Чтение онлайн

Виконт спустился вниз. С каждым шагом лицо его неуловимо менялось, приобретая скучающее, брюзгливое выражение; скупые, отточенные движения воина перетекали в развязную, нарочито неторопливую походку. Когда он увидел свое отражение в витрине соседней лавки, его чуть не стошнило. Отлично, то, что надо. Рисуясь, он взлетел на спину своего коня, не касаясь стремян, и погнал его галопом. Вслед ему неслись сдавленные проклятья на двух языках.

Летняя резиденция графа Эрвского находилась в северной части города, почти за его чертой. Приземистый, увитый буйной зеленью особняк казался скорее основательным, чем красивым. Рейнард, не дожидаясь, пока ему откроют ворота, перемахнул ограду высотой под семь футов, мысленно поблагодарил коня за этот самоубийственный трюк и остановился в шаге от лестницы. Не заботясь о взмыленном животном, он буквально ворвался в дом и бросил слуге:

– Доложи своему хозяину, что прибыл виконт Осский.

– Но… ег-го светлости нет дома, - проблеял тот.

– Его нет, или он не принимает?
– В черных глазах Рейнарда появилось нечто такое, отчего слуга, выкрикнув: "Сию минуту, ваше сиятельство!", рысью убежал в глубь дома. Рейнард наметанным взглядом оценил изысканную простоту обстановки и решил, что, во-первых, графиня Эрвская обладает изумительным вкусом, во-вторых, на лигу не подпускает мужа к домашним делам, поскольку люди его склада обычно предпочитают видеть вокруг себя вульгарную роскошь и блеск.

– Его светлость примет вас.

Виконт усмехнулся про себя - он и не сомневался в этом и только искренне надеялся, что оторвал его светлость от чего-либо очень важного - например, послеобеденного сна.

Н-да. Похоже, именно от него и оторвал, если судить по несколько небрежной одежде и осовевшему взгляду.

– Прошу прощения, если мой визит прервал ваш несомненно заслуженный отдых… - скучающим тоном, в котором не слышалось ни капли сожаления, бросил Рейнард.

– Нисколько, нисколько, виконт, - елейно заверил его граф Бертран.
– Вы, как и ваш многоуважаемый отец, всегда желанный гость в моем скромном доме.

"Сказал бы еще, лачуге", - раздраженно подумал молодой человек, напяливая на лицо дурацкую улыбку. Он никак не мог взять в толк, чем же граф его так выводит из себя. Еще не старый, благородной внешности, он мог показаться вполне приятным в общении, если б не бегающие, с подозрением прищуренные глаза и вкрадчивые манеры. Хотя Рейнард и стоял заметно ниже его по положению, тот обращался с ним так, словно от виконта зависело его благополучие. Приторная любезность, неотъемлемая часть его манер, была бы еще терпимой, не будь его светлость идиотом. Окончательным и бесповоротным. Его неумная политика давно стала притчей во языцех среди прочей правящей аристократии, и удивление вызывало лишь то, что при всем при этом Эрве продолжало процветать, опровергая известный тезис, что один дурак способен развалить любую благополучную страну. Впрочем, у графа имелось двое наследников, по слухам, людей толковых и достойных, и это, видимо, спасало положение. Рейнард мимоходом подумал, что, если бы кому-нибудь пришла в голову мысль по-тихому отравить правителя, это значительно облегчило бы жизнь как его семье, так и всему графству в целом. Оторвавшись от сладостной картины торжественных и пышных похорон Бертрана Эрвского, молодой человек услышал обращенный к нему вопрос:

– Вне всякого сомнения, у вас поручение ко мне от вашего многодостойного отца, виконт?

– Да нет, я вообще просто так заехал, - с удовольствием разочаровал его Рейнард, наблюдая, как вытягивается лицо его светлости графа.
– Представиться и все такое, что требует треклятый этикет… Хотя отец передавал одно письмецо, просил вам показать, сейчас, где оно у меня было… - Он принялся старательно обыскивать все карманы своего одеяния, отлично помня, что искомое лежит у него за пазухой. Основательно поиспытывав сиятельное терпение, он выудил слегка помятый конверт и вручил графу Бертрану. Тот бегло проглядел текст и, вздернув брови, спросил:

– Вы знакомы с содержанием этого послания, виконт?

– Нет, - зевнул Рейнард.
– Если бы отец хотел, чтобы я забивал себе этим голову, он бы мне сообщил, разве не так?

Общеизвестно: если хочешь понравиться дураку, дай ему почувствовать свое превосходство. Граф Эрвский снисходительно улыбнулся и похлопал собеседника по плечу.

– Ваш многоуважаемый отец просит меня оказывать вам всяческое содействие. Я буду рад выполнить его маленькую просьбу и ввести вас, мой мальчик, в свой скромный круг. Завтра ее светлость графиня устраивает прием по случаю восемнадцатилетия нашей возлюбленной дочери Мелисанды, и вы меня весьма обяжете, если согласитесь почтить его своим присутствием.
– Он сделал многозначительную паузу, удостоверяясь, что смысл его словесных кружев дошел до сознания виконта Осского. Рейнард понял, что если немедленно что-нибудь не скажет, то непременно лопнет со смеху. Кажется, его приняли не просто за знатного бездельника, но за деревенского увальня, которого отец отправил в высшее общество набираться лоску. Кто бы мог подумать, что его игра окажется настолько успешной. Видела б его сейчас Дина… Торжественно уверив гостеприимного хозяина, что несказанно рад и невероятно польщен, Рейнард ловко выхватил отцовское письмо из рук графа и поспешил откланяться, не давая его светлости опомниться от славословий.

Не рискуя повторить трюк с оградой - чудес для одного дня было многовато, - он пронесся через ворота и лишь в трех кварталах от резиденции графа позволил себе перевести дух. Его серый в яблоках конь повернул голову и с явственно-укоризненным выражением на морде цапнул хозяина за руку. Рейнард, чувствуя себя виноватым, скормил ему яблоко и краюху хлеба, после чего мир был восстановлен. Молодой человек подумал, что неплохо было бы навестить Джейда и Кеннета, и спросил у уличного мальчишки, где находится таверна "Герб Эрве". Заведения с подобными названиями имелись в любом городе любого графства и, как правило, условия в них были приемлемыми. Видимо, владельцы считали нужным держать марку.

Судя по полученным указаниям, ему предстояло пересечь почти весь город. Коня Рейнард больше не подгонял, поэтому на месте был лишь через три четверти часа. Выяснив, что двое похожих по описанию молодых господ прибыли сегодня утром, он прошел по длинному коридору и постучал в дверь с криво нарисованной чернилами шестеркой.

– Кто там?
– послышался холодный голос Кеннета.

– Я, Рейнард.

Дверь открылась. Младший из магов кивнул ему и продолжил копаться в брошенной на кровать сумке. Джейд же, который, склонив голову набок, терзал гребнем спутанные волосы, с видимым облегчением оставил это занятие и приветствовал друга.

– Рад тебя видеть. Как добрался?

– Отлично. Уже успел представиться местному правителю и получить приглашение на завтрашний раут по случаю дня рождения его дочери.

– Небо, зачем тебе это понадобилось?

– Может оказаться полезным. Впрочем, если у тебя есть другие идеи по сбору информации…

– Ты немного разминулся с ее источником. Недавно приходил Тайриэл; я ждал, что ты появишься раньше, хотел вас познакомить.

– Успеется еще, - отмахнулся виконт, хотя ему было жутко интересно посмотреть на северного эльфа, по чьей вине они все здесь оказались.
– Что он сказал?

– Просто удостоверился в нашем прибытии. По-моему, мы ждем кого-то еще.

– Лориссу?

– Она уже здесь. Кеннет, ради всего святого, что ты там ищешь?!

– Это имеет принципиальное значение?
– на секунду оторвавшись от рытья в сумке, проворчал маг.

Джейд глубоко вздохнул.

– Ну и лешак с тобой. Не хочешь - не говори. Рейнард, когда, ты говоришь, этот прием, завтра? Я бы пошел с тобой…

– Зачем?

– Не думаю, что тебе стоит там появляться, Джейд, - заметил Кеннет.