Сотый
Шрифт:
– Ты ведешь себя странно, Пэгги. Я не исключаю, что ты бы хотела просто поностальгировать.
– Я не больная, чтобы лезть в личную переписку умершей дочери! А ты мог бы запросто. С тех пор, как она пропала, ты ни разу не скорбел о ней! Ты просто бросил меня и начал больше работать. Знаешь, сколько среди таких психопатов извращенцев, которые по ночам покидают супружескую постель и идут ловить малолеток на улице?!
– При чем здесь психопаты, Пэг?!
– При том, что ты тоже получил травму. И я не удивлюсь, если именно ты заходишь на ее аккаунт, чтобы… чтобы вытворять что-нибудь отвратительное!
– Пэгги! Успокойся! Ты перегибаешь! – Тони попытался коснуться супруги, но та от души саданула его локтем.
– Ублюдок! Не трогай меня!
– Уймись! – Мужчина встал и сквозь череду ударов обхватил жену и сдавил кольцом, прижав ее руки по швам. Пэгги зарыдала. Она успела рассечь ему ногтями бровь и попала пальцем в глаз, но Тони терпел.
– Может ли кто-нибудь с улицы забраться в комнату Анны? – глотая слезы, спросила женщина. – Я закрывала окно. Это совершенно точно. Возможно ли открыть его снаружи?
– Нет, – замотал головой мистер Марэль. – Точно нет. Там даже ручки нет.
– Но ведь и через парадную дверь и черный выход тоже никто не мог проникнуть. Мы запираем… А что, если у кого-то ключи? Помнишь миссис Лорис? Она приходила кормить нашу кошку Банни лет пять назад. Что, если…
– Пэг. Дыши глубоко. Вдох… Выдох… Вдох… Выдох. Пойдем осмотрим комнату Анны? Если найдем там что-нибудь подозрительное, то позвоним детективу Прайду.
Женщина кивнула и только тогда Тони ее отпустил. С большущим недоверием. Вместе они отправились на второй этаж, где спальные комнаты располагались напротив.
В комнате Анны все осталось точно таким же, каким было при ее жизни. На застеленном бардовом диване в ряд восседали игрушки, а на розовых стенах всюду висели постеры с изображением любимых музыкальных групп. На белом столе покоился широкий монитор и клавиатура с мышкой.
– У Анны никогда не было такого порядка на столе, – Пэгги с печальной улыбкой предалась воспоминаниям. – Все время валялись какие-то тетрадки, блокноты. Теперь здесь словно стало холоднее. Так… пусто.
Тони прошел глубже в комнату. Он осмотрел запертое окно, проверил следы на ковролине. Также провел пальцами по столешнице.
– Пыли нет, – заметил он.
– Конечно, я ведь ее каждый день вытираю, – обиженно отозвалась миссис Марэль. – Все-таки здесь много мягких игрушек, одежда в ее шкафу. Я не могу позволить, чтобы комната нашей девочки пылилась.
– Ничего подозрительного я не нахожу. – Тони взял в руки клавиатуру, повертел ее и положил обратно. Затем он включил компьютер и дождался, пока загрузится рабочий стол.
Никаких автоматических входов в интернет со вкладкой «Хэппихай» не происходило. Более того, когда мужчина намеренно зашел в браузер и ввел в поисковой строке социальную сеть «Хэппихай», система затребовала от него авторизации для входа в аккаунт.
– Ты знаешь логин и пароль Анны? – неуверенно спросил у супруги мужчина. Та мотнула головой. – Ну вот. Я тоже без понятия. Это какая-то ошибка.
– Давай завтра я подойду к Рози, и мы посмотрим, была ли Анна в сети сегодня?
– И что, если вдруг была?
– Мы позвоним детективу Прайду.
– Чтобы он послал нас? Или снова обвинил?
– Тони, на этот раз мы сутки будем вдвоем. Опечатаем комнату. Если на утро окажется, что Анна была в сети, у нас будет доказательство того, что это не я и не ты. Прайд не сможет отвертеться.
Глава 9
На утро полоска из бумаги, которой опечатали комнату Анны, осталась нетронутой. Пэгги и Тони переглянулись, подарив друг другу нервную улыбку.
– Дело за малым, – погладил щеку жены мужчина и начал спускаться вниз, на кухню. Он собирался на работу.
Миссис Марэль спустилась вместе с ним и начала готовить быстрый завтрак: яичницу с зеленью и купатами. Вскоре вся кухня заполнилась приятным сочным ароматом шкворчащего мяса.
Утреннее солнце заглядывало в окна сквозь салатовые кроны деревьев, пророча безоблачную ясную погоду на этот день. Казалось, будто сегодня совсем не вторник, а утро субботы.
На душе у женщины почему-то стало невероятно спокойно и хорошо. Возможно, настроение повышали солнечные лучи, а может она просто отлично выспалась – Пэг сама не могла объяснить, в чем дело. Она просто выдохнула весь вчерашний скандал.
Накрыв стол, пока Тони брился в ванной, женщина осторожно смела осколки салатницы и выбросила их в мусорное ведро, стоящее под раковиной. Бедра начали ритмично покачиваться в такт задорной музыке, играющей в голове. Пэгги хотелось танцевать. Хотелось заражать всех в округе струящимся позитивом. Нет, сегодня точно не будет плохих новостей.
– Ты сияешь сегодня, – улыбнулся мистер Марэль, выйдя из ванной и на ходу вытирая белым махровым полотенцем короткие черные волосы. Он сел за стол и с аппетитом взглянул на симпатичную порцию, украшенную колечками свежего зеленого лука. – Красота. Что-то произошло, а я не знаю?
– Нет, – его супруга легко юркнула за стол. – Просто чувствую, что сегодня будет отличный день.
– Хотелось бы верить. Очень вкусно, дорогая. Спасибо за завтрак.
– Думаю, после общения с Розалин, я поеду в торговый центр за продуктами. Хочу погулять и развеяться.
– Конечно, – Тони почти покончил с яичницей. Он заглатывал пищу, словно чайка. – Только позвони мне после разговора. Я все еще нервничаю.
Спустя несколько часов Пэгги отправилась к Рози. Девочка жила всего в двух домах от них. И она еще спала, но Марэль это не волновало. Женщина постучала в алюминиевую бурую дверь с зеленым витражным стеклом по центру. Ей открыл Дарен, отец Розалин.
Темноволосый мужчина лет тридцати пяти был в домашних штанах и с зубной щеткой за щекой. Он окинул Пэгги вопросительным взглядом.