Чтение онлайн

Нетрудно подсчитать, что в день, когда началась война, то есть на 21 июня 1941 года, ей было всего лишь 18. А в год Победы ей было всего лишь 22... Дожила до 85. И, как многие участники и инвалиды той войны, она, увы, должной помощи и внимания «на гражданке» все же так и не получила.

На фронт Раечка ушла добровольцем в феврале 1942 года. Военком в г. Куйбышеве (ныне — снова Самара) долго и не раз отговаривал. Малый росточек (всего 152 см), худоба: «Подрасти сначала!» К тому же на военном авиационном заводе уже работают две старших сестры, — а это тоже участие в защите страны! Нет, не отговорил! Она добилась отправки на фронт! И вот она участник — и обороны Сталинграда, и освобождения его! То есть — самой Сталинградской битвы! Техник по вооружению на прифронтовом аэродроме. Затем — санинструктор, медсестра при пехоте, при артиллерийской батарее.

В результате почти все годы войны оказывала на поле боя первую медицинскую помощь, под вражеским огнем, — с риском для собственной жизни! Останавливала кровотечение и тем самым нескольким сотням раненых спасла жизнь. Оттаскивала с поля боя, с их оружием — в более безопасное место... Санитары не всегда успевали подносить перевязочные пакеты.

И сейчас, в мирное время при множестве ДТП, известно, что значит медицинская помощь, ее своевременность! От нее так зависит жизнь!

На фронте, на передовой санинструктор, в перерывах между боями, организует помывки, бани, дезинфекции, — бережет здоровье солдат и командиров. А во время боя — жизнь. Причем не только бойцам своей батареи, но и пехоте. Под пулями, снарядами, бомбами, да в любую погоду!

Раечку, видно, охраняло «свыше»... На передовой, под огнем все годы войны — и ни одного ранения! Были две тяжелейшие контузии и отнимались впоследствии, болели руки — от перетаскивания раненых тел из-под огня. Вместе с их оружием — по инструкции... Столько горя, крови и страданий на поле боя и после него...

Откуда бралось столько физических и духовных сил?!

Она с батареей, пехотой — с боями — прошла на Запад тысячи километров — от Сталинграда через Донбасс, юг Украины, Венгрию, Австрию и закончила войну в Чехословакии, — в Праге, уже став связистом. Так что участвовала в освобождении многих населенных пунктов: сел и городов, и даже стран.

После Победы, хотя и не сразу, демобилизовалась, вернулась к старшим сестрам в Самару и стала работать на том же, где сестры, военном заводе № 24 им. М.В. Фрунзе (п/я № 32 Министерства авиационной промышленности — МАП СССР), который в 1941 году был эвакуирован из Москвы.

У нее есть правительственные награды. Среди них, конечно же, и медаль «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.», учрежденная именно в славный День Победы 9 мая 1945 года! Отмечу и то, что был у нее и нагрудный знак «Гвардия», учрежденный в 1942 году. А потому ее солдатское звание было не просто «сержант медицинской службы», а «гвардии сержант». Так что Раечка наша — еще и гвардеец!

Среди ее наград есть и легендарные! А именно: медаль «За отвагу» и Орден Славы. Обе эти награды учреждены (1938, 1943) для награждения «за личное мужество и отвагу, проявленные с риском для жизни» (так и записано при их учреждении). При этом Орден Славы — именно содатский орден!

И вот такие награды — хрупкой девушке невысокого росточка! Ее «личное мужество и отвага» были проявлены на поле боя, под вражеским огнем! Это ли не риск для жизни?

Мужские, брутальные понятия — «Слава», «Отвага», «Мужество»! Да такие значимые! Высокие! А тут — девушка!

Много можно рассказать про нее.

И про то, что больше всего на войне она боялась двух вещей.

Первое — попасть в плен («Я же не Зоя Космодемьянская! Пыток-то и не выдержу...»), второе — вернуться домой с войны инвалидом. Поэтому больше всего прятала при обстрелах не голову — ноги...

Бывало, не успеет до начала вражеского обстрела окопаться, так сядет в ямку — в недовырытый ровик, спрятав под себя ноги, а голова-то торчит...

Ей ребята кричат: «Райка! Прячь голову!» А она все-таки прячет ноги: «Пусть лучше сразу убьют, чем оставаться калекой!». Таков был ее выбор.

Была у нее на фронте и большая любовь. Но... погиб ее любимый Саша Мелешко. Похоронила она свою Любовь... Так больше никого полюбить и не смогла. Ну, прямо про нее та самая песня «Сестричка», что пела так проникновенно (светлая память ей!) талантливая актриса Театра Советской (ныне — Российской) Армии Нина Сазонова...

Есть эпизоды в Раечкиной фронтовой жизни — прямо для потрясающего кинофильма! Знаю несколько... Запоздалое сожаление: она — мало рассказывала, а мы — не очень-то и спрашивали. Взрослые — тонули в работе, мы — учились, росли. И — не записывали ничего... Очень жаль. Все же есть что рассказать. Однажды я ее спросила: за что дали Орден Славы? Она мне и рассказала. Вот и запомнился такой эпизод. Я потом некоторые обстоятельства уяснила с помощью официальных данных. Итак...

Весна 1944 года. Юг Украины, ныне, как известно — и самостийной, и незалэжной... А тогда — составная часть великой страны... Левое крыло 3-го Украинского фронта приближается к областному городу Николаеву. Бой за город начат 26 марта рано утром [3] . На подступах к городу — снег, распутица; украинские черноземы от снега, бомб, снарядов развезло. Сопротивление фашистов было отчаянным. Пришлось нашим войскам — известно из истории — прибегнуть и к выбросу десанта на город...

Артиллерии нашей, пехоте пришлось воевать, продвигаться в тяжелейших условиях! Бой завязался страшный. Огонь косит людей, очень много раненых, убитых... Раечка, как всегда, оказывает первую медицинскую помощь раненым, зная, что самое главное — это как можно скорее остановить кровотечение! Спешила, перебегая, переползая от одного упавшего от ран к другому, оттаскивая в безопасное место — за иной бугорок... Так много раненых, что санитары не успевали подносить перевязочные пакеты, выносить раненых из-под огня. Что делать? Знает же: минуты иной раз решают все — быть спасенному или нет. Выживет ли... И — она срывает с себя все что можно. И — рвет на лоскуты, бинты, на жгуты всю свою одежду... Пошли в ход портянки, чулки, верхняя — из-под шинели — одежда, начиная с гимнастерки, потом нижняя рубашка — все нижнее белье... Осталось на ней в этом бою шинель — мокрая, в грязи, в крови, да и ремень — солдатская подпояска...

В конце боя еле добралась до землянки: обессиленная, промокшая, продрогшая, в слезах — свалилась...

Очевидцы, видимо, доложили «по начальству», да и сам комбат Федоров мог увидеть. Хорошим человеком был он, гвардии капитан Федоров. Сам — храбрый, жесткий офицер, но и справедливый, заботливый. Видимо, он и был из таких, про кого позже сложена песня «Комбат — батяня»...

И вот шлет он за ней ординарца. Но Казеннова приказу комбата «явиться» не подчинилась — не было сил. Ординарец послан во второй раз. Раечка ответила матом. Я рассказываю с ее слов. На «гражданке» я никогда ругательств от нее не слышала. Видимо, тогда она не смогла иначе.