Чтение онлайн

Слово дали гостю в студии, неопознанному эксперту, который усомнился.

— Что-то не так в этой истории, — сказал он, — от нас что-то скрывают.

— Что? — спросил другой гость. Мужчина пожал плечами и промолчал.

Франческа и Массимо неподвижно смотрели телевизор.

В сознании Франчески скрипнула адская машина, называемая чувством вины. Тереза все еще где-то там, далеко, в темноте. Одна. Чудовище, которое ее утащило, может оказаться где угодно.

И я, которой посчастливилось иметь двух дочерей, что я сделала? Я просто перестала об этом думать!

Она ждала, она знала, что дом ее оправдает, простит, поймет. Но дом молчал.

Затем она повернулась к Массимо. Теперь он расскажет ей, почему вернулся. Ее руки дрожали.

У Массимо были пустые глаза и поза, совершенно для него несвойственная.

Франческа ждала взрыва. Как взрывается вся жизнь? Единственная вспышка в небе и раскат грома или бесконечная череда острых осколков повсюду?

— Я вернулся, потому что Вито рассказал мне о рейде и я не хотел, чтобы ты узнала обо всем в одиночестве. Очевидно, у них ничего не вышло, — вздохнул он. — Мне так жаль.

И он ласково погладил ее по спине.

«Опять грех эгоизма, Фра, — сказал дом. — Вечно ты думаешь, что дело в тебе. Массимо говорит о более важном. Не знаю, помнишь ли ты, но здесь жила маленькая девочка, ее звали Тереза, а теперь ее нет».

Но когда Массимо обнял ее, объясняя, что должен идти, хотя ему жаль, но теперь он правда должен, она не чувствовала его объятий, его рук, тепла его тела. И не потому, что не хотела этого.

Дом обрушился на нее: «Ты поняла, что дело не только в тебе? Всё, всё, всё, всё, — повторял он, — всё, всё, всё, и это всё — не ты».

Прошел один день, другой, третий, а последний раз еще не наступил. Последний раз, когда муж поцеловал ее. Последний раз, когда все разошлись — кто в школу, кто на работу.

После ужасной погоды, стоявшей все прошлые дни аномальная жара подушкой накрыла Рим и окрестности. Франческа пыталась проникнуть под маски, которые натянули на лица жильцы кондоминиума, и понять, что они о ней на самом деле думают. Но те лишь плавились под лучами солнца, непроницаемые, как и прежде. Произносили одинаковые фразы, одинаковые слова, даже с одинаковой интонацией.

Это было взаправду или только ее фантазией, что однажды днем, на лестнице, с ней поздоровалась синьора Колетт, назвала «дорогушей», но таким насмешливым тоном? А в другой раз Микела Нобиле странно посмотрела на нее, а ее муж буквально источал отвращение? Эта шлюха синьора Франческа Феррарио.

Когда все случится?

«Не думай, — сказал дом, когда она вернулась. — Улыбайся всем. Всегда улыбайся».

Она улыбалась.

Что вы рассказали о той ночи? — думала она, когда встречала консьержа и консьержку. Что думают обо мне жильцы кондоминиума? Франческа с презрением смотрела на консьержку: моя совесть чиста. Но потом, прежде чем уйти, она каждый раз расточала комплименты их трудам и благодарности «за все, что вы для нас делаете». Послушай, так ты выглядишь виноватой, сказала она себе. Она попросила у дома совета, но тот был занят. И Франческа отчетливо чувствовала, что, как только она уйдет, консьерж и его жена начнут перешептываться.

Это просто паранойя, это мое воображение. Я всегда все воображаю.

— О чем эти двое там шепчутся? — спросил ее Массимо, когда они проходили мимо Вито с Агатой. Волна паники забурлила у Франчески в животе.

Сможет ли она угадать тот самый момент, когда наступит последний раз, сможет ли прочувствовать каждую минуту, каждую секунду, или все это рухнет на нее, как в авиакатастрофе, так быстро, что она и подумать не успеет?

Редактор писала ей каждый день. Каждый раз ее живот сжимался все сильнее. Она пропустила срок сдачи работы, 4 мая. «Время вышло, Франческа, а ты опять не отвечаешь на мои звонки» — на экране мобильника мелькнуло еще одно сообщение, на которое она не смогла ответить.

И даже в эти дни, даже в эти ночи она пыталась работать, снова и снова. Найти время. Обрести ясность мысли. Но ежедневные заботы и все остальное утомляли ее до полного истощения. Для всего, что не относилось к домашним обязанностям, в ее жизни не было места. Даже последнее личное убежище, единственное пристанище свободы — любимая работа — умирало.

Между тем чудовище, которое схватило Терезу, все еще рыскало неподалеку. Оно могло таиться там, за дверью, за пределами двора. Схватить ее малышек. И маленькая Тереза, она все еще одна.

— У карабинеров есть новый след, — самоуверенно заявила молодая женщина с очень густыми вьющимися рыжими волосами, украшавшими ее голову на манер короны. — Но простым людям не нужен след.

Она смотрела прямо в камеру, делая громкие заявления, смелая, волевая, сопереживающая. Простые люди были повсюду, и журналистка считала себя одной из этого множества, она говорила за всех.

— Мы, простые люди, честные люди, люди, которые работают, люди, которые упорно трудятся каждый день и стараются защитить своих детей, мы хотим, чтобы наша Терезина вернулась.

Затем лицо журналистки сменилось растерянным, дрожащим кадром, на котором Марика с каким-то мужчиной пытались войти во двор, а на них со всех сторон кидались представители прессы.

Франческа с ужасом наблюдала: рядом с Марикой стоял ее муж Джулио. Но на самом деле это был не он.

Это был другой мужчина, похудевший так, что одежда болталась мешком, с лицом желтоватого цвета, неопрятной бородой, дрожащими руками и пустым взглядом. Только посмотрите, что может случиться с человеком за несколько недель.

Это никогда не произойдет с тобой, Франческа. Или, по крайней мере, не в этот раз.

Марика, напротив, снова собрала волосы в конский хвост, ее горделивая осанка тоже вернулась. Теперь она выглядела серьезней, решительней, и гораздо красивее, чем в последний раз, когда Франческа ее видела. Она сказала всего несколько слов, а потом обняла мужа и увела его.

«Если вы ее видели. Если что-то знаете. Звоните по этим номерам», — и Марика подробнейшим образом перечислила номера, по которым нужно звонить, сжимая в кулаке плюшевого Робин Гуда, уже выцветшего и затрепанного. Сегодня она будет почетным гостем в известной телепередаче, сказала журналистка, где будут реконструировать случившееся — все от момента исчезновения вплоть до сегодняшнего дня, опрашивать экспертов, подведут итоги расследования.