Чтение онлайн

Две пары глаз не сводили с Иллара внимательного взгляда.

— Мы оказали принцу и его дочери должное уважение. Их тела уже в пути. Мне привезли лишь их вещи.

Курхот выложил на стол несколько платьев, чернильницу, гербовую бумагу, перо. Достал и открыл шкатулку.

Иллар смотрел, боясь протянуть руку, чтобы эти двое не заметили, как она дрожит. Платье было Оветино, жакет отца. Отцовская походная чернильница, его любимое перо. Шкатулка сестры, а в ней мелкие драгоценности, гребень. Наверное, все это принадлежало Овете, Иллар не мог сказать точно, никогда не обращал внимание. Но кулон в виде листочка был однозначно сестры.

— Его величество Альтам, не скрою, был рад смерти своего давнего врага, — сказал Курхот. — Но, признаться, я встречался с принцем Интаром, и он произвел на меня весьма приятное впечатление. Я скорблю вместе с тобой, сынок.

— Мы не требуем ответа прямо сейчас, — прервал молчание Альтам. — Ты можешь дождаться, когда мы возьмем внешнюю стену. Мы не будем подрывать твой авторитет. Ты можешь подождать, пока привезут тела твоих родных. И когда все убедятся, что титул принца твой по праву, тогда и примешь наше предложение. Ты будешь героем, который спасет город и свою страну. Но сдавшись раньше, ты сохранишь больше и своих, и наших людей. Ты уже принц и именно в твоих руках вся власть.

Иллар молчал. Молчали и двое сидевших напротив него мужчин. Наконец Курхот прервал молчание.

— У меня еще одна новость для тебя, на этот раз хорошая. Я веду сейчас переговоры с королем Дюрталом. Об освобождении твоих родных. Когда ты согласишься на наше предложение, хочу, чтобы встреча с родными была достойным моим подарком. Тем более что речь тут идет не только о твоей тетке и ее муже. Но и о твоих братьях.

— Даже так? — голос Иллара был сух и безжизненен.

Вот и будущие заложники. Если Курхот не лжет.

— Надо сказать, что Дюртал поступил слишком жестоко, задержав у себя принцессу Илонии. Он не имел права. Я полностью осуждаю его. Держать в плену женщину… Я сам с Сегота и прекрасно помню замок Мелах. Именно там она и содержалась под стражей. Неприступная крепость. Небольшая, но мощная. И большой гарнизон. Твои братья, твой рассудительный кузен Тарлин, и безрассудный Стенли, мне ли не знать его, совершили большую ошибку, пытаясь освободить оттуда отца с матерью. Хартан, комендант крепости пленил их. Сейчас семья принцессы Талины полностью во власти Дюртала. Мне пришлось пойти на некоторые уступки в отношении Кордии, чтобы начавшиеся наши переговоры закончились успехом.

— Я принесу принцессе Талине мое глубочайшее сожаление о смерти её брата, и её племянницы, — вступил в разговор Альтам. — Думаю, нам пора заканчивать вражду. Смерть твоего отца удовлетворила мою месть. А сейчас погибло слишком много народу. Признаться, я не ожидал этого и не хочу больше терять своих людей. Впереди зима, королевство должно жить, а не умирать. Думаю, ты согласишься со мной.

— Да, я согласен.

— Тогда мы ждем твоего решения, — Курхот весь светился от радости, — в какой удобный для тебя момент ты переведешь свои войска под наши знамена. Мы перезимуем в Нарте, как будущие родственники. За это время как раз привезут моих дочерей. У меня их много, ты можешь выбрать любую. Весна ознаменуется свадьбой и новым королевством. Кстати, при таком решении королева Тайлис вполне может заменить в Сеготе фальшивую. Очень удобно выдать замуж настоящую королеву Кордии за сына Дюртала. Пусть живет там. Но Кордию, сынок, мы ей не отдадим.

— Мы не будем спрашивать ее согласия?

— Для нее это самый лучший из вариантов. Думаю, ей надо будет благодарить нас за такое великодушное предложение.

— А какую участь вы планируете для короля с королевой?

— О небеса, Атир, — засмеялся Альтам, — ну не потребуем же мы голову твоего дедушки. Как ты мог подумать о таком? Да еще, — Альтам кивнул на Курхота, — от своего тестя. Король Корн и так больше времени проводит в стойле у лошадей, чем на троне. Так и останется дальше. Пусть доживает в спокойствии и почете.

— У вас имеется ещё, что сказать мне?

— А тебе разве нет?

— Я бы хотел подумать.

— Несомненно. Если до утра ты не дашь ответа, мы возобновим стрельбу. Но это ничего не значит, мой мальчик. Как мы и договаривались, это просто дань твоей смелости. Все договорённости останутся в силе. Ты проиграешь с честью. Женитьба будет тем мирным договором, который ты заключишь. Ты будешь героем. Спасителем. — Голос Курхота был по-прежнему добродушным, усыпляющим.

— Я ещё не договорился с вами.

— Это только время, мой мальчик. Ты сам это прекрасно понимаешь.

— Я не ваш мальчик.

— Не груби, сынок. — Курхот укоризненно покачал головой.

Иллар встал.

— Я осведомлю вас о своём решении, — сказал он и вышел из шатра.

Он молчал до самого дворца. Не ответив ни на вопрос Фаркуса, ни на шутливое замечание Латина. Казалось он их и не слышит.

То же самое было и в зале Совета. Иллар ходил взад и вперед, не обращая внимания на ожидавших его рассказа Кандира и Бахтина. Остановившись около стены, он стукнул несколько раз по ней кулаком.

— А теперь головой, — тихо, но отчетливо произнес Латин.

Еще прежде, чем он закончил фразу, Иллар не ударился, но прислонился головой к стене. Латин осекся. Фаркус вздохнул.

— Пойдем, сынок, — сказал он, вставая.

— Не поможет, — глухо произнес Иллар.

— А мы попробуем.

Они вышли.

— И что это было? — спросил Кандир у кинувшегося вслед за ними Латина.

Тот пожал плечами.

— Сейчас Фаркус вытрясет из него дух, тогда и узнаем.

Поединок, такой проверенный способ привести мысли в порядок, ничего не дал. Фаркус внимательно наблюдал, привычно направляя Иллару соперников одного за другим. Иллар бился слабо, без напора. Проигрывал и не замечал этого. Ярости не было, нечего было гасить. Был, с удивлением заметил Фаркус, страх. Ведро ледяной воды не остудило, а лишь скривило губы в болезненной гримасе.

Фаркус снял куртку и кинул её Латину. Подойдя к еще не очухавшемуся после ледяного душа юноше, он с размаху ударил его ладонью по щеке. Не ожидавший этого Иллар упал, Фаркус рывком поднял его и ударил второй раз. На уровне рефлексов Иллар успел перехватить его руку, но Фаркус, притянув его второй рукой к себе, ударил коленом в грудь. Через мгновенье, два тела каталось по земле, в пыли и соломе замкового двора.

Латин остановил ринувшихся растаскивать их солдат.

— Я, конечно, ожидал что-то типа такого, но не до такой же степени, — бормотал он про себя.