Чтение онлайн

Отношения королевских детей можно было назвать сносными, но уж точно не дружескими. Родители сознательно отделили старшую дочь от остальных — ещё одна традиция. Девочка росла, окружённая почестями, но в изоляции и постоянном напряжении. Её выучили приказывать и заставили повиноваться до поры, до времени. Чтобы однажды, много лет спустя, она подвергнула уже свою дочь этим испытаниям.

Ещё одна лестница, последняя, прозрачная. Жёлтый камень, название которого всё не удавалось запомнить — не янтарь, а что-то другое. В минералах прекрасно разбирался отец. Если бы Агата захотела, король с радостью бы передал ей свои знания. Но сам он предложить не догадался, а она не просила. Принцесса была очень горда.

Агата привыкла к одиночеству. В конце концов, у неё всегда есть слуги, с которыми можно перекинуться парой слов. Главное только не выделять кого-то одного. И в ближайшие годы у неё никто не посмеет отобрать Миру. При слугах или фрейлинах здорово шутить, капризничать и не получать за это холодный выговор, которыми часто одаривали её мать и учителя. Отец был добрее, но не конкретно с ней, а так, по характеру. Да принцесса и не хотела друзей, которые смотрели бы на неё снизу-вверх. Выше неё только корона. А что до равных — лишь одно существо могло претендовать на эту роль, но все эти годы оно прекрасно, как думалось Агате, проводило время вдали от неё.

Как бы то ни было, она умела радоваться мелочам. Любила жить и наблюдать за жизнью. Этим принцесса и занялась, высунувшись по пояс в открытое окно, пока никто не видит. Она боялась высоты, но на западное крыло это не распространялось: всего-то ведь пятый этаж. Внизу раскинулись пышные кусты шиповника и кипарисы, а с правой стороны можно заметить площадку для воздушных судов. Тут же находился и ангар. Хоть и достаточно мощная, конструкция замка вряд ли удержала бы всё это на своей крыше. Но участку скалы, с которой дворец составлял одно целое, это под силу. Крыша плавно переходила в каменные ступени, а они вели прямиком на гору с ангаром.

Один из дирижаблей всегда был наготове и в последние годы стал для Агаты предметом недосягаемых мечтаний.

На Шамбри со всех сторон открывался величественный вид. Гранитные стены, многоуровневые переходы на главном фасаде. И одна затерявшаяся среди башен площадка с дирижаблем. Давным-давно кто-то придумал, будто хозяевам замка полагается использовать лишь транспорт особого рода, а такая дорогая, но обыденная вещь, как машина, портит веками сформированный престиж. Хотя она тоже летала. Не на крыльях, так на водороде.

Но Агате дирижабль казался чудом. Она старательно следила за всеми достижениями цивилизации и жаждала увидеть воочию и опробовать каждое из них.

Впрочем, она замечталась.

Чьи-то шаги приближались к повороту. Вычислив последний момент, принцесса послала прощальный взгляд кораблю, вползла обратно во дворец и чопорным шагом продолжила свой путь.

Она должна появиться в тронном зале в половину десятого. Потемневшие от старости часы показывали двадцать семь минут, так что времени ещё полно. Принцесса умела быть пунктуальной. Её привычки и характер шлифовали, и это качество — одно из первых, которые вдолбили ей в голову. Но Агату коробила жизнь по расписанию, когда предопределена каждая минута. И, по мере сил, она старалась нарушить режим хотя бы чуть-чуть.

Стражники на входе в тронный зал козырнули. Немного лениво, хотя перед королевой и теми, кто нагоняет страх на соседних монархов, они вытягивались по струнке. А завидев наследницу, сразу делали скидку её возраст, и позволяли себе слабину.

Она остановилась рядом с уже немолодым гвардейцем, дочка которого приносила ей завтрак. Их семья казалась дружной, даже на службе оба находили время, чтобы подшутить друг над другом и перекинуться парой ласковых слов.

— Доброе утро, Гектор! Как ваша дочь?

Стражник расправил плечи и весело ответил на приветствие. Он любил поболтать, и относился к принцессе с отеческой добротой.

— А как же? А вы не видели её утром?

— Видела, но была занята тем, что интересовались, как поживаете вы.

Гвардеец засмеялся и довольно кивнул на молодого коллегу.

— Я, ваше высочество, поживаю настолько хорошо, что собираюсь увидеть, как состарятся его внуки! А вам служить намерен верой и правдой ещё много лет. И дочурка возьмёт с меня пример, куда ей деваться.

Второй вояка уже не в первый раз слышал шутку про внуков и только фыркнул. Агата улыбнулась. Время не стояло на месте, и ей пора было заходить в тронный зал, а не топтаться на его пороге. Но девочка потратила ещё несколько минут на непринуждённую болтовню со стражником. Ей было всё равно, она хотела в очередной раз сделать "немножко не так" — это уже давно стало привычкой, которую она выработала самостоятельно. Когда опоздание начало становиться совсем уж неприличным, Агата нехотя попрощалась и шагнула за позолоченную дверь.

Пульс добавил к ритму несколько лишний ударов, и тронный зал встретил её блеском колоннады. Агата умела тонко чувствовать красоту архитектуры. Удовольствие от созерцания её дворца мало с чем могло сравниться. Это место было воплощением величия, но здесь не нашлось бы ни одной вычурной и лишней детали. Стены из белого мрамора, массивные прямоугольные колонны и пол облицованы самым дорогим — чёрным с золотыми прожилками. Две арочные колоннады с бронзовыми барельефами на пьедесталах стремились ввысь. А сам трон похож на кусок скалы.

Слева находилась парадная терраса, откуда обильно падал свет. Свет — душа замка Шамбри, его некоронованный, но полновластный хозяин.

В передней части зала кипела жизнь. Люди занимались своими делами, в зависимости от их статуса: одни сновали туда-сюда с гирляндами и лентами, другие стояли группками в своих лучших нарядах и вели светские беседы. Каждый отметил прибытие принцессы лёгким поклоном и любопытным взглядом. Мысленно Агата закатила глаза, потому что знала, что многие воспринимают её как сущего ребёнка и непрестанно сравнивают с матерью.