Чтение онлайн

— Прости, Элоиз, я просто…

— Я думала, ты собирался поговорить с Яно, — прошептала она, сжимая одеяло под подбородком. Ее кудри промокли от пота, стали каштановыми с темно-золотым блеском. Она покачала головой. — Я так переживала. А если бы ты умер?

— Но я не умер, Элоиз. У меня даже был там припадок, но я в порядке.

Ее глаза приоткрылись, она разглядывала меня.

— И все сам?

— Нет, я… отправился искать Солнечный щит. Нет, слушай… — я поднял руку, чтобы Элоиз не ругалась. — Она… теперь мой друг. Она поняла, где Тамзин. Она провела нас по пустыне к темнице Тамзин и оттуда. И она оберегала меня, пока у меня был припадок. Все было хорошо. И она будет тут через пару минут, — Свет, если она не умерла от рук того бандита. Почему логично было оставить ее там? Она должна была убежать со мной.

И я дал обещание доставить ее товарищей в безопасность, снять с нее обвинения, помочь ей начать новую жизнь вне пустыни. Как я сделаю это, если все правители от берега до берега злятся на меня?

— Я справлюсь, — сказал я вслух.

Элоиз покачала головой, закрыла глаза.

— Сомневаюсь, что мы сможем, — прошептала она.

Дверь открылась, вошли Тамзин и Яно, их одежда прилипла к коже. Яно помог Тамзин сесть на ближайший стул. Она обмякла на миг, закрыв глаза. Наверное, устала. И ей нужен был лекарь.

Ро вернулся, мокрый от дождя.

— Карета готова. Веран, забирайся в нее.

Все происходило слишком быстро.

— Ро… сэр… прошу, мы можем хоть минуту поговорить об этом? — я указал на Тамзин. — Мы можем хотя бы доставить Тамзин туда, где удобнее?

— Нет, Ви, — его прозвище звучало как предупреждение. — Нам приказано королевой покинуть страну до трех ударов колокола, и я не дам им бросить Элоиз в темницу, как и тебя. Садись в карету. Яно… я не знаю, что тебе сказать. Твои стражи ищут тебя в верхней части города.

Я повернулся к Яно, сердце колотилось от отчаяния.

— Ты можешь отменить приказ о высылке?

Он покачал головой.

— Нет, если это от моей матери. Трон все еще ее.

— Ты мог бы поехать с нами, — быстро сказал я. — Мы поговорили бы в карете…

— И нас обвинили бы в том, что наследник — заложник. Веран, ты хоть думай, — Ро зло постучал по своей голове. — Думай, что творишь! Это не урок! Это может привести к мировой войне. Садись в карету.

Поражение. Все желание чего-нибудь достичь привело к поражению.

Элоиз закашлялась. Под яростным взглядом ее отца я медленно встал со стула. Я посмотрел на Яно, который укутывал своим мокрым плащом Тамзин, ее глаза все еще были закрыты.

— Прости, — сказал я на моквайском. — Я не хотел устроить такие проблемы. Что будешь делать?

— Пока не знаю, — сказал Яно. Хоть мир рушился вокруг нас, он выглядел спокойнее, чем до этого, и решимость на его лице была королевской. — Но ты помог вернуть Тамзин. Все не так плохо, как мы думаем.

Тамзин попыталась закатить глаза, может, от уверенности слов Яно. Она открыла глаза и посмотрела на меня, поджав губы. Она осторожно повернулась к камину и взглянула на Ро, ждущего, пока я пойду к двери. Она посмотрела на Элоиз, которая старалась не уснуть.

Тамзин хотела посмотреть на меня, но повернулась снова к Элоиз. Она замерла, ее уставшее и пострадавшее тело вдруг напряглось. Ее потрескавшиеся губы приоткрылись.

Я потом она взволнованно замахала нам с Яно, указывая на комнату.

— Ао-а, — сказала она. — Ао-а.

Яно поймал ее за руку.

— Что? Тамзин…

— Пергамент, — сказал я. — Даона — пергамент. Вот, — я бросился к упавшей карте и поискал перья у книги учета на столе. Она забрала у меня в спешке предметы, схватила баночку чернил, пока я встряхивал ее. Она откупорила их, обмакнула перо, в спешке делала кляксы. Они растекались, оставляли след на Феринно.

Яно и я встали за ней, пока она писала. Даже Ро, готовивший Элоиз к подъему, замер.

Я в шоке смотрел на буквы на странице.

Снаружи пророкотал гром. 

Ларк

Гром вместе с молнией — буря была над головой, и чудо, что по мне не попало, пока я неслась по равнине. Мы пронеслись под знаком Пасула. Джема была в грязи от копыт до плеч, и Крыс выглядел так, словно его окунули в коричневую краску. Я, наверное, была чище, чем когда-либо. Сапоги были в грязи, конечно, но остальное тело было почти чистым. Дождь жалил щеки, смыв краску.

Я заметила лошадь Верана у почты, покраснела от облегчения. Они смогли. Я не знала, был ли Сайф с ними или где-то с принцем Моквайи. Я оставила Джему рядом с Кьюри, спрыгнула с плеском. Крыс лег между ее ног в грязи и шумно дышал.

Я опустила бандану и сняла шляпу, вода лилась с полей. Вытерев капли грязи с лица — было странно не ощутить жирную краску на пальцах — я открыла дверь толчком.

Веран стоял там за Тамзин, она что-то писала на карте. Рядом с ним был промокший моквайец, с длинных черных волос еще стекал дождь. У дальнего конца стола стоял мужчина старше, сиприянин, как мне показалось, и за ним бледная фигура сжалась в одеяле. Они все посмотрели на меня, как на призрака. Глаза Тамзин пронзали сильнее всех взглядом, она почти прищурилась от моего внезапного появления.

— Эм, — я замерла, подо мной собиралась лужа. Я вдруг поняла, что я была в комнате незнакомцев, и мое лицо все еще было на плакатах. Мне стало не по себе. Я махнула Верану. — Где Сайф?

Нападение произошло из дальней части комнаты.

Я была отвлечена, страдала от боли, так что отреагировала медленно. Сиприянин отбросил стул с дороги, и он врезался в стену. Мужчина устремился ко мне. Я подняла кулаки, но медленно. Его ладони сжались на моем горле.

Нет, не на горле.

Мое лицо. Он прижал ладони к моим щекам.

— Мойра!

Я отпрянула от его рук, его ладони сжали воздух. Его лицо озарили странные эмоции, он выглядел как сумасшедший.

— Свет, — прохрипел он. — О, Свет, — он потянулся ко мне.

Я отбила его руку.

— Не трогайте меня.

Я думала, что кто-то пошевелится, уведет мягко этого ненормального, чтобы мы могли заняться делом, но все застыли. Тамзин все еще смотрела, перо свисало с пальцев. Моквайец не смотрел на меня, он глядел на путницу в одеяле.

Но Веран тоже глядел. Его зеленые глаза были огромными, брови и шрам приподнялись, и морщины пересекли синяк. Его губы стали почти идеальной «о».