Война
Шрифт:
Поставив шатер, его окружили тяжелые латники илонийцев и Альтама. У Курхота их не было. Иллар на встречу облачился в кольчугу, в сделанные для него простые, но прочные доспехи. Кольчужный капюшон был накинут на голову, на нее надет шлем. Меч Отари также был с ним.
Носить доспехи он так и не научился, драться в них тем более, но хотя бы не выглядел в них увальнем, как в первые дни. Он сомневался, что на встрече он будет драться, были приняты все меры предосторожности. Но от предательской стрелы доспехи смогут защитить.
Именно так и расценили его одеяние и сопровождение Альтам и Курхот. Альтам тоже был в своих доспехах. Но в них он чувствовал себя намного уверенней, чем Иллар. Уж он-то привык в них и сражаться, и быть во главе своего войска. Курхот же был одет так же, как и в прошлый раз. В дорогие, но добротные одежды. Прочные кожаные и металлические накладки были скорее украшением одежды, хотя и могли защитить от стрелы, пущенной издалека.
Они все трое одновременно зашли в шатер. Пологи не были опущены, но сопровождавшие их воины в тяжелом облачении стояли вне зоны слышимости. Со стороны Иллара, их возглавляли Фаркус и Латин.
Простые стулья вокруг стола, три кубка с разбавленным вином, сыр, мясо, фрукты.
После объявления знаменосцами титулов своих господ, трое мужчин остались в шатре одни.
Иллар рассматривал своих противников. Курхот не изменился. Такой же самодовольный и с виду даже добродушный. Альтам также казался спокойным. Ожог на щеке приобрел уродливую форму, герб Торогии угадывался в нём с трудом. «Не слишком была хорошая идея», — подумал Иллар, но тогда ему ничего более умного не пришло в голову.
Курхот с Альтамом также с неподдельным интересом рассматривали его. Перед ними сидел воин. Твердый, спокойный взгляд на загрубевшем лице. Бровь рассечена осколком камня, на подбородке след ожога.
— Ты не отсиживался во дворце, мой мальчик, — задумчиво прервал молчание Альтам.
— Нет, — спокойно подтвердил Иллар.
Встречу просили они. Пусть первыми и начнут.
— Не завтра, так послезавтра мы войдем в город, маленький Брайт, — добавил Курхот.
— Там и останетесь.
— Да, конечно, нам ещё предстоит много работы, чтобы взять весь город. Но мы всё равно его возьмем, мой мальчик. — Альтам продолжал задумчиво рассматривать его.
— Я думаю иначе.
Альтам и Курхот переглянулись.
— Ты достойный противник, Брайт, — произнес Курхот. — Отличный воин. Твои люди идут за тобой. Мы решили не убивать тебя…
Иллар ждал.
— У Его Величества Альтама имеется наследник. Но у меня его нет, — продолжил Курхот. — Мои сыновья убиты в этой войне… Храбрые, сильные юноши, хотя и не все выполнили свое предназначение. Но они убиты как воины. Хорошая смерть…
Иллар не произнес ни слова. Он понял, к чему клонит Курхот.
— Мои люди привыкли уважать сильных противников. Любая из моих дочерей сочтет за честь стать твоей женой.
Иллар не смог удержать мимолетной улыбки, вспомнив рассказ Стенли, как Курхот пытался вручить ему одну из своих дочерей.
Курхот нахмурился, заметив улыбку, но не стал прерываться:
— Став моим зятем, ты будешь наследником огромной державы. И Илония будет твоей, как и предполагал для тебя твой приемный отец, король Альтам. Но теперь ты будешь владеть и Арилазой, и Кордией, и моими островами. Люди примут тебя. Не могут не принять королевскую кровь и великого воина.
Иллар повернулся к Альтаму:
— Что будете иметь с этого вы, ваше величество?
— Доброго соседа, как и планировалось раньше, мой мальчик. Я оставлю тебе почти всю Илонию. Но мы договоримся, какие именно земли я потребую взамен.
— Выход в Мадарис?
— Это естественно, мой мальчик. Весь восток Илонии, твои корабельные леса. Глупо отказываться от них, если у меня теперь будет прямой путь в Мадир, — развел руками Альтам. — У тебя будет Кордия, у меня Мадарис. Все справедливо.
— И не будете управлять мной, как собирались?
— Ты взрослый мужчина, мой мальчик. И у тебя будет уже другой покровитель. — Альтам показал на Курхота. — Я отступаюсь от притязаний на твою преданность. Только на дружественное для наших обоих королевств соседство.
Иллар молчал. Курхот и Альтам не прерывали его молчание, но и не спускали с него взгляда. Иллар чувствовал, что это еще не все.
— Ты назвался лордом Илларом, когда пришел сюда, — продолжил Курхот. — Но ты ошибаешься. Согласно илонийским законам, ты теперь носишь титул принца.
Иллар сжал зубы. Вот оно, ради чего была созвана встреча.
— Я с прискорбием сообщаю тебе, что мы нашли тело твоего отца. И твоей сестры…
Курхот с Альтамом не спускали с него глаз. Иллар изо всех сил пытался оставаться спокойным и только надеялся, что выступивший на его лице пот не выдал его чувств. Он не произнес ни слова, боясь, что голос подведет его, и даже попытался разжать пальцы на рукояти Отари. Бесполезно. Да, он понимал, что верить этим двоим нельзя. Но они не просили бы встречи, если бы у них не было доказательств.
Подтверждая его догадку, Курхот продолжил.
— Как ты уже, наверное, знаешь, карета, в которой находился твой раненный отец и твоя сестра, пропала. Сказать по правде, я не знал, как именно пропал принц Интар, не знал, что вы ищите карету, и не организовал поиски. Если бы знал, возможно, мы не опоздали бы. Но на днях мои люди нашли в старом заброшенном руднике карету принца. И тела его и дочери. Как выяснилось позже, — продолжал рассказ Курхот, — в этих местах были убиты несколько илонийцев. Видимо, телохранители твоего отца. Отвлекали на себя внимание от убежища. Лучше бы они сдали нам своего принца, тогда бы он остался жив. Он умер не сразу. Видно было, что за ним ухаживали. Возможно, его дочь. Но что может сделать испуганная девочка. Он умер. И твоя сестра осталась одна. Вначале у нее была еда, дрова, чтобы поддерживать огонь. Там было озеро, была вода. Но еда закончилась. Как закончился и огонь. В карете было предостаточно теплой одежды. Мы нашли ее закутанной в одеяла, плащ. Но она умерла от истощения. От голода.