Чтение онлайн

– Неважно, - Эрвин резко, точно клинком, рассек ладонью воздух.
– Эйтор жив, и мне достаточно этого. Я хочу увидеть его труп, отрезанную голову. Для этого я вернулся, об этом мечтал долгих двадцать три года, пока бродил по свету, сражаясь везде, где только возможно.

– Скорее всего, ваш названный брат, господин, уже покинул Альфион, - пожал плечами старый лорд.
– Во всяком случае, на его месте так поступить было бы вернее всего сейчас. У него нет воинов, он не может продолжить борьбу. Я не сомневаюсь, что наш несчастный король уже далеко. Отныне Альфион принадлежит вам, и пора забыть, наконец, об Эйторе, ведь у владыки целой страны дел всегда будет предостаточно.

– Нет, будь я проклят, - сквозь зубы прорычал Эрвин.
– Я не забуду. Пока жив Эйтор, иных забот для меня не может быть. Моя месть еще не завершена.

Пир продолжался своим чередом, и кое-кто из гостей, не рассчитав с хмельным, уже мирно посапывал прямо на столе или вовсе свалившись под ноги своим товарищам. Те же, кто оказался покрепче, попривычнее к выпивке, продолжали уничтожать припасы, извлеченный слугами радушного - скорее, в прочем, лишь пытавшегося таковым казаться - Яриса из глубоких подвалов и темных погребов замка. Выводили затейливую мелодию музыканты, пара скоморохов кривлялась и шутила под одобрительные крики полупьяных господ, бесплотными тенями скользили по залу слуги, подававшие все новые бутыли вина. И никто не мог в этот миг предположить, что король Эйтор намного ближе, чем можно было судить, полагаясь лишь на здравый смысл. Более того, владыка Альфиона даже не думал смириться с поражением.

Звуки шального пиршества долетали до недальней рощи, и стоявшие вокруг лагеря часовые только гневно бранились вполголоса - сами они уже много дней держались только на хлебе и воде, о таких вещах, как вино или жареное мясо не смея и мечтать. Ненависть к врагу крепла в их сердцах, и как раз этого ждал король Эйтор, под покровом ночи созвавший на совет своих рыцарей и выборных командиров, поставленных над простыми бойцами.

– Враг близко, так близко, как ни был прежде никогда, - решительно произнес король, и слова его были встречены внимательным молчанием.
– Он уязвим, ведь с Эрвином - жалкая кучка бойцов, всего чуть больше сотни. Кажется, достаточно протянуть руку, чтобы сдавить горло ненавистного врага. Пришла пора решить, как быть дальше, и потому, братья мои, я жду вашего совета. Вам идти в бой, а потому вам и решать, как должно действовать сейчас.

Эйтор обвел пристальным взглядом собравшихся в шатре, простой полотняной палатке, укрытой на всякий случай ветвями, людей. На лицах своих офицеров он видел холодную решимость, взгляды их полнились нарождающейся злобой. Эти люди были готовы идти в битву прямо сейчас, лишь бы прервать бессмысленные, утомительные блуждания по той стране, которая раньше была родной для каждого.

– Мой король, будь у нас хотя бы вдвое больше воинов, я не раздумывая, повел бы отряд в атаку, - первым подал голос рыцарь Рамтус.
– Замок, в котором укрылся самозванец, едва ли можно назвать неприступной цитаделью. Даже имя лишь несколько лестниц подлиннее, мы запросто взяли бы его. но у нас сейчас не наберется и сотни бойцов, а там, за стенами, и под стенами, их вдвое больше, и атака будет самым надежным для нас способом самоубийства. Прости, - рыцарь виновато склони голову.
– Сейчас враг вне досягаемости, как бы близко он ни был от нас.

Эйтор гневно заскрежетал зубами, но промолчал. Рамтус был прав во всем, и, как бы ни раздражало ощущение собственной беспомощности, король понимал, что бросать с несколькими десятками уставших, измотанных походом, раненых воинов на каменные стены глупо и гибельно. Однако Эйтор равно не был готов сдаться, просто отступив.

– Сейчас не нужно спешить, господин, - поддержал Рамтуса и Алан. Пухлый капитан того, что гордо, но словно в насмешку, называло королевской армией, все так же баюкал на перевязи левую руку.
– Пока Эрвин в замке, мы мало что можем сделать. Лучше подождать, когда он выберется из-за стен. В этих лесах мы можем потягаться с вдвое превосходящим нас числом противником. Устроим самозванцу засаду на тракте, выбрав место поглуше. Наверняка он двинется на юг, в столицу, ведь здесь-то ему делать, пожалуй, и нечего. Ну а мы и подождем его, - многообещающе добавил солдат, кровожадно осклабившись.
– Дорога здесь одна, государь, не разминемся.

Эйтор кивнул - как ни претило ему ожидание, бездействие, не признать, что воин прав, как прав и Рамтус, было невозможно. Оставалось одно - не упустить удачный момент, нанести удар там и тогда, где и когда он скорее приведет к победе. Здесь, в этих лесах, должно было завершить затянувшийся спор о том, кому владеть Альфионом.

И все же король еще сомневался, надеясь, что разыщется тот, кто подскажет, как поступить, укажет верный путь. А меж тем кое-кто уже начал действовать, не дожидаясь приказов, не ведая сомнений, терзавших Эйтора. В прочем, об этом правитель Альфиона пока еще не знал.

– Я услышал вас, - сказал он своим советникам.
– В ваших словах есть здравый смысл. Но еще не все здесь высказались, и я хоте бы услышать Бранка Дер Винклена.

В ответ последовала тишина. Присутствовавшие на импровизированном совете офицеры недоуменно переглядывались между собой, изредка бросая удивленные и растерянные взгляды на короля. Дьоривкского рыцаря среди них не оказалось.

Ратхар крался по окутанному тьмой лесу, ступая мягко, перекатываясь с пятки на носок, чтобы не выдать себя ничем, ни треском сухой ветки, ни шелестом опавшей листвы. Позади остался лагерь королевского войска и цепь дозоров, сквозь которые юноша просочился неслышной тенью. Часовые ждали незваных гостей извне, и им даже в голову не приходило, что кто-то может попытаться непрошенным покинуть скрытый в чаще лагерь, вместо того, чтобы проникать в него.

Самым трудным как раз и было миновать посты, прочие же воины, находившиеся в этот час в самом лагере, словно не замечали уверенно шагавшего меж костров и палаток юношу, сосредоточенного, молчаливого, вооруженного. Бойцы в большинстве своем просто спали, набираясь сил, кто-то чинил сапоги, отыскавшийся в отряде кузнец звенел молотом, выправляя чей-то погнувшийся шлем. Лежали у костров раненые, вокруг которых суетились вызвавшиеся ухаживать за ними люди. Каждый был занят своим делом, и все же Ратхара заметили.

– Эй, парень, куда это ты в такую пору?
– В спину юноше, уже почти выбравшемуся из бивуака, донесся знакомый голос. Ратхар обернулся и увидел неторопливо шагавшего вслед за ним Эмера.
– Сдается мне, ты задумал какую-то глупость, приятель, - пристально взглянув на юношу, произнес воин, остановившись напротив оруженосца Дер Винклена.

Рука Эмера по-прежнему покоилась на перевязи, хотя пробитое вражеским болтом плечо почти уже зажило. И потому северянин, все же считавшийся еще раненым, был освобожден от большинства хлопот по лагерю, присматривая за своими товарищами, теми, кому было хуже, чем самому Эмеру, а чаще просто слоняясь по округе. Потому он единственный и заметил кравшегося в сторону леса юношу.

– Я не поверю, что ты просто решил сбежать, - задумчиво произнес Эмер.
– Ты не из таких, парень, это точно. Но ты идешь в сторону замка. Так что же ты замыслил, какое такое безрассудство?

– Я должен идти, - ответил Ратхар.
– В замке - мой враг, которому я поклялся отомстить. Эрвин убил мою невесту, и ради того, чтобы отыскать его и наказать, я и покинул свой дом, чтобы теперь вернуться на руины, к свежим могилам, а не к живым отцу с матерью. Я гонялся за ним, не единожды оказываясь на краю жизни и смерти, и теперь я хочу воспользоваться шансом, что дарует мне судьба. Я пойду туда и исполню клятву. И если ты посмеешь остановить меня, Эмер, мне придется убить и тебя.