, я был одним из присяжных… Вы дали спорные показания в пользу того парня, который…

— Да. — Солт выглядел сейчас как только что разбуженный медвежонок, однако голос его звучал очень твердо: — Парень был болен.

Но сэр Арнольд не относился к числу тех, кто уклоняется от стычки.

— Я вам напомню, что позже он все равно был осужден на несколько лет тюрьмы.

— И тем не менее, — стоял на своем доктор, — он болен, у него не все в порядке с головой, тюрьма его добьет.

— Но общество нуждается в защите!

— Каждый член общества нуждается в защите, но не все достойны этого!

— Да, не все, это верно, — примирительно заметил сэр Арнольд. — Однако вам, доктор Солт, неплохо было бы хоть на один день оказаться в шкуре предпринимателя. Тогда бы вы поняли, что значит иметь дело с людьми низшего сорта, вот с такими женщинами или девушками, как эта… Как ее?

— Норин Уилкс.

— Вот именно! Мы вынуждены нанимать полторы тысячи этих Норин или Дорис, которые делают только то, что им нравится, не переносят замечаний, сквернословят, как солдаты. Никакого чувства ответственности, желания отработать те деньги, которые мы им платим. Притом половина из них — гнусные шлюхи. Кстати, эта… Как ее?

— Норин Уилкс, — снова напомнил доктор Солт.

— Да, так вот, возможно, это одна из моих работниц.

— Она работала на одном из предприятий «Юнайтед Фэбрикс» некоторое время, — подтвердил доктор Солт. — Однако вы, сэр, хотели переговорить со старшим инспектором. Ради Бога, я могу подождать.

— Сердечно вам признателен. Я не задержу вас. Сидите, сидите, доктор. Тайн у меня нет. — Он повернулся к Гарсту. — Я опять по поводу старого поместья Уорсли. За ним нужен глаз да глаз.

— Разумеется, сэр Арнольд, — ответил Гарст. — Мы следим там за порядком. Разве что-то случилось?

— Насколько мне известно, нет. Хотя должен вам признаться, я не был там уже несколько месяцев. — Сэр Арнольд говорил с Гарстом свободно, как со своим человеком. — Вы, конечно, знаете, поместье примыкает к клубу «Юнайтед Фэбрикс», мы и покупали его, чтобы со временем открыть там отделение клуба. Уже составлена смета. Но эти подрядчики — они любого сведут с ума — только собираются поставить сторожа, причем лишь тогда, когда начнутся работы. А что я должен делать, пока они раскачиваются? Очень вас прошу позаботиться об охране. И хорошо бы, если ваши парни были с собакой. Внутри здания украсть нечего, разве только медные ручки да шпингалеты, но оцинкованная кровля…

— Она в первую очередь привлекает воров, сэр, — заметил старший инспектор.

— Так примите меры!

— Разумеется, сэр Арнольд. Сделаем все, что в наших силах.

— Отлично. Доктор Солт, от души желаю вам найти вашу пациентку Дору Джилкс.

— Норин Уилкс, — вновь четко произнес доктор.

— Ах, да. Надеюсь, вы ее найдете. Я вас приветствую, джентльмены. — И сэр Арнольд удалился так же внезапно, как и появился в кабинете старшего инспектора.

Доктор Солт принялся неторопливо раскуривать свою трубку.

— Как сказали бы американцы, — заметил он между затяжками, — перед нами только что был Большой Босс Бекдена. Президент объединенной англо-бельгийской компании «Юнайтед Фэбрикс». Президент издательской компании «Бекден Телеграф». Член магистрата. И так далее, и так далее, и так далее.

Гарст не слишком одобрительно посмотрел на доктора.

— Сэр Арнольд, — ворчливо и с долей назидательности в голосе проговорил он, — может показаться немного резким и прямолинейным, но он прекрасный человек. Ему не было нужды связывать свою судьбу с Бекденом, но он пошел на это. Я не знаю никого, кто бы столько сделал для нашего города.