Чтение онлайн

— Так и поступите. Это будет долго?

— Не знаю. В Гартуле сейчас беспорядки, дворцовые перевороты и междоусобица.

— Не без участия Ларотум! Какая досада, а я так заинтригован, — нетерпеливо сказал принц.

В тот же вечер я сел за письмо.

'Драгоценный, мой батюшка!

В первых же строках письма спешу попросить у вас прощения за непозволительно долгое молчание.

Я нынче служу в Мэриэг, при королевском совете, куда меня назначил заседать кэлл Орандр Сенбакидо, сделавший меня своей властью графом и коннетаблем герцогства.

Волею судьбы я ныне обласкан всеми ее милостями. Могущественные люди благоволят мне, я часто бываю при дворе принца, и завел в столице много добрых друзей.

Спешу справиться о вашем здоровье. Надеюсь, что оно в благополучии. Молю богов о вашем процветании.

Позвольте с этой оказией, осведомиться у вас об одном деле. Известно ли вам что-нибудь о некоем ларце с гербами Эргенов, Гаатцев — Коладон и вашим, отец(!), расположенных на разных потайных крышках?

Были ли у вас какие-то связи с этими семействами?

И чтобы вы ответили на дерзкую просьбу прислать мне свою печать?

Хотя, такой непутевый сын должен сам примчаться немедленно и склонить свою голову перед вашими коленями.

Жду скорейшего ответа по адресу: Мэриэг, Синий Город, улица Стойкости, шестой дом'.

Я отправил письмо с торговым караваном на следующий же день.

Оставалось только дождаться ответа.

Эх, если бы я знал: к чему все это приведет, то вряд ли бы стал впутывать моего отца.

Когда в Мэриэг вернулся Рантцерг, Гротум посвятил его в подробности нашего плана. Но за более подробными объяснениями он пришел ко мне.

Рассказав с самого начала об опасности, угрожавшей Амирей, я отдал ему перстень. Набларец был удивлен и немного раздосадован тем, что девочка доверила украшение мне.

— Она не должна так легкомысленно поступать с реликвиями нашего рода. А зачем вы брали этот перстень?

— Вам ничего неизвестно о предмете, который скреплен печатями сразу трех знатных семейств, включая ваше?

— Нет. А что за предмет?

— Пустое. На нем были символы похожие на те, что изображены на этом перстне.

Я не вполне доверял набларийцу и не посвятил его в тайну шкатулки.

Любовь саламандры стала мне досаждать. Она появлялась повсюду: на деревьях, ступенях дворца, на площади, в трактире и все время смотрела на меня своим задумчивым пристальным взглядом.

Наконец, я так устал от этого, что не выдержал и попросил ее, чтобы она оставила меня в покое.

Странно, но саламандра поняла мои мысли и совсем на меня не обиделась. Взгляд ее стал огорченным, но она дала понять, что повинуется мне и исчезнет, но в любой миг появится по первому моему зову.

Я не забыл о приключении на кладбище эпиохенов.

И мне очень хотелось расшифровать текст эпитафии на могильной плите. А в том, что это было зашифрованное послание, я не сомневался.

Один человек в Мэриэге имел прямое отношение к древним преданиям. В его ведении были королевские архивы. Барон Дишар мог пролить свет на это загадочное дело. И в один из дней я отправился к нему, в его владения, в дальнем крыле дворца.

Низкие стены были завалены свитками аж до сводчатого потолка. Пыль веков и древние тайны окутали это помещение. Специфический запах кожи и старых красок, потому что здесь хранились, в основном, рукописные тексты, наполнял воздух. Пожелтевшие пергаменты, разноцветные свитки — не в них ли объяснение нашей тайны?

— Барон, скажите, вам случайно ничего не известно о звезде Аландакии?

— Звезде Аландакии? Кажется, звезда Аландакии упоминалась в древних легендах об Атарде.

— Атарде?

— Да. Был такой волшебник в заморских землях. У него имелась диадема звезда Аландакии.

— И что сотворил этот Атард?

— Многое. Установил порядок, законы для древних людей. А потом он умер. Но перед смертью раздал части этой диадемы своим ученикам. Или спрятал в разных землях. Существуют варианты этой легенды. А почему вы спрашиваете о звезде Аландакии?

— Оно было начертано на одной могиле. Но вот, что странно, имя Атард мне знакомо. Я вычитал это имя в свитке из Квитании.

Я рассказал Дишару предание, которое уже слышали мои друзья.

— Любопытно. Но этот рассказ лишний раз свидетельствует о том, что древним свиткам не всегда можно верить.

У нас с Лалулией возникли сложности. Маркиз явно стал что-то подозревать. Я уже давно сходил с ума в яростном бессилии и не знал, как разрешить этот любовный треугольник. Лалулия была не из тех женщин, которые заслуживают участь любовницы. И все же, я тихо проклинал тот день, когда отказался от ее недвусмысленного предложения. Момент для тайной встречи был упущен. Но мы виделись на людях и, наверное, чем-то выдали себя. В любом случае, теперь мы почти не оставались наедине. Можно было повременить, пока этот старый монстр не уйдет из жизни естественным способом, можно было помочь ему, но я не убийца немощных стариков и потому я ждал какого-нибудь знака судьбы. А тем временем, нам стало невозможно общаться. Затаиться и ждать?

Но бесценные сведения, которые могла передать мне маркиза, требовали того, чтобы пойти на риск. Не говоря уже о том, что нас просто тянуло друг к другу и не хотелось терять возможность обмениваться откровенными признаниями. Но каким образом? Как ни странно, идея возникла при разглядывании этих расфуфыренных хлыщей во дворце: странная мода на веера подсказала мне: как можно использовать их для передачи друг другу текстов.

И я поделился своим планом с Лалу. Она восхищенно посмотрела на меня и сказала, что я — гений. Мне было безумно приятно это слышать, но я скромно потупил глаза и сказал, что система знаков изобретена не мной и уже очень давно.