Темный мастер
Шрифт:
— От него зубы выпадают, — усмехнулся Ламберт. — Эй, Темный, там сзади у нашего общего друга сейчас начнутся проблемы.
Я на мгновение задумался. Разворачиваться спиной к Фреду с его стальными зубами мне не хотелось, но шут прав — один рыцарь не справится, даже на узкой тропинке.
— Уходим к левому холму, — приказал я, оценив расстояние и возможный маршрут.
Все же следует отдать должное моему небольшому отряду — его члены питали глубокое уважение к своему командиру, то есть мне. Едва я отдал приказ к отступлению, как все организованным полукругом, спиной вперед, сошли с тропинки. Хотя подсознательно я понимал, что вновь найти ее будет совсем непросто, но иного выхода сейчас не было. После того, как с баньши спало мое заклинание, я уже несколько раз пытался дотянуться до источника зеленого пламени, но пока безуспешно. Невеар по этому поводу никаких мыслей не высказывал, а я пока не интересовался, не до того было.
Стадо козловолков, рыча и блея, двинулось за нами. Лан-го-шин и Фредерик неспешно двигались в середине этой толпы, спокойные и уверенные в своей победе.
— Я понял! — внезапно радостно заорал Ламберт, когда мы каким-то чудом добрались до холма, ни разу не провалившись в болото ниже колена.
Все недоуменно развернулись к нему, даже монстры замерли, с интересом наблюдая за сумасшедшим человеком.
— Это, — парень обвел рукой стадо, — козловолки, появились от союза этих двоих!
Его перст уперся в парочку нежити.
— Ламберт, не надо, — тихо попросил я, понимаю, к чему он клонит.
— Но если Фред — волк, то вот эта барышня получается самой настоящей козой!
И шут вновь зашелся в приступе хохота. На пару мгновений над болотом воцарилась звенящая тишина, нарушаемая только безумным смехом шута.
А затем я едва успел вскинуть ширму, ибо оскорбленная до глубины души баньши вновь завизжала. С трудом сдерживая напор разъяренной девушки, я с грустью подумал о том, как сейчас не хватает Музыканта с его огненными демонами. Тот бы моментально разобрался с боящимися огня козлятами. Но Игорь был недоступен, и полагаться в который раз оставалось только на себя, потому что мои спутники катались по земле, зажимая руками уши.
— Порвите их в клочья, — взвыла Лан-го-шин, перестав визжать. — Уничтожьте их наконец-то, во имя нашего бога и господина Драгора!!!
И здесь без него не обошлось! Хотя в принципе логично, что все зло в этом мире поклоняется одному богу.
«Вопреки распространенному мнению, — задумчиво начал некромант, моими глазами глядя на несущееся на нас козлоногое воплощение смерти, — Видящий Суть появлялся в Вельтерроне после своего бегства. В самом начале Войны Мертвых он вновь пришел в этот мир. Предложил мне свой союз, но как обычно предал всех и вся и бежал, спасая свою жалкую шкуру, как только дело запахло жареным. Вполне возможно, что в гибели трех сотен имперских воинов виноват именно он».
«Даже если и так, — мысленно ответил я, — почему слуги Драгора не попытались найти и уничтожить доспехи Первого Мастера?»
«По всей видимости, их сил было недостаточно. А потом даже память об оружии стерлась в веках. К тому же, уничтожить созданные богом доспехи из черного серебра не под силу обычной нежити. Их можно только спрятать, окружить непроходимыми горами и болотами и легионами стражей, но разве тебя это остановит?»
Весь этот разговор продлился меньше мгновения, и за это время стадо уже почти достигло середины холма, на котором мы остановились. Я еще раз обвел взглядом своих лежащих в беспамятстве друзей и крутанул на пальце Кольцо Чернокнижника. Раз времени на заклинания не остается, значит, будем бить врагов чистой энергией.
Руки мои окутало зеленое пламя, я наклонился к земле, когда до козловолков осталось не более тридцати метров. Быстро прошептав короткое заклинание, я положил руки на болотистую почву.
— Лес Смерти, — шепнул я, улыбаясь.
Первые монстры уже приблизились на десяток метров, когда из земли к небу устремились остро-оточенные штыки из зеленого мрамора. Послышался звук разрывающейся плоти и хруст костей, а затем полный боли визг. Шипы стремительно вырывались из-под земли под разными углами, разрывая волчьи тела, отсекая конечности и пронзая бедных уродцев насквозь. Стадо (или все же стая?) за несколько мгновений лишилась около двух десятков голов. Остальные попытались удрать, но я лишь глубже погрузил руки в землю. И вновь к небу взметнулись смертоносные зеленые копья, по которым тотчас на землю стала стекать ярко-алая кровь.
Мои друзья стали потихоньку приходить в себя, а я все внимание сосредоточил на баньши. Колья пронзали бесплотный силуэт Лан-го-шин, но не причиняли той никакого вреда. Призрак девушки неумолимо двинулся вперед, все шире и шире раскрывая свою пасть. Ртом этот бездонный провал, из которого веяло пустотой и холодом, назвать не получилось бы при всем желании. Фредерик стоял на месте, не рискуя подойти на расстояние моей атаки, а вот баньши Лес Смерти нисколько не смущал.
— Сдавайся, человек, — прорычал вурдалак, помахивая хвостом. — Если не будешь сопротивляться, она выпьет твою жизнь быстро и почти безболезненно. Ты словно уснешь и больше не проснешься, забыв обо всех страданиях и горестях. Здесь твоя магия на нее не подействует. В Топях Вирма она практически всесильна. Близость хозяина болот дает ей огромную силу. Оставь сопротивление и…
Но я не слушал соблазняющего меня монстра, я уже плел новую паутину заклинания.
— Не знаю, как это у меня получается, но мне это начинает нравиться, — напряженно пробормотал я, пропуская через свое тело колоссальные потоки энергии. Я буквально сам чувствовал, как горят зеленым огнем глаза, как по жилам струится сила, которой пропитан воздух над Топями. Ту силу, которая поддерживала баньши, сейчас я использовал против нее. И меня она слушалась не хуже, а возможно даже лучше. Ведь на моем пальце улыбалось черепом Кольцо Чернокнижника.
А тем временем призрак приближался, стремительно меняясь. Лоб стал узким, и его прорезали глубокие морщины, глазки заплыли, нос вообще пропал, грудь отвисла и ухнула куда-то к животу, который превратился в огромное брюхо. В общем, существо передо мной предстало довольно уродливое и ничуть не сексуальное, но если девушка использовала этот вид, чтобы напугать меня, то тут она явно просчиталась.
Когда пасть Лан-го-шин раскрылась до совсем уж неприличных размеров и нижняя челюсть опустилась до уровня груди, я швырнул прямо в нее зеленый шарик. Баньши проглотила его не поморщившись и пролетела еще пару метров, как ни в чем не бывало, затем замерла, уставившись перед собой широко открытыми глазами. На ее призрачном лице выразилось искреннее изумление, даже какая-то детская обида на вселенскую несправедливость. Баньши осуждающе посмотрела на меня, а потом…
Грохнуло! Причем так, что я едва удержался на ногах. Шар взорвался внутри призрака, разметав того на тысячи ошметков, которые теперь плавали в воздухе, словно маленькие облачка, стремясь собраться воедино. Но и я не собирался останавливаться. Сделав в воздухе круговое движение руками, я собрал остатки сил и создал под разорванной баньши маленький воздушный смерч. Он завращался с невероятной скоростью, втягивая в себя то, что осталось от когда-то великой Лан-го-шин. Мы вдвоем наблюдали за действием моей магии: я устало и удовлетворенно, Фредерик — с ужасом и отчаянием. Мой маленький вихрь всосал в себя призрачные ошметки все без остатка и схлопнулся, унеся с собой в небытие древний призрак утонувшей девушки.