Чтение онлайн

"Магическое создание дает и магическую силу. Увеличивает нашу. Существует очень простой способ с помощью ларийского коня позвать нечисть. Но ты должен быть один. Потому, очень даже возможно, что мой совет лишь ускорит твою смерть..."

Какая уж разница, подумалось Арману, сейчас или на закате? Продлевать агонию, бороться за каждое мгновение? Ныть, просить, умолять?

Боги, не для того родился он арханом, чтобы унижаться. И если уж суждено ему умереть сегодня, то, желательно - не одному, а с погубившей его репутацию нечистью.

Арман кинул в огонь прядь. Волоски извивались, языки огня быстро окрасились черным, заволновался за спиной Искра.

Арман срывающимся голосом начал читать заклинание... А если не поможет? Если принц обманул. Но зачем Миранису обманывать?

Простые слова на старом языке подчинили огонь, и тот заиграл в такт голосу Армана. Дым извивался клубами, распространяя сладковатый запах, от которого закружилась голова, стало легко в груди.

Искра испуганно захрипел. Арман вздрогнул. Конь, оказавшийся по другую сторону костра, поднялся на дыбы. Мелькнули над костром копыта, задевая щеку Армана всего чуть-чуть... но хватило. И последний вопрос перед тьмой - за что?

Кто-то маленький больно укусил в раненую щеку. Арман смахнул навязчивое насекомое, и, когда отхлынула слабость, открыл глаза.

Уже вечерело. Удлинились тени. Покачивались перед глазами листья папоротника, бегали по стволам сосен солнечные блики. Задетая Искрой щека пульсировала болью. Арман огляделся.

Первое, что он увидел - коня.

Искра осторожно принимал яблоко из чужих ладоней. Ладони были маленькими, белыми, и принадлежали кому-то, кого скрывал толстый ствол сосны.

Хрустнул сочный плод, Арман осторожно поднялся на локтях, подвинувшись так, чтобы видеть обладателя ладоней, и вздрогнул от удивления: рядом с Искрой стояла девушка в голубоватом, облегающем стройную фигурку платье. Рожанка, которую Арман часто видел в деревне. Которой даже улыбался, и игнорировал тихий шепот дозорных:

– Податливая она, ласковая. Если архан изволит...

Не изволил. И теперь, приглядевшись повнимательней, даже о том пожалел - красива она, видят боги, красива, притягательна. И тело ее нежное... Не того ждал Ар от заклинания, но, может, это не так уж и плохо - насладится молодым телом красавицы перед самой смертью.

Блеснув глазами, будто услышав мысли Ара, протянула она Искре новое яблоко. Конь фрукт взял, виновато покосившись на Армана.

– Красивое создание, - сказала вдруг рожанка.
– Только вот хозяин у него глупый. Молодой. Позвать позвал, да вот о последствиях не подумал.

– А надо?
– спросил Арман, поднимаясь.

И все еще отказываясь верить. Вот она - нечисть. В красивом теле, в гибких, осторожных движениях, в невинных, широко распахнутых глазах.

И вдруг немилосердно разболелась голова. И стало гораздо сложнее говорить, тем более, что распухла до онемения щека, да и глаза девки показались почему-то двумя омутами, в которых так сладко было утонуть.

– Ну, это как сказать?
– усмехалась красавица.
– Может, это было мудрым решением? Серчаешь на меня? Зря... Я знала, что ты лариец, вот под оборотня и красилась. Теперь же придется эти леса покинуть. Хлопотно, знаешь ли. А что поделаешь?

– Людей в покое оставить не можешь?
– Арман не мог понять, как такая девушка вообще могла кого-то убить... не верил. Не хотел верить.

– Вижу, красавец, смерти жаждешь?
– не ответила она, гладя огнистого по шее. Конь реагировал странно - убегать не убегал, но в глазах был страх, и искры потускнели, окрасившись грязно-желтым.
– Правильно. Зачем тебе жить?

Девушка оставила коня и подошла к Арману.

Какие же у нее глаза! Голубые... с вертикальными зрачками. А губы то и дело дрожат, обнажая белые зубы с острыми клыками.

– Кто ты?
– выдохнул Арман.

– Я?
– девушка осторожно провела тыльной стороной ладони по шее. Сразу же стало тесно в груди, а щека заболела еще больше, обожгла болью, и боль привела в чувство.

– Не оборотень ты! Кто?

– Я - нет. А ты - ты да.

– Что прицепилась?
– спросил Арман, делая шаг назад.
– Душу родную, тварь, чуешь?

– Чую желание смерти, - шагнула она следом.
– И оно пьянит.

– А дальше что?

– А дальше для меня - кровь. Для тебя - мир за чертой. Сладостный... красивый.

– Не верю, - прошипел Арман, отходя, но красавица не отпускала, шла следом, и оставалась все так же близко.

– Глупенький, - мурлыкала она, прижимаясь к Арману.
– Мой глупенький. Страх смерти придумали боги, чтобы вас от сладости смерти удержать. А вы и верите. Как дети...

Какое же гибкое у нее тело! А дыхание холодное, смертью пахнет. Губы мягкие, нежные. И не страшно, совсем не страшно. Томительно...

Ржание Искры ударило хлыстом, мгновенно отрезвив. Арман дернулся, оттолкнул прижимавшуюся к нему рожанку, упав на усыпанные хвоей папоротники. Мелькнули в воздухе огромные копыта вставшего на дыбы Искры...