Серебряное яблоко
Шрифт:
— Подождите, нам все равно по пути, я тоже уже собиралась уходить.
Они быстро взобрались наверх и пошли в сторону Великих Садов среди черных голых полей. Надо же, Джейн уже успела привыкнуть к подобной картине. Вот к чему она точно не смогла бы привыкнуть, так это к такому Феликсу. Хоть он и держался высокомерно и надменно как раньше, все же скрыть свою слабость ему никак не удавалось. Шел он с явным усилием. Джейн подумала, что не стоило ей идти вместе с ним, ведь ему приходится держать лицо в ее присутствии. Может, будь он сам, шел бы, не спеша, или вообще останавливался на отдых, но при ней он не может себе этого позволить.
— Вы сказали, что вас ждёт много работы. Что вы собираетесь делать в таком состоянии? Вы явно уже где-то наработались.
— Нет, я слишком много отдыхал. Теперь — должен восполнить это.
Спорить с ним было бесполезно.
— В ваше отсутствие произошли некие изменения.
— Интересно какие?
— Верховный Совет будет рассматривать мое истинное происхождение. Вы условно приняли меня как благородную даму, а ведь я могу быть деревенской девушкой. В общем, это они и будут доказывать.
Он небрежно кинул:
— Можешь забыть об этом. Ты верно сказала — я принял тебя как благородную даму, и только я могу отменять свое решение.
В душе Джейн зачирикали неведомые птички, но она продолжала:
— На воротах серого дома повесили большой замок, чтобы никто из них не мог выйти. Ведь запрет на выход всегда был негласным законом. Как Верховный Совет мог в ваше отсутствие сделать этот запрет реальным заточением? А Таяна? Она ведь вообще имеет полное право разгуливать по деревне, но она живёт в стенах серого дома и теперь тоже не может…
— Это уже неважно, — он перебил ее на полуслове.
— Как это неважно?
Джейн ожидала, что король, заступившийся за неё, будет в гневе, услышав эту новость. Она так верила, что “люди зелёной воды” небезразличны ему, а он так равнодушно воспринял услышанное.
— Ты так заботишься о моем здоровье, но при этом донимаешь меня разговорами.
Джейн замолчала и больше и не думала заводить речи. Но в душе у нее переворачивалась целая гамма чувств — от приятных за то, что он защитит ее перед Верховным Советом, до грустных, связанных с его холодом и равнодушием к “людям зелёной воды”.
Вдобавок ко всему, недалеко от Великих Садов их нагнал слуга короля:
— Ваше Величество, как я счастлив, что вы снова с нами. Столько дел ждут вашего разрешения, мы справлялись, как могли, но без вас все разваливается. Мы уже все подготовили к свадьбе, но не знали, успеете ли вы на нее, ведь торжество через два дня.
За пропажей Феликса, Джейн совершенно забыла о его грядущей свадьбе, даже взгляд не бросала в сторону венчального шатра. То, что в ее душе перед этим перевернулось, теперь с оглушительным лязгом свалилось на неведомое дно в ее груди. Казалось, с его появлением мир заиграл чудесными красками и все проблемы вселенной перестали существовать, но вот она — его свадьба, которая дала Джейн подзатыльник и убежала вдаль, весело хохоча.
Феликс заверил слугу, что они все успевают, он возьмётся за накопившиеся дела. И свадьбе, конечно же, тоже быть. Слуга убежал в Великие Сады со срочной новостью о возвращении короля, а тем временем сама деревня уже замаячила вдали. Джейн казалось, что эти оставшиеся метры до деревни последнее, что осталось между ней и Феликсом. Он женится на Кассандре, а жителей серого дома уже не выпустят, потому что теперь "это неважно". Больше ни в чем не будет смысла. И в этой любви тоже не будет смысла.
В левом глазу Джейн родилась огромная предательская слеза, которая так и норовили упасть и стать замеченной Феликсом. Но ей так и не удалось это сделать. Раздался невыносимый вой. Взгляды Феликса и Джейн встретились, и хоть она слышала этот звук лишь однажды, она ощутила всю тревогу и опасность, которую он в себе нес.
— Это просто невероятно, — глухо сказал Феликс, устало потерев глаза.
— Может это снова человек, как я?
— Не думаю, что нам снова так повезло.
Он остановился и с горечью смотрел на деревню вдали. Джейн не знала, что делать и не знала, почему король ничего не делает.
— Я не смогу его остановить. Чем бы он ни являлся. Я всю жизнь избегал ошибки своего отца и что в итоге… — на его лице промелькнула ухмылка.
Она уже видела ее дважды, но сейчас она проходила больше не на скользкую змею, а на обреченную унылую усмешку.
— Мы поможем вам, все жители помогут. Главное — успеть предупредить всех. Чтобы никто не прятался, а вышел и боролся.
Он неуверенно кивнул, и они побежали к воротам Великих Садов. Внезапно к вою сирены, добавился страшный топот, будто табун диких лошадей мчался где-то неподалёку. За холмом появилась неведомая полоса тумана, которая приближалась и наконец, превратилась в стадо каких-то существ, они бежали на задних ногах, словно люди, но явно были зверьём. Мохнатые, на подобие волков с длинными конечностями. Их было так много, очень много.
Джейн на секунду закрыла глаза и представила, как они пронесутся мимо, как толпа безобидных травоядных животных. Но чем ближе они были, тем выразительнее она слышала их рычание, лязг зубов. Они не были ни травоядными, ни безобидными. Сущий ужас охватил ее с головы до ног. Каким же глупым ей показалось все то, от чего она только что расстраивалась. Как ей хотелось в эту минуту увидеть свадьбу Феликса, как хотелось… А замок на дверях серого дома… Она бы повесила ещё три на все окна, только бы эти твари не добрались до его обитателей. Невыносимый вой сирены слился вместе с жутким топотом, превратившись в звуки настоящего апокалипсиса.
Прямо на глазах у девушки и короля часть животных ворвалось в ворота Великих Садов. Феликс бросил на Джейн до боли обречённый взгляд и побежал к деревне. Из его рук вылетали синие искры, которые сбивали неведомых тварей на его пути. Джейн так хотелось верить, что он сможет, что он всех спасет. Она побежала за ним, ей так хотелось рыдать, но это был тот случай, когда слезы ничего не решат. Она не знала, что она, хрупкая девушка, будет сейчас делать, но понимала, что у нее нет другого выхода. У всех жителей Айронвуда нет другого выхода. Ей стало так страшно, что она больше никогда не увидит Феликса, она ведь только его нашла, она ведь в самой жизни только его нашла. Она испугалась, что вообще больше никого не увидит, если одна из этих тварей настигнет ее саму.