Чтение онлайн

– Еще бы! Пока не проверю свою верси.

– Хотя бы скажите: убийца – шпион или мститель?

– Милая сеньорита, вспомните законы жанра! Убийца – тот, кого нельзя заподозрить.

– О, владыки бездны!.. Одно-то вы должны сказать: куда мы направляемся?

– К Хуанесу, куда же еще! Дом на Западной аллее у Валентийских садов.

При первом визите, вдова доктора Хуанеса и дворецкий Эмиль вели себя примерно как два скорпиона в банке. Альваро сильно опасался, вдова успела уволить слугу. Однако дверь отпер все тот же невозмутимый дворецкий. Да Силву он не узнал: видимо, писатель запомнился ему только в комплекте с Фернаном.

– Чем могу служить, господа? Пришли почтить память?

Альваро ответил:

– Мы уже знакомы. Вы – Эмиль Диале, дворецкий. А я – человек, знающий, кто убил доктора Хуанеса.

Сильнейшее удивление вступило в борьбу с невозмутимостью. Лицо дворецкого перекосило, глаз дернулся от нервного тика. Овладев собой, Эмиль заявил:

– Сеньор умер на белой земле. Убийство невозможно. Вы оскорбляете его память!

– Поговорим в кабинете, - бросил Альваро и вошел в дом, сместив дворецкого с пути.

В приемной Хуанеса все осталось как прежде: кушетка, стеклянный стеллаж, скелет, секретер с препаратами. Пузырьки с бальзамами от давления стояли на своей полке, а в глубине за ними виднелся генеральский подарок – украшенный виноградной лозой сосуд альмагарского бонка.

– Как вы смеете врываться? Немедленно покиньте дом! Кто она такая?!

На последний вопрос Альваро соизволил дать ответ:

– Дочь и помощница судьи Энхаля. Побеседуете с дочерью или предпочтете повидать отца?

Дворецкий процедил:

– Мы на белой земле. Даже мысль об убийстве…

– Я уже слышал эту чушь, - отрезал Альваро.
– Теперь хочу узнать правду. Выкладывайте все, что случилось в день смерти Хуанеса.

– Он умер от разрыва сердца. Вскрытие подтвердило…

– Его убили. Я знаю, кто. Судьба убийцы зависит от нас с Беатрис. Учтите это, когда снова откроете рот.

Дворецкий пожевал губу, подергал глазом, оттянул узел галстука.

– Ну… Сеньор принимал пациентов, а ассистент заболел, потому я сидел здесь и вел записи…

– Книгу учета, - потребовал Альваро.

Раскрыл на нужной странице, нашел запись: “Габриэль Дезерей, 52. Д-з: гипотония, прописано средство...” Ткнул в строку пальцем:

– Как происходил визит этого пациента? Опишите поминутно.

– Ну… Они поздоровались, как давние знакомые, спросили о том – о сем. Генерал подарил бутылку бонка – вон ту, что в шкафу. Сеньор сказал: “Мне нельзя, давление повышено”. Генерал сказал: “А у меня – как раз наоборот”. Сеньор спросил про симптомы, генерал описал. Сеньор его послушал и велел мне записать: “гипотония”. Назначил лекарство…

Альваро вскинул руку:

– Стоп. Хуанес прописал снадобье своего приготовления? Одно из тех, что стоят на полке?

– Ну… да.

– Покажите, какое.

Эмиль указал на пузырек с красной биркой. Половина всех пузырьков имели такие же бирки, вторая половина – синие.

– Генерал сразу же принял лекарство?

– Да.

– Принял каким способом?

– Ну… я не видел, сеньор послал меня за чаем.

– Не говорите “ну” в начале каждой фразы. И так вижу, что вы растеряны. Что стояло на столе?

– То же, что сейчас: графин со стаканом…

Альваро сел к столу, Беатрис села рядом.

– Поставим опыт. Эмиль, дайте пузырек. Беатрис, вы – генерал Дезерей. Примите тридцать капель лекарства.

– Сорок, - поправил дворецкий.

Беатрис взяла пузырек, налила воды в стакан. Поискала мерную ложку и, не найдя ее, поступила просто: наклонила пузырек над стаканом.

– Пять… десять… пятнадцать… - шевеля губами, она как будто отсчитала капли.

– Что было потом?

– Я принес чай, сеньор начал пить и обжег язык.

– В стакане у генерала оставалась вода?

Эмиль кивнул, но Альваро не ждал ответа. Он ясно помнил этот момент.

– Смотрите, Беатрис. Вы, генерал, говорите на любимую тему: о войне. Настолько увлеклись рассказом, что еще не выпили лекарство. Стакан так и стоит, вода налита, капли отсчитаны. Я, Хуанес, заслушался: “Очень интересно, генерал! Неужели вы считаете?.. Кайзер настолько силен?.. Ой, беда...” Как тут дворецкий приносит чай. Он предупреждает: “Осторожно, очень горячий”, - но я слушаю не его, а генерала. Машинально беру чашку и хлебаю кипятка… Ааа, каналья!

Альваро приложил к губам невидимую чашку, вскрикнул, отбросил ее на пол. “Дзинь!” Высунул язык, задышал, как пес. Схватил первый попавшийся сосуд с водой – стакан, стоявший перед генералом…

Беатрис воскликнула:

– О, Древние! Он выпил чужое лекарство!

– Да, сеньорита! У него с генералом были противоположные болезни. Лекарство для одного стало отравой для второго.

Альваро насладился минутой триумфа: и Беатрис, и дворецкий взирали на него, разинув рты.

– Потрясающе!
– выдохнула студентка.
– Но… он же не мог умереть от этого?

– Конечно. Если б чужое лекарство убивало с одного приема – многие же пациенты отправились бы к Древним! Нет, Хуанес еще не обречен – всего лишь подскочило давление. Но и цепь событий еще не завершилась. Эмиль, продолжим. Генерал ушел, а доктору сделалось худо. Верно?

– Ваша правда. У него покраснело лицо и выступил пот. Он принял еще двух пациентов, закрыл кабинет и пошел в постель.

Альваро подмигнул Беатрис:

– Это тот момент, которого мы не могли понять. Если доктора отравили – почему же он не обратился в больницу, не попытался определить яд, принять противоядие? Да потому, что он все знал! Сам по ошибке хлебнул чужое лекарство – и получил именно тот эффект, какого следовало ждать: приступ гипертонии. Противоядие тоже было известно: бальзам из синего пузырька, созданный самим же Хуанесом. Что же он сделал?