Чтение онлайн

"Стоун, мы тебя берем", заявил директор студии.

"Будь в гриме завтра в одиннадцать", сказал Сиано, вставая. "Мы начинаем съемки в час дня".

Потрясенный "актер" встал и пожал мужчинам руки. Он все еще считал, что ужасно сыграл. Неужели они не видят? В жизни он не чувствовал себя так неловко. Эти люди просто ненормальные.

Стоун подъехал к воротам дома Вэнса Калдера и остановился у проходной. К нему приблизился вооруженный человек в униформе охранника.

"Добрый вечер, сэр", сказал он. "Ваше имя"?

"Баррингтон".

"Добро пожаловать, мистер Баррингтон". Ворота раскрылись.

Стоун проехал небольшое расстояние вверх по извилистой дороге, и только когда достиг вершины холма, увидел дом. Он был покрыт белой штукатуркой в испанском стиле, с черепичной крышей. Служащий принял ключи от его машины, и Стоун прошел через двойные открытые двери в широкий вестибюль, пересекающий весь дом. Похожий на филиппинца, одетый в белую куртку человек, приблизился к нему.

"Мистер Баррингтон"?

"Да".

"Я так и подумал. Я знаю остальных гостей. Будьте любезны, пройти сюда".

"Стоун последовал за ним в очень большую гостиную, в которой тусовалась, по меньшей мере, дюжина пар. Хорошо, что на нем был элегантный костюм цвета загара с галстуком - все гости были хорошо одеты. С противоположного конца комнаты в белом льняном костюме к нему подошел Вэнс. Баррингтон давно мечтал о таком костюме, но ему казалось нонсенсом носить подобное в Нью-Йорке.

"Добрый вечер, Стоун", произнес Калдер, тепло пожимая ему руку, "и добро пожаловать в труппу фильма "Из суда".

"Это что, так называется картина"?

"Так точно. Все только и говорят о твоей пробе. Подойди, познакомься с людьми".

Стоун последовал за Вэнсом, приветствуя остальных гостей. Половина из них выглядела знакомой, или была знакома по газетам и телевидению - некоторые были актерами, другие - продюсерами или директорами. Он заметил Бетти Саусард, которая разговаривала с какой-то женщиной в противоположном конце гостиной.

"Стоун", сказал Вэнс, "я хочу представить тебе моего старинного друга Дэвида Стармака".

"Здравствуйте"! сказал Стоун. Он вспомнил, что Вэнс говорил о Стармаке, как об одном из самых могущественных людей в Лос Анжелесе.

"Очень рад познакомиться с тобой, Стоун", сказал Стармак. "Я наслышан о тебе от Вэнса и Луи". Дэвид оказался высоким человеком, лет шестидесяти пяти, стройным, одетым в прекрасного покроя консервативный костюм. Он обернулся к элегантной блондинке, стоящей рядом, которая была лет на двадцать моложе его. "Это моя жена, Барбара. Барбара, это Стоун Баррингтон".

"О, привет"! чуть было не выкрикнула она. Ты - друг Вэнса и Аррингтон из Нью-Йорка. Я читала в газетах о твоем Карибском процессе. И мне очень жаль, что дело обернулось подобным образом".

"Спасибо", ответил Стоун. "Барбара, рад познакомиться с тобой".

К ним присоединился Луи Ригенштейн. "Стоун, сегодня все только и говорят о твоей кинопробе", сказал он.

"О"! откликнулся на это Стоун, чувствуя себя не в своей тарелке. Какого черта все только и обсуждают его? Он заказал официанту коктейль, и несколько минут гости мило переговаривались и болтали. Стоуну очень не терпелось остаться наедине с Вэнсом, чтобы спросить, почему тот решил пригласить его для участия в съемках этой картины, но хозяин был занят другими гостями. Кто-то тихонько взял Баррингтона под руку и повернул к себе на сто восемьдесят градусов. На него смотрел хорошо загорелый человек лет сорока, который, пожав Стоуну руку, продолжал медленно трясти ее в такт своим словам.

"Я - Фред Свимс из Агентства ЭсБиЭс. Тебе нужен агент, и я готов всегда быть к твоим услугам".

"Агент"? удивленно спросил Стоун.

"Я видел твою кинопробу, и понимаю, почему все так много говорят о тебе. Это лучшая проба, которую я когда-либо видел".

"Простите, но я совершенно сбит с толку. Прошло всего четыре часа с тех пор, как материал был отснят".

"Добрые вести в этом городе распространяются быстро", сказал Свимс. "Позволь мне рассказать немного о нас: мы создали группу молодых агентов, решив сформировать свой творческий цех, и у нас имеется большой список серьезных клиентов. Я очень хотел бы сделать тебя одним из них".

"Мистер Свимс"…

"Фред".

"Фред, я, же не актер, ей богу! Я - адвокат, и даже не живу тут".

"Поверь мне, Стоун, скоро будешь жить. Могу я спросить, прошу прощения за любопытство, какое твое настоящее имя, я имею в виду с рождения"?

"Это и есть мое настоящее имя".

"Ты это серьезно? Это замечательно. Я сам бы не придумал ничего лучшего, а ведь я очень хорош в выборе имен. Знаешь, как прежде звали Вэнса"?

"Понятия не имею".

"Герберт Виллис". Как часто делают бойскауты, он поднял три пальца вверх. "Ей, богу"!

"Это потрясающе", сказал Стоун, стараясь оставаться вежливым.

Свимс прекратил трясти его руку, взял под локоть и отошел с ним в сторону. "Я хочу поделиться с тобой, что значат проба и роль, подобная этой. Мы говорим сейчас об очень больших деньгах, и я вовсе не шучу".

Стоун рассмеялся. "Луи Ригенштейн говорил мне, что я слишком стар, чтобы быть звездой".

"Да простит бог, что я противоречу Луи, но зрелый главный герой в моде. Взгляни, ради бога, на Гэррисона Форда или на Клинта Иствуда! Мужчина под семьдесят! А тебе сколько, тридцать восемь"?

"Сорок два".

Свимс наклонился вперед и заговорил голосом заговорщика. "Обещай, что это число никогда не сорвется с твоих уст, пока тебе не исполнится пятьдесят", сказал он. "Это число навсегда останется между нами; тебе тридцать…хорошо, пусть это будет тридцать с большим хвостиком".