Чтение онлайн

— Нормально всё будет, будем дороги охранять. Сам придурок, раз даже таких простых вещей не понимаешь.

Яшмовые весы несколько раз глубоко вдохнул и выдохнул, прежде чем откинуть в сторону полог шатра и войти. Хорошо быть стратегом, который спешит к королю с вестью об очередной победе, отвратительно быть стратегом, который раз за разом приносит королю только неутешительные вести.

Яшмовые весы со дня на день ожидал, что король прикажет схватить его. Столько просчётов, столько поражений…

Король тогда верно всё сказал — в настоящем деле он оказался не так хорош, как в испытаниях с фигурками на карте. И всё же он делал всё, что мог, и совесть его чиста.

Радовало то, что Нефритовые весы ещё не запятнала себя ни одним проступком перед лицом короля, ни единым поражением. Когда она займёт его место, использует полученный им опыт, она…

Яшмовые весы вздохнул и покачал головой.

Он всегда был честен не только с королём, но и с самим собой. Возможно, даже таланта Нефритовых весов не хватит, чтобы переломить столько сильных ходов Реола. Особенно тогда, когда её предшественник раз за разом разочаровывал короля.

Будет ли король, вообще, продолжать слушать советы Нефритовых весов? Хватит ли его жизни, чтобы удовлетворить разочарование и злость короля от поражений?

Яшмовые весы надеялся на это, и рука его не дрожала, когда он, наконец, откинул полог шатра.

Первое, что увидел Яшмовые весы, когда вошёл — глаза короля.

Первое, что услышал:

— Наконец-то. Чем порадуешь?

Яшмовые весы спокойно ответил:

— Ничем, ваше величество.

Король качнулся, перенося вес тела с пяток на носки и обратно, недовольно спросил:

— Почему ты так хорошо показал себя при освобождении Фулгурана, а сейчас лишь разочаровываешь меня?

Яшмовые весы осторожно, неглубоко вдохнул. Вот он, момент истины. Сейчас от его слов зависит будущее Нефритовых весов. Он должен быть честен, прям и смел. Он возьмёт всё недовольство короля на себя. Миг спустя он спокойно ответил:

— Ваше величество, всё дело в снабжении. Освобождая свои земли и Фулгуран, мы опирались на знакомые нам дороги, города и крепости юга Скеро, на провиант и отряды близлежащих Домов. С каждой лигой вглубь земли Реола путь, который нужно пройти нашим обозам и нашим подкреплениям — всё больше и больше.

— Я помню совет на этом берегу Динадо. И помню, как жарко ты там очерчивал путь нашей скорой победы. Где же наш стремительный удар в сердце северных провинций Реола? Где подавление реольцев в ключевых местах? Там же, где и все остальные твои обещания?

Яшмовые весы склонил голову:

— Я виноват, ваше величество. Я не справился и готов понести наказание.

Король вспыхнул:

— Несправляющихся и виноватых здесь полный лагерь! Где тот бесстрашный сопляк, что в лицо говорил мне правду? Хватит мямлить! От мямлей меня уже тошнит!

— Хорошо, ваше величество, — поднял голову Яшмовые весы, встретил взгляд короля и твёрдо начал. — Первое — мы слабы. У нас нет значительного перевеса по солдатам, у нас отставание по адептам, которое с каждым днём становится всё больше и опасней.

— Второй выпуск Академии вот-вот прибудет и будет сильней, чем прежний, — король обернулся к Виру, который был третьим в шатре и всё это время молчал. Потребовал ответа. — Так же?

— Так. Месяц и они прибудут сюда. Их будет меньше, но они будут сильней.

Яшмовые весы покачал головой:

— Мой король, горькая правда в том, что этого всё равно будет недостаточно, чтобы изменить баланс сил. Этого бы хватило, чтобы опереться на замки южан, оборонять Скеро и вышвыривать на тот берег Динадо любое количество реольцев, но мы сейчас на их земле и мы здесь в меньшинстве. Леса полны ловушек и адептов реольцев, которые сжигают обозы, уничтожают мелкие отряды, не дают покоя ночью.

— Я всё это слышал ещё на прошлом совете, — сквозь зубы повторил король, недовольно добавил. — Южан с их опытом мало, другие не готовы к войне в лесах, не хотят учиться и прочее, только ждут, когда же я отменю их призыв под мои знамёна. Меня мало волнует их хотелки. Они либо научатся, либо сдохнут.

— Они и учатся, ваше величество, — мягко возразил Яшмовые весы, осознавая, что балансирует на грани королевского гнева и прощения. — Южане передают свой опыт, но последние две десятицы всё стало гораздо хуже — мы лишились питьевой воды.

— В Реоле, где у них вместо дорог реки, мы лишись питьевой воды? — изумился король. — Это как?

— В реках даже рыба сдохла, мой король, — Яшмовые весы увидел неверие в глазах короля и попробовал объяснить. — Реольцы выше нас по течению, а значит, контролируют их воду, засыпают всякой дрянью, начиная от забитого домашнего скота и заканчивая ядами, которые варят бочками. Они травят и все ручьи в лесах, причём яд действует даже на идаров, сводя их с ума. Колодцы же…

Король подался вперёд, перебил его:

— Ты уверен? Насчёт отравленных идаров?

Ответил королю Вир:

— Я уверен, проверил. Два случая. Слабые, но всё же идары.

Король развернулся, уставившись на Вира, и тот кивнул:

— Да, королевский яд Бокоро, который может как дать силы идару, так и свести его с ума. И я даже не представляю, откуда он у Реола и как они сумели протащить его через столько границ.

Король процедил:

— Тебе не идёт притворяться глупцом, Вир. Конечно же, из Бокоро, контрабандой. Но Бокоро далеко, а вот Лано — очень даже близко и через них ближе. Лано… Одно дело, если через них тащили безвестную контрабанду, другое дело — если Лано знали, что везут через всю их страну.

Вир хмыкнул:

— Тогда уж важней вопрос — знали ли они, кому везут? Одно дело, если они везли королевский яд Бокоро в Скеро, другое дело — если знали, что конечный пункт это Реол.

Король кивнул:

— И для чего они могли везти столько усиливающего идаров средства к нашим границам или же прямо к нам, но теперь хотя бы понятно, почему адепты Реола так сильны, — корольк хмыкнул и покачал головой. — Всё же правильно я не стал трогать Дома запада и севера. В такое время ослабить границы — это дать возможность соседям ударить в наше беззащитное брюхо, — повернулся к Яшмовым весам. — Теперь ты и сам понимаешь, почему я не увеличил армию.