Чтение онлайн

Далее принц сообщил мне, что хочет видеть меня в рядах славного ордена рыцарей Дикой розы. Я доказал свое право быть принятым в него. И что это почетное для меня действо состоится сегодня в полночь в замке Ладеон, где находится резиденция ордена.

Нельзя сказать, что эти слова меня сильно обрадовали: я уже нутром чуял всю опасность, исходившую от этих орденов, и полночные встречи в удаленной резиденции не предвещали ничего хорошего. Но в ордене уже были мои друзья, я сам пошел с ними на Веселую Горку, и отступать было поздно.

До Ладеона было часа три пути, при хорошей скачке на лошадях, а я чувствовал себя еще очень уставшим после пережитых событий. Но отдохнуть у меня так и не получилось.

По Красной дороге, что вела в Квитанию, наш небольшой отряд добрался к полночи в замок Ладеон. Он был подарен Кресалфом невестке, матери принца, в свою очередь она подарила его сыну. Небольшой замок выглядел очень романтично: высокие обросшие диким виноградом и плющом каменные стены, живые изгороди, ворота с отчеканенными гербами, небольшой подъемный мост, над узким каналом. Вход в замок по аккуратному и невысокому крыльцу. Внутри квадратный холл, из желтого кирпича, кое-где украшенный гобеленами, латами и оружием. Широкая лестница разбегается на две стороны, чтобы потом слиться воедино. Роскошный балкон нависает над холлом. Камень, старинная, чуть потертая ткань, и металл — вот все благородство замка Ладеон, которое так нравится мне. В нескольких напольных вазах, зимние цветы. Мы проходим в Рыцарский зал — он так и называется: 'Рыцарский'.

Пол, выложенный из темного дерева, отполирован многими поколениями до блеска. Тридцать деревянных и не слишком удобных кресел с высокими спинками, стоят по всему периметру зала, в центре возвышается высоченное кресло магистра.

Мы прибыли рано. Я, мои друзья и принц прошли в столовую, где слуги уже подготовили легкие закуски и бокалы с вином. Утолив первый голод и осушив бокалы, мы услышали, как застучали подковы лошадей по каменной площадке перед входом в дом: подъехали остальные члены ордена.

Все, кроме меня прошли в Рыцарский зал. Меня должны были вызвать. Граф Лону вышел ко мне и пригласил последовать за ним. Я и не ожидал, что будет столь торжественная обстановка. На плечи принца была накинута черная бархатная мантия, вышитая зелеными веточками, малиновыми цветами и плодами шиповника. На голове принца был золотой венок, опять же, изображающий дикую розу.

— Братья мои, я ваш навеки, — с такими словами начал принц свою речь, — как это растение, из дикой природы, которое ценится за свою упорную силу и сдержанную красоту, приносящую целебные плоды, мы с вами ушли корнями в прошлое наших отцов, дедов и прадедов. И вера их в древних богов так же проста и бесхитростна, как растение, которое мы выбрали знаком нашего ордена. Она не блещет фальшивой пестротой слов и вымыслов новых лжепророков, она лишена обмана, она чтит верность идеалам.

Сегодня я прошу вас принять нового рыцаря в наш стан. Он доказал свое право быть здесь многими поступками. Вы имели честь обсудить их, пока он дожидался вашего решения за дверью. Вы все признали их правыми и бескорыстными, вы верите ему, а это главное, ибо, если закрадется сюда и спрячется среди нас предатель — смерть всему ордену.

— Не бывать не бывать этому! — дружно закричали все.

— Итак, прошу вас в знак согласия поднять ваш мечи, а от вас молодой человек, требуется преклонить колени многими достойными братьями!

Я не стал дожидаться повторного приглашения и бухнулся на колени — вся эта церемония показалась мне немножечко наигранной, гораздо проще было без всех этих церемоний решить дело. Но таковы были правила игры.

Все тридцать мечей взлетели над моей головой и плашмя коснулись ее. Я был принят в орден.

Несмотря на достаточно бурное и заполненное событиями начало моей жизни в Мэриэг, увлекшее меня своей новизной и впечатлениями, я все же очень хорошо помнил про одно старое дело — подготовку к экспедиции за Багровый океан.

Время от времени герцог сообщал мне, как идут дела. Еще до моего приезда в замок Брэд, на верфи в Ритоле начали строить два мощных галеаса, способных выдержать долгое плавание.

Изредка я задумывался: как мне быть — меня интересовала и влекла жизнь в столице, и мне хотелось в ней поучаствовать, и меня точила мысль, что я буду делать, когда наступит пора отправляться в плавание, ведь строительство кораблей уже близилось к завершению — я провел в замке Брэд все лето и осень.

Мои колебания решила судьба — в Мэриэге ко мне пришло письмо от герцога, в котором он извещал меня, что с путешествием возникли непреодолимые сложности.

Еще в Файлено радостные Флэт и Прополинг говорили о том, что они пытаются беседовать с Джильаланг, осваивая ее родной язык и обучая нашему.

Так вот, она научилась многому: им удалось почерпнуть из ее рассказов разные факты о Багровом океане. Она плохо помнила свое прошлое, но очень хорошо вспомнила, какое препятствие подстерегает моряков-путешественников, пустившихся в плавание.

Джильаланг утверждала, что сущестует некий барьер, отделяющий Ош-да-рийю, так она называла свою землю, от нашего мира.

Дело не в морских чудовищах и не в страшных бурях, которыми пугали мореходы Кильдиады. Этот барьер незримой силы — корабли просто натыкаются на него и никакая сила ветра, гребцов не способна продвинуть корабль по морю в сторону ее земли.

Чем объясняется этот феномен — она не знала, но смутные воспоминания, возникающие в ее голове, подсказывали мысль о магии.

Сама путешественница жутко огорчилась, вспомнив о препятствии, но вопросы Флэта и Прополинга о том, как она добралась до берегов Ларотума, поставили ее в тупик.

Джильаланг утверждала, что есть другой путь с противоположной стороны — он дольше во много раз, но если плыть на восток, то рано или поздно доплывешь до ее земли, и карта, нанесенная на тело женщины, свидетельствует об этом.

Проплыть через Темный океан, через Темные земли — вообще не представлялось возможным, и пришлось признать, что путешествие не состоится. Два корабля герцог задумал отправить к дальним берегам Кильдиады, за ценными породами дерева, и редкими маслами. Так что в любом случае строительство кораблей должно окупиться.