Чтение онлайн

Корзина была почти полной, и девочка в последний раз вошла в воду. Улов был великолепный: и корзина, и маленькие корзиночки были наполнены. Дети разобрали рыбу и понесли в селение, а одну корзину, наполненную наполовину, оставили девочке. На то, что девочка голая, никто, даже мальчики, внимания не обращал. Девчонка выжала рубашку и надела, и стала отжимать от воды длинную косу. Отжав косу, отбросила её за спину. Асогост почувствовал неясное волнение. Мокрая рубашка обозначила наметившуюся грудь и впалый живот на костлявом теле. Девчонку била крупная дрожь. Руки, шея, голые ноги покрылись пупырышками, губы посинели. Змею стало жалко отважную рыбачку, и он дунул в её сторону жарким воздухом. Рубашка на девчонке моментально высохла. Змей ждал визга, крика, но вместо этого девчонка внимательно посмотрела в его сторону, повернулась к нему спиной, мгновенно расплела косу и приказала: "Суши!" Длинные густые волосы закрыли её фигурку плащом. Змей дунул - волосы высохли. Крутнувшись на одной ноге, девчонка повернулась к нему лицом, перекинула волосы на одну сторону и стала торопливо заплетать косу, при этом удивлённо разглядывая его. Страха девчонка не испытывала - только удивление.

– Ты кто?
– спросила девчонка.

Змей от неожиданности кашлянул. Изо рта вырвался пар. Рыжий пушистый зверёк, воровавший рыбу из корзины, мгновенно развернулся и прыгнул на него. Змей почувствовал жуткую боль: зверёк оцарапал нос. Закрыв лапой нос, Змей взвыл, выбрасывая языки огня и дыма. Девчонка весело расхохоталась. Сквозь смех она проговорила:

– Рыжик, оставь его: он старый и невкусный, ещё отравишься, иди сюда, мой маленький, я тебя лучше рыбкой угощу.

– Вовсе я не старый, я представитель древнейшей расы - Змей, - обиделся Асогост.

– Я думала, что говорящие Змеи только в сказках бывают, - сказала девочка, поглаживая зверька и угощая его рыбой.

Зверёк занялся рыбой.

– Как видишь, живём среди людей, - сердито ответил Змей, - что ж ты костёр не развела - холодно уже.

– Тебе тоже рыбки дать?
– уклонилась она от ответа.

– Я сырую рыбу не люблю, давай на костре поджарим.

– Спорим, ты не сможешь зажечь сырые дрова, - кивнула небрежно в сторону каких-то палок.

Змей дунул на палки, и огонь весело заплясал. Девчонка торопливо стала собирать дрова и бросать их в костёр, её руки тряслись. Змей не понимал её волнения.

– Огонь не погаснет?
– хриплым от волнения голосом спросила девчонка.

– Нет, с чего вдруг он должен погаснуть?

Девчонка снова не ответила, продолжая подкладывать дрова в костёр.

– Воду сможешь сделать горячей?
– спросила она.

– В реке не смогу, а в кадке сделаю, - ответил Змей, - а тебе зачем?

– Дед болеет, хочу вымыть его в бане.

Змей не понимал, что происходит. От жаркого костра высоко в небо поднимались языки пламени и дыма. Его заметили в деревне. И скоро к костру потянулись люди. Сначала, увидев Змея, они остановились в нерешительности, а потом, увидев, как спокойно разговаривает с ним девочка, приблизились. Многие стали помогать. Змея удивило, что это были женщины, и только среди детей были мальчики не старше девяти лет. Между тем девчонка распорядилась принести горшки для углей. И взрослые женщины её послушались. Оставив возле костра старших мальчишек, девчонка позвала Змея в деревню.

– Пойдём, я угощу тебя молоком, жалко, хлеба нет. Потом рыбки нажарим, а сейчас поможешь мне печь затопить, в бане воду нагреть, пар напустишь, - задыхаясь от быстрой ходьбы, говорила она.

– Почему в деревне нет огня?
– снова спросил Змей.

– Бабка пришла, за собой огонь увела, - наконец-то, ответила девочка.

– Как это огонь увела?
– удивился Змей.

– Пришла откуда-то бабка. В каждую избу зашла, перед печкой рукой провела, огонь на руку приняла, в горшок скинула, так всю деревню обошла и в лес ушла. Огонь с ней и ушёл. Когда опомнились, бросились за ней, её и след простыл. С того времени в деревне огня не стало. Самая старая бабка посоветовала в лесу полянку найти, трением верёвки о бревно огонь добыть. Посреди поляны кладут бревно, в него вставляют кол, обматывают его верёвкой, берутся за концы и крутят до тех пор, пока искры не появятся. Подкладывают берёсту и крутят, пока не появится огонь. Мы их долго ждали с огнём, пошли искать, нашли ту поляну. Там все наши мужики и стоят. Вроде живые, но неподвижные. И кол стоит. Снова пришли к бабке, она сказала, что искать огонь нужно мальчишкам. Вот они и ушли искать огонь. Скоро зима, что будет с нашими мужиками, никто не знает, - горько вздохнула девчонка.

Деревушка была небольшая, всего одна улица. Они вошли в крайнюю избу. Змея поразили высокий потолок, большие стеклянные окна. Когда пригляделся, увидел, что это не стекло, а какие-то прозрачные пластины. Увидев его удивление, девчонка сказала, что в лесу есть озеро, его берега покрыты такими пластинами, тонкими, прозрачными и крепкими, даже, если уронишь, не разбиваются. Тонкие домотканые занавески. Как пояснила хозяйка, ткут из пуха цветущих растений. Изба разделена на две части огромной печью. Печь выкрашена мелом и разрисована цветами. Пол в избе жёлтый, блестящий. Змей понял, что его натирали воском. Не смотря на чистоту и ухоженность, изба казалась нежилой - было сыро, не было тепла. Под окном, на лавке, укрытый пуховым одеялом, тяжело дышал человек. Рыжий зверёк бросился к нему, лёг сверху и громко замурлыкал.

– Юлка, ты уже пришла? Мне бы молочка испить. Уйди, Рыжик, ты тяжёлый, - слабо заговорил дед, открывая глаза и с удивлением глядя на Змея.
– Я вижу сон? Змей из сказки. Подыши огнём, чтобы сырость ушла, - попросил человек.

Змей послушно дохнул жаром, высушил и согрел избу. Юлка радостно захлопала в ладошки. Круто развернувшись, бросилась к печке. Имя подходит, подумал про себя гость, действительно, вёрткая, шустрая.

– Скорей разожги огонь!
– потребовала Юлка.
– Сейчас напою вас тёплым молоком с мёдом, рыбку поджарю.

Змей, удивляясь себе: обычно он не терпел приказного тона, дохнул в печь. Добавил жар. Огонь радостно загудел, пожирая дрова. Потянуло теплом. Юлка отодвинула дрова в глубь печи, поставила на освобождённое место кувшин с молоком, сковороду, бросила в неё масло и моментально почищенную рыбу. Вкусно запахло рыбой.

– Надо же, действительно, Змей, как же ты к нам попал, а где твои близкие?
– вдруг забеспокоился дед.
– А как тебя зовут? Или тебе нельзя называть своё имя? В сказках говорится, что нельзя.

– Асогост, - ответил Змей.

– Божественный гость - перевёл дед, - действительно, божественный гость, с таким именем тебе нечего бояться.

Странно, но Змея такое внимание к своей особе не раздражало. Не дожидаясь просьбы со стороны Юлки, он подвинул стол, стоящий посреди комнаты, к лавке, на которой уже сидел старик. А Юлка на праздничную, расшитую неведомыми птицами, скатерть ставила кувшин с молоком, кувшинчики с мёдом, пустые кувшинчики, тарелки с рыбой. В горнице запахло мёдом, жаренной в сметане рыбой, какими-то травами, горячим молоком. Хозяйка быстро наполнила кувшинчики молоком, добавила золотистый мёд, сначала поставила перед гостем, потом подала деду, не забыла о своём пушистом друге. На ходу пригубив молоко, ухватив кусочек рыбы, сновала она от печки до стола, не забывая угощать гостя, деда, зверька. И только тогда Змей понял, что голоден, когда сделал первый глоток сладкого душистого горячего молока. Заметив, что гостю понравилось молоко, хозяйка принесла ещё один кувшин. Деда разморило от горячего молока, от горячей рыбы и тепла в избе. Он снова лёг на лавку. Озабоченно поглядывая на деда, Юлка попросила его не спать, потому что затопят баню. Она дождалась, когда гость насытится, и только тогда напомнила о бане. Змею хотелось спать. Он давно так вкусно не ел, давно не ел горячей пищи, накатила лень, но всё-таки пошёл за неугомонной хозяйкой.

Рядом с домом находилась баня и какое-то непонятное деревянное сооружение. Прямо в реке стояло огромное колесо с вёдрами. Вода наполняла вёдра, заставляя колесо крутиться. Сначала Змей не понял, зачем нужно это колесо, а потом увидел жёлоб, выдолбленный в бревне. К колесу подходил помост, в нём был круг с жёлобом. Мальчишки подвели жёлоб к ведру, и вода полилась в него, наполняя другие желоба. Так Змей узнал, как река снабжает водой всех жителей этой деревушки. Сверху желоба были прикрыты берёзовой корой. В бане огромные бочки были врыты в землю. К ним подведены были желоба. Когда бочки наполнились водой, створку, ведущую к отводкам, закрыли.