Чтение онлайн

Какая досада.

Он отвлёкся только на секунду. Ни одному живому существу не хватило бы этого, чтобы застать Нердала врасплох — даже оборотню. У змеев не было такой сверхзвуковой реакции. Но ведь Эрид с самого начала отличался от остальных. Дракон королевы с запозданием понял, что ему прокусили несколько важных сухожилий на крыле. Попытался дать сдачи, и даже успешно, однако в следующую секунду не выдержал атаки и рухнул вниз.

Вдалеке послышался чей-то шокированный вскрик. С такого расстояния маги казались точками, рыжими муравьями.

Эрид врезался в него всей своей тушей, вложил весь гнев в этот удар. И как будто даже удивился, добившись таких, в буквальном смысле, сногсшибательных результатов. Он разогнался с невероятной скоростью, и был по-прежнему зол.

Рана Старшего дракона не позволила ему извернуться, не допустив падения. Нердал истекал золотой кровью. Он слишком устал, а может, в самом деле был слабее. Теперь у Эрида не осталось достойных противников. Разве только в будущем Огненная гора подарит Паровой империи нового монстра, какого мир прежде не видал. Но вряд ли это возможно.

Они летели вниз, извиваясь в едином клубке. Когти, хвосты, шеи — всё мелькало и плевалось огнём и фиолетовыми разрядами. Последние мгновения, кульминация танца, страстного и гибельного. Они уже не бились — только вцепились друг в друга мёртвой хваткой. И не хотели расставаться до последнего.

Хребет разошёлся на несколько самостоятельных эпицентров боли. Оборотни упали не в воду, а на нижнее каменное плато. Совсем небольшое, оно едва их помещало, уютное в своём холоде и мраке. На последнем издыхании Нердал всё ещё мог отмечать такие детали. Ещё один заповедный уголок в их с Сиеной царстве. На самом деле, места было вдоволь только для одного дракона, просто Эрид неловко рухнул сверху, и эти несколько тонн стали решающим аргументом в пользу его победы.

Нердал хрипел. Он чувствовал муку, но приглушённую. Напоминает чем-то на опьянение. Скорее всего, нервные окончания повредились при падении. Может быть зазубренные ветром и солёными брызгами камни перерезали их вместе с хребтом.

— Будь так добр… Хотя бы… слезь с меня.

Эрид послушал. Осторожно переставил лапы, не желая причинять страданий больше, чем это необходимо. Из-за тесноты, или ещё каких-то соображений обратился в человека. Человек выглядел красиво и паршиво. Нердал отвернулся. Помутнённым взглядом, с усилием вырываясь из опутавшего разум тумана, он глядел на океан, на серое грозовое небо и каменное плато, на котором его угораздило умирать. Почти грот, только вместо свода пологая скалистая стена.

Грот… гроб… грот… Гора.

Грот.

У него не будет, не будет никакого гроба. Будет скала.

Скала. Не склеп

Что происходит у него в мозгах? Что за каша вдруг образовалась там?

Здесь он не умрёт. Огненная гора не позволяла своим детям уходить из мира вдали от неё.

Краем глаза дракон заметил движение. Острота зрения никуда не делась, конечно, не считая тех мгновений, когда глазницы заполнял туман. Нердал нехотя повернул голову и увидел, что Эрид достал что-то из кармана.

Склянка? Какая глупость. Чего ему с этой стекляшкой надо?

Туман опять застил глаза. Когда Нердал в очередной раз поборол его, то увидел, как высокий черноволосый мужчина наклоняется к нему, морщась от боли в локтевом суставе. Ещё бледнее чем обычно, но полон решимости. Он вытащил крышку из флакона и прислонил склянку к чешуйчатому боку, по которому бежал ручеёк крови. Нердал сложил два и два. Если бы у него были силы, он бы фыркнул или презрительно плюнул. Вот, чего хочет Агата: волшебной эссенции, коей, как гласит народная молва, является кровь поверженного дракона. Чем она отличается от крови из нечаянно прокушенного языка или из крыла, ненароком порванного шпилем башни? Был такой эпизод когда-то в юности Нердала. Единственная глупость, которую он совершил. Эрид на такие не скупился, он до сих пор был юн, хоть внешне походил на человека тридцати лет. Во многих его поступках угадывалась жестокость молодости, нетерпение и обида. Как, например, сейчас. Руки оборотня одеревенели и плохо слушались, заполненный флакон он с трудом закупорил пробкой и убрал обратно в карман. «Прольётся» — с досадой подумал Нердал.

Эрид снова отошёл на пару шагов назад, и больше не знал, чем себя занять. Смутные голоса магов перекликались уже ближе. Люди быстро забывали о страхе, когда рядом находилось что-то по-настоящему интересное. Эрид тихо ругнулся, глядя наверх, достал флакон, посмотрел, крепко ли сидит пробка и снова убрал, неловко орудуя покалеченным локтём. Жидкое золото уже успело загустеть.

Нердал наблюдал за всем этим с отрешённым любопытством.

— Идиоты. Какие же вы оба…

Слова становились камнями, говорить было трудно.

— Идиоты, — всё-таки закончил Старший дракон. Эрид не возражал. Он безмолвно соглашался с этим вердиктом, и лишь поэтому молчал, а не кидался доказывать обратное. Вряд ли он был знаком с уважением к умирающему.

— И это наше… наследие.

Холодные и солёные брызги омывали тёмно-серую твердь, попадали на восприимчивые к температуре крылья. Приятно, подмораживает боль и проясняет мысли. Не полностью, в них остаётся совсем немного свободного от тумана места. Заполнить их следует чем-то по-настоящему важным. Небом, тучами, ветром, воспоминаниями о том, что мило сердцу — водопады, хижины, дворцы. Может ли человек любить так трепетно и страстно не другое разумное существо, а пространство, у которого есть история, облик, характер и даже душа? Чудовище точно может. Королевство всё-таки было живым, и делала его таковым не магическая энергия ферома, а что-то несравненно более простое и достойное.

Нердал ещё раз хрипло вздохнул и покачнулся на трёх лапах — четвертая перестала функционировать минут пятнадцать назад. Крыло было обожжено и оплавлено, а Эрид тоскливо наблюдал и не мешал. Знал, что поверженный дракон встаёт не для атаки, а чтобы последнее условие породившего их обоих проклятие оказалось выполненным.

Лететь пришлось медленно: мешали раны. За это Нердал был им благодарен, потому как имел возможность продлить последние минуты и потратить их на созерцание. Чёрный океан долго не кончался, а на его границе ветер рисовал узоры на песке. Чем дальше летел дракон, тем яснее становилось небо и зеленее земля. Крестьяне на полях задирали головы и смотрели на монстра, украшающего герб их страны. Некоторые боялись, но большинство знало, что чудовище не причинит им вреда — оно служило королеве, а значит и всем её подданным. Дивились только люди странной, немного косой траектории полёта.

Увы, но путь его не пролегал через Йэр. Паровая столица только издали блеснула шатрами и шпилями, окутала на память флёром дыма. Где-то там в гранитном замке Сиена ждала новостей. Она уже вернулась из своей поездки. Нердал чувствовал волнение королевы. Он был единственным существом во всём мире, которое знало, что правительница умела нервничать. Все прочие удостаивались видеть только маску. Пусть хоть целый мир осыплется пеплом — её величество останется невозмутима. Нердал уважал её за это и грустил о такой простой и очень человеческой вещи, как прощание.