Чтение онлайн

Пятый или шестой день подряд мне снилась Аня, сгорающая в призрачном пламени. Пятый или шестой день подряд я просыпался в слезах, но, слава богу, этого никто не замечал, потому что вот уже пятый или шестой день подряд шел дождь. Он то лил, как из ведра, так, что дорога размокала за пару минут и дальше вытянутой вперед руки ничего нельзя было разглядеть, то висел в воздухе мелкой моросью, проникая под плащи и рубахи. Торговец в последнем селении клялся, что плащи не промокнут никогда и почти не соврал. Они отлично держали воду три дня, но потом, без просушки, все же проиграли схватку со стихией. Приходилось часто останавливаться, делать навесы, разводить костер из сырых дров и хоть как-то сушить одежду. В остальное время грелись вином, и тут уже обещание самому себе не пить утонуло в грязной дождевой воде.

Последняя жилая деревня встретилась нам три дня назад. Ближе к топям селиться никто не решался. А кто решался, тот потом бежал в ужасе и спешке, бросая все что успел нажить. А некоторые не успевали бежать. О чем красноречиво свидетельствовали две давно заброшенные деревни, от которых не осталось практически ничего, кроме просевших, обвалившихся домов и колодезных срубов.

— Жутковато, — поежился Ламберт, когда вторая опустевшая деревня осталась позади. — Такое ощущение, что за нами кто-то наблюдает.

— Причем уже довольно давно, — кивнул рыцарь. — Кто-то сопровождает нас от первой деревни, но я ничего не заметил. Ни звука, ни шороха. Даже ночью я ничего не расслышал.

— Кира, а ты ничего не заметила? — я обернулся к воровке.

— Ничего, — девушка поджала губы. — Я не видела никаких следов чьего-то присутствия.

После нашего возвращения из библиотеки лицо у Киры было то цвета мостовой, то молодой весенней травки. Девушка практически ничего не ела и почти не разговаривала. Но на каждом вечернем привале она исчезала с луком в руках и возвращалась, мокрая, как мышь, но с добычей в руках. Один раз Паулю даже пришлось ходить с девушкой и тащить на себе двадцатикилограммового дикого поросенка. Стрела воровки вошла зверю точно в ухо, хотя я не мог понять, каким образом она умудряется целиться в темноте.

— До топей осталось совсем немного, — шут поглубже натянул капюшон, но капля все же сорвалась с козырька и щелкнула Ламберта по носу. — Как ты собираешься искать кольчугу?

— Понятия не имею, — признался я. — Но три сотни солдат не могли сгинуть бесследно.

— Больше полутысячи лет прошло, — заметил Ламберт.

— Да, — я усмехнулся. — Но думаю, что если они все утонули, то их тела могли и сохраниться под слоем торфа. Вот их-то мы и спросим.

«Взрослеешь, мальчишка», — одобрительно хмыкнул Невеар. Я оставил его комплимент без ответа.

— Кажется, впереди еще одна деревня, — сказал ехавший впереди Пауль. — Вернее то, что от нее осталось.

— Возможно, имеет смысл в ней и остановится? — тучи с небес никуда не собирались исчезать, и темнело сейчас чрезвычайно быстро.

— Как скажешь, — рыцарь пожал плечами. — Это действительно неплохая идея. Хоть переночуем под крышей.

— Если найдем целую, — не удержался от подколки Ламберт.

Мы медленно въезжали в заброшенную деревню. Лошади нехотя переставляли копытами. У околицы Годрик даже замотал головой, отказываясь пересекать границу, но потом все же перешагнул преграждающее дорогу гнилое бревно. Интересно, откуда оно взялось на самой дороге, если на обочине деревья не растут, а люди не забредали сюда уже несколько сотен лет.

— Что-то здесь не сходится, — пробормотал Ламберт. — Насколько мне известно, здесь не должно быть третьей деревни.

— Я подумала об этом же, — кивнула Кира. — К тому же не похоже, что эта деревня давно заброшена. Пять, максимум десять лет.

Протяжно заскрипела покосившаяся ставня. Мы резко обернулись на звук, но это оказался всего лишь ветер. Внезапно Кира отклонилась назад и выпустила стрелу чуть левее колодезного сруба. Я даже не успел заметить, когда в ее руках оказался лук.

Девушка слезла с коня и спокойно подошла к дереву, в котором торчала оперенная стрела.

— Надо же, показалось, — губы Киры искривила жуткая усмешка.

Выдернув стрелу, воровка вернулась в седло, и мы продолжили медленно двигаться по размытой дождями дороге. Деревня действительно была покинута относительно недавно. Дома хоть и покосившиеся, и с протекшими крышами, все же еще были довольно крепкими. Кое-где сохранились остатки покосившихся заборов, а колодезные срубы всего лишь покрылись мхом. Близость болота тоже сказывалась. В воздухе кружила мелкая мошкара, во многих дворах и у обочины дороги в затхлых, глубоких лужах росла осока. Конь Пауля потянулся к ней губами, но брезгливо фыркнул и отвернул морду.

Рыцарь удивленно приподнял бровь, но ничего не сказал. Я тоже молчал. Несмотря на смутное чувство тревоги, которому я привык доверять, сейчас мне казалось, что волноваться не о чем. Серебристой дымки смерти не ощущалось, а значит и опасность в этой деревне нам вряд ли грозит.

— Может, уже остановимся? — спросил я, указывая на довольно крепкий дом, рядом с которым находился сарай и сеновал.

— Почему бы и нет, — шут повернул лошадь к выбранному мной дому. — Надеюсь, там есть печка.

Печка в доме была, а в сарае нашлись хоть и сыроватые, но вполне пригодные для растопки дрова. На сеновале, как ни странно нашлось вполне приличное сено, которое мы перетащили в дом, устроив четыре лежанки. Вода в колодце была ледяной и кристально чистой. И это было уже совсем хорошо, хоть и подозрительно. Если бы не полуразрушенные здания можно было бы подумать, что деревню вообще никто не покидал.

— Ты что-нибудь чувствуешь? — тихо поинтересовался я.

«Что-нибудь — да», — загадочно ответил Невеар и замолчал.

Огонь в печке жарко пылал, кухня, расположенная слева от сеней протопилась довольно быстро. Мы сидели, с удовольствием вытянув ноги к огню, и потягивали подогретое вино с корицей. Кира, быстро допив свою порцию, встала, взяла лук и вышла на улицу, но через минуту вернулась с озадаченным выражением лица.

— Ребята, вы должны это увидеть, — растерянно проговорила она и вновь скрылась за дверью.

— Ну, что там еще, — проворчал рыцарь. Выходить из протопленной комнаты на улицу в сырость и мрак не хотелось никому.