Чтение онлайн

"Кто ты?" - успокоился вдруг тот, другой, жадно поедая снег и оставляя на чуть светившемся в темноте белоснежном одеяле темные пятна.

"Друг", - отвечает Рэми, подходя ближе и принюхиваясь.

Кровь зайчонка, сочного, молодого. Запах, что заставил зверя внутри Рэми неосознанно облизнуться, жадно сглотнуть. И в то же время почувствовать привкус тошноты - сильна в шкуре барса сила человеческого разума. Может, слишком сильна? Разочарование...

"Помнишь меня?" - спрашивает Рэми, подходя к оборотню на шаг ближе.

Напрягается Ленар. Не доверяет. Боится. Но не убегает - это хорошо... значит, готов к разговору, может, даже его ждал.

Рэми понимал: изгнанники, а Ленар был изгнанником, они все такие - мечтают поделиться своей болью... с любым, кто захочет слушать. Рэми хотел. Ему жизненно необходимо было - выслушать вот этого ободранного жизнью волка... Рэми чувствовал, что Ленар знает очень многое, если не все.

"Помнишь, как проезжал осенью здесь отряд?
– продолжил Рэми, слизывая с морды Ленара капельку крови и даже не поморщившись от характерного привкуса. Вкусно. Очень вкусно... хочется еще. Но нельзя.
– Как сидел я за спиной Жерла, а ты выбежал на дорогу? Помнишь, что ты тогда говорил? Уверенный, что вас не слышат. Я слышал."

"Я знал, что ты слышишь, - заметно расслабился волк.
– Как же я раньше любимца своего братишки не узнал? Рожанина Рэми..."

"Давно уже я не рожанин", - Рэми улегся на снег, не отпуская взгляда оборотня. Лежать на снегу хорошо, мягко, удобно и совсем не холодно. Приятно, спокойно. Уходить не хочется. И разговаривать не хочется... просто бы остаться здесь навсегда... зверем. Но вновь встрепенулся в душе Рэми человек, заставив продолжить:

"Я пришел не за этим. Жерл мертв, и я не хочу последовать за ним. Помоги мне."

Зашла за тучу луна, в лесу вдруг стало темно. Но, Рэми глазами кошки видел, как вздрогнул волк, как задумался, как опустил голову на огромные лапы, и моргнул, будто пытаясь смахнуть с ресниц слезу, но тотчас ответил:

"Может, оно и к лучшему... Погоди!
– остановил невольное движение Рэми волк.
– Выслушай, осуждать потом будешь... Вам, молодым, все черное или белое, а я знаю, что смерть иногда бывает и спасением. Для моего брата она была именно такой."

"Я готов тебя выслушать... Ленар."

Вновь вышла из-за тучи луна, посеребрила снег и шерстинки на шкуре волка. И вновь стало тихо. Как в ту ночь, когда Рэми встретил Мира.

Ленар осторожно подвинулся на синеватом в темноте снежном одеяле, а Рэми вдруг заметил, что волк бережет правое бедро. Принюхался: так и есть, запах гнили и застаревшей раны.

"Помнишь мое имя?"

"Я помню всех, кого встретил, - ответил Рэми.
– Иногда это полезно."

"Я тоже помню, - осторожно ответил волк.
– Но люди ко мне были гораздо менее добры, чем к тебе, Рэми. Даже понятия не имеешь, какой ты везунчик. Ты оборотень, но сытый, довольный, вижу, что почти счастливый... тогда как я..."

"А твой ребенок?" - осторожно поинтересовался Рэми.

"Что тебе дался мой ребенок?"

"А если дался?"

"Тебе в самом деле интересно?
– в голосе Ленара послышался гнев.
– Интересно, как живут оборотни в Кассии?"

"Я слушаю, - заглянул в глаза оборотня Рэми.
– И, может, даже, попытаюсь помочь... скажи только - как. Или ты мне не веришь?"

"Мой брат тебе верил, - Рэми вздрогнул.
– Нет, даже больше, он в тебя верил. В меня не верил, а в тебя... но именно потому я и расскажу."

"Только поэтому?"

"Чего ты добиваешься?" - огрызнулся волк.

"Ты знаешь, - как можно мягче ответил Рэми.
– В этом мире так мало хороших людей, что я не хочу терять еще одного. Тебя. Если я могу тебе чем-то помочь, я помогу."

"Погоди с обещаниями до конца рассказа...
– голос оборотня явственно отдавал горьким.
– Может, о них пожалеешь."

Рэми молчал. Но уже знал, что пожалеет вряд ли, чтобы он не услышал. Рэми был не тем, кто скор до осуждения.

"Жерл был моим сводным братом. Говорят, что его мать сама упала с лестницы и сломала себе позвоночник, но я не сильно-то верю в подобную историю. Думаю, что отец помог первой жене уйти за черту, а дело затушевали. Но ничего не дается в этом мире даром.

Вскоре после смерти первой жены отец женился на ларийке. Подозреваю, что политический союз, помогающий примирению с Ларией, был платой за молчание дозора и платой жестокой как для моей матери, так и для моего отца.

Они ненавидели друг друга. Моя мать - тихо и безропотно. Мой отец - отрыто. И еще больше, чем мою мать, он ненавидел меня, своего сына. Называл "зверенышем"... то и дело старался оскорбить, унизить, но никогда не бил... до того дня.

Тогда мне исполнилось тринадцать, а моему братишке шестнадцать.

Мы жили в столице. Была весенняя ночь. Лунная, удушливая, какая бывает перед первой грозой. Помню, как не в силах спать, я поднялся, подошел к окну, распахнул створки. Впустил горьковатый запах черемухи, застыл у подоконника, и все смотрел и смотрел на полную луну... чувствуя, как ее свет растекается по моим жилам...