Сталинград
Шрифт:
На каждого из группы оборудовали несколько позиций, числом до пяти. Русские снайперы держались твёрдого правила: «Менять позицию после каждого выстрела!»
Выбор и оборудование позиций в городском бою имели решающее значение. Вот почему утром, когда снайперы заняли места, старший группы лично обошёл их, проверил, как оборудованы позиции, и "закрыл" неудачно выбранные.
- Деревянных домов избегай, так как они быстро загораются при обстреле… Позиции старайся выбирать на удалении 800-1000 метров от немецких снайперов, на верхних этажах, карнизах и чердаках каменных зданий.
- А почему?
- Они дают хороший обзор.
Устроив и замаскировав амбразуру, Морозов расположился в глубине здания, чтобы не быть замеченным и не обнаруживать себя выстрелом. Григорий спрятался неподалёку. Пока не рассвело, они могли поговорить.
- Запомни простое правило, - поучал новичка Морозов, - винтовкой по сторонам не водить.
- Не понял…
- Цель сама должна подойти под выстрел.
- Как это?
- А вот так, - самодовольно протянул снайпер, - прицелился в точку, где может пройти немец и ждёшь.
- Долго?
- Иногда несколько часов смотришь в прицел как привязанный.
- Ужас! – удивился Григорий и поинтересовался, - а почему нельзя выискивать цель?
Глеб тихо засмеялся, глядя на старшего его почти вдвое Григория как на глупого юнца:
- Увидит «фриц» блеск от движения твоего прицела и влепит пулю аккурат между глаз…
- Понял!
- Я один раз, когда немец засёк мою лежку целый день лежал без движения… Знал, что гад следил за мной. Чуть бы высунулся и привет!
- И всегда этак?
- По-всякому бывает, - неохотно признался Морозов.
– Я всегда с собой зеркальце беру…
- Для чего?
- Пускаю им «зайчика» на ту сторону и если немец мне также ответит, тогда порядок!
- Не понял.
- Значит, ихний снайпер согласился друг на друга не охотиться… Чай ему тоже лоб под пули подставлять радости мало...
- А дальше?
- Тогда мы с ним уложим по вражескому солдатику и отползём на свои позиции отдыхать.
- Ловко!
В это время наступающие немцы показались из-за домов, и снайперы дружно открыли огонь. За несколько минут враг потерял более двух десятков убитыми и отказался от штурма, который готовил.
… Возле передового окопа батальона Кошевого лежала мёртвая лошадь, раздутая от накопившихся в ней газов. Воздух весь пропитался сладковатым запахом гниения; пахло так сильно, что ощущалось на вкус.
- Единственное, что помогает, так это курение…
Поскольку у всех давно кончился запас бумаги, бойцы добыли трофейные трубки и дымили махоркой до першения в горле.
- Слышал Шелехов, - обратился к Григорию Селезнёв, один из троих оставшихся в строю из всего батальона со времени высадки дивизии на правый берег Волги.
- Чего тебе? – спросил Григорий, тщательно набивая пеньковую трубку.
Он и капитан Кошевой были теми люди, которые выжили в аду сражения, не смотря ни на что…
- К нам баб прислали.
- Каких баб?
- Заместо снайперов.
- На хрена!
- Снайперов Ракитянского перевели на «Красный Октябрь», а нам на постоянной основе подсунули этих…
Следующим утром Кошевой согласно штатных обязанностей распределял прибывших снайперш по ротам и огневым «гнёздам».
– Лишнее в действующей армии, так это женщина с ружьём! – выругался про себя Михаил.
– Бессмысленно и неэффективно!
Перед ним стояли высокие блондинки, грудь - чудо, а на ней по одному, по два ордена аж Красного Знамени. А сами такие глазастые, так и зыркают по сторонам в поисках кавалеров.
- Снайперши! – ахнул он.
Последней стояла маленькая сморщенная женщина, она явно смущалась в компании таких красавиц. Кошевой строго спросил её:
- Фамилия?
- Сержант Петрова.
Младшие командиры развели их по местам, и они бесследно исчезли.
- Ни днём, ни на рассвете на передовых линиях не слышно стрельбы. – Возмущался злой комбат.
- Может сидят в засадах? – предположил Григорий.
- По подвалам они сидят…
Михаил знал, чтобы застрелить из снайперской винтовки хотя бы одного «фрица», надо не один день наблюдать за обороной противника. И когда вдруг мелькнет голова немца, который выбрасывает лопатой землю из траншеи, не упустить этого мгновения.
- А это не каждому опытному стрелку дано, - объяснил он Шелехову, а тут бабы…
- Да я в курсе!
Будучи одним из лучших стрелков в Забайкальском военном округе, Кошевой в Сталинграде специально караулил со снайперкой - то из дзота, пустовавшего днями, то из удобного скрытого места.
- За всё осень я смог уложить только двоих, в том числе офицера. – Жаловался офицер Григорию.
– Если бы я числился снайпером, то награда мне была бы не выше медали «За отвагу».
- А тут у женщин-снайперов через одну ордена Красного Знамени, Красной Звезды, - поддержал командира сержант, - а медалей «За отвагу» не перечесть…
Прошла неделя, только Нина Петрова регулярно выходила на огневые позиции. Однажды она уговорила Григория помочь ей спрятаться в валявшейся на нейтральной полосе лошади.
- С ума сошла?
- Вовсе нет.
- Ты же задохнёшься от вонизма!
- Там идеальная позиция…
Ночью протухшие внутренности вытащили, следы на снегу ветками замели, поди, догадайся, откуда стреляют.
- Так Нинка из-под хвоста кобылы за двое суток сняла двух ихних снайперов, - доложил Шелехов командиру, - трёх с половиной солдат и штабного офицера.