Гримуар
Шрифт:
Видимо, ему было бы проще, если я билась бы в истерике, размазывала сопли кулаком по лицу, валяясь на полу… Конечно. Там-то все просто. Раз истерика, значит, нужно успокоить. А вот когда человек сидит как мешком пришибленный, как я сейчас, это страшно… Что делать не известно…
— Ты можешь какое-то время побыть здесь?
Лера оторвалась от своих рассуждений и, немного подумав, кивнула:
— Только мне нужно предупредить родителей и друзей… не хотелось бы, чтобы они подняли шум.
— Я пойду с тобой.
Дома у Леры они разделились. Девушка собрала нужные ей вещи, оставила родителям записку, в которой говорилось, что она уехала с друзьями за город и сеть там не ловит. Друзьям же отправила сообщения, что она поехала с двоюродной тетей в санаторий, где опять же не работает телефон. Хранитель тем временем чертил пальцем какие-то знаки на окнах и дверях квартиры.
— Это для того, чтобы книга оставалась на своем месте, — сказал он, заканчивая с окном в ее комнате.
V
Первую свою ночь в Книге Ответов Лера провела на диване. Спать на нем оказалось не так уж и плохо. С утра она по привычке рано встала и зашла во вторую слева дверь, попав в длинный коридор с множеством разношерстных дверей. Его она обнаружила сразу после того как исследовала дверь отвечающую за хранилище артефактов, но там Лера не нашла ничего для себя интересного — все предметы были размещены на стендах под стеклом, со специальными лампами, служившими единственными источниками света.
В этом коридоре сначала было только две двери из светлого дерева: ванная комната и уборная, но сейчас их количество заметно увеличилось. Теперь же следом за первыми дверями шли синяя дверь кладовки, где лежало все: от лейки до пледов и подушек, и розовая дверь гардеробной, куда Лера уже успела перенести часть своих вещей. Появились они, когда девушка стала засиживаться в книге часами, и чтобы не терять время иногда переодевалась здесь. Затем следовала красная дверь-портал в спортзал, куда она ходила еще со школы. Пройдя через нее в первый раз, Лера долго боялась, что кто-нибудь сможет случайно попасть в Книгу, но Хранитель объяснил, что связь с гримуаром есть только у нее, поэтому это не возможно и переживать не стоит.
И вот сегодня рядом с дверью в ванную комнату появилась новая коричневая дверь. Лера неуверенно толкнула ее и попала в спальню с большой двуспальной кроватью под пологом и туалетным столиком с мягким пуфиком.
— Красота! — Лера улыбнулась и, предварительно попрыгав на кровати и посидев на пуфике, пошла за своими спальными принадлежностями. Теперь у нее появилась своя комната.
Ай какая ты у меня хорошая, какая умница… Не гримуар, а прям мечта!
Пребывая в самом наилучшем своем настроении, она собрала вещи, разбросанные по дивану, выпрямилась, и ее взгляд невольно уперся в четвертую дверь, находящуюся рядом с хранилищем артефактов.
А ведь это мой шанс! Хранитель спит еще, он раньше обеда точно не встанет, так, что рискнуть стоит…
Лера быстро сложила вещи обратно на диван, осторожно подошла к двери и замерла. Оглянулась по сторонам как нашкодивший ребенок и весело улыбнулась. Обычно в этот момент рядом прямо из воздуха появлялся Хранитель с каким-нибудь вопросом или интересной историей и отвлекал ее от двери. Он вроде бы никогда не запрещал подходить к ней, вообще никак не касался ее в разговоре. Более того, старательно избегал любого вопроса или упоминания о двери, сразу меняя тему. И вот сейчас он спит и не может ей помешать утолить свое любопытство.
Девушка вытерла вспотевшие от напряжения ладошки о длинную футболку, служившей ей этой ночью пижамой и потянулась к дверной ручке.
Блин, страшно-то как.
Внутри нее все тряслось. Ее буквально разрывало от предвкушения и страха перед неизвестностью, но любопытство пересилило, и она открыла дверь, удивленно уставившись в черный дверной проем.
— И что это значит?
Лера неловко переступила с ноги на ногу и попыталась хоть что-то разглядеть в непроглядной темноте.
Вот черт. Ничего не видно. Словно черной краской стену изрисовали, а дверь так, для шутки нацепили. Вот только то, что это не стена, а пустота зачарованная видно сразу. Даже не видно, а ощущается…
Она тяжело и как-то разочаровано вздохнула. Шагать в неизведанную пустоту пусть и в пределах гримуара, который к ней вроде бы хорошо относится, не спешила. Лера уже хотела закрыть дверь от греха подальше, как ее буквально втянуло во тьму, и она упала в воду. Вынырнув, девушка стала откашливаться, в нос попала вода. Как только она немного пришла в себя стала осматриваться, пытаясь понять, где же она оказалась.
Этим местом была круглая пещера, потолок которой терялся где-то в высоте, а стены поражали своей чернотой. В центре находился остров из белых камней, на который сверху падал столб света. На его же берегах с четырех сторон горели небольшие костры. Но больше всего Леру поразила вода в подземном озере. Она была кристально чистой приятной телу температуры. А от ее поверхности шел белый пар, который клочьями плавал над водой, словно туман, и легкий аромат жимолости.
Надо же… опять жимолость…
Лера поплыла к острову. Плыть было легко, словно вода сама ее держала на плаву. Добравшись до берега, она не стала выходить на сушу и принялась играть со сгустками плотного тумана, словно это была пена в ванной. И так увлеклась процессом, что не заметила, а скорее почувствовала рядом движение в воде. В поисках источника она начала вертеть головой и невольно взвизгнула — прямо на нее из-под водной глади смотрела огромная, с небольшую машину, голова змеи. На этом вся ее небольшая храбрость оставила девушку, и она замерла как кролик, судорожно пытаясь вспомнить, читала ли она когда-нибудь как вести себя со змеями. Тем временем змея начала подниматься из воды нависая над Лерой.
Мамочка, какая же она большая. Вот и смерть моя.
Лера не знала, от чего она умрет быстрее: от змеи или от страха, который заставлял колотиться ее сердце так быстро и громко, что она буквально ощущала его всем телом.
— Не бойся…
Голос раздался сразу отовсюду и прямо у нее в голове, но Лера настолько была напугана, что не даже не удивилась. Она просто неотрывно следила за змеей.
— Не бойся…
Вода вокруг Леры начала качаться и эти ритмичные волны похожие на укачивания стали успокаивать девушку. Подступающая тошнота и гул в ушах, предвестники обморока, стали понемногу отступать.