Звезда дураков
Шрифт:
– А что-нибудь конкретное?
– В смысле, ругнуться на эльфском?
– В смысле, они имеют отношение к пропаже Алисы?
– Не знаю. Но они имеют отношение к нападению на Альфа.
– Это точно?
– Я Брану стрелу показывал. Это их стрела. Может Бран и соврал, конечно, чтобы союзника получить в борьбе с этим дроу, но я так не думаю.
– Почему?
– То, что между ними происходит, это не война и не вражда. Это месть. А мстить нельзя чужими руками. От этого весь вкус блюда теряется.
– Так что с Алисой?
– Да откуда я знаю!?!
– Но орите - вас только-только заштопали. Края разойдутся. По-другому вопрос сформулирую - если дроу имеют отношение к ее пропаже, то где ее надо искать?
– Не знаю.
– А вы вообще, кроме этой фразы, какие-нибудь другие слова знаете? Какого черта вы туда катались? За новым шрамом в свою коллекцию? Где вы его раздобыли, кстати? Не от этого Брана, как я понял?
– Все, Карелла, заткнитесь. Когда я предложил сразу вопросы задавать, то погорячился немного... много погорячился. Я был ранен, болен, пьян, в бреду и при смерти. Сейчас пришел в себя и отменяю это предложение.
Я дотянулся до столика и взял меч.
– Если кто-нибудь пасть раскроет, то все зубы ножнами вышибу... Альф, Ясмин - вас это не касается. Понятно?
Альф кивнул, Ясмин улыбнулась от уха до уха, Карелла поджал губы.
– Вы, Виктор, никогда с эльфами не разговаривали. Я, в общем-то и до этого догадывался, но сейчас окончательно убедился. Хорошо, что я вас с собой не взял, а то не узнал бы и тех крох, что узнал. Дроу живут под землей. Не так, как цверги, или дварфы. У них там целые города. Слабо верится, но теоретически такое может быть. Даже на Заячьем полуострове куча громадных пещер. Куда они ведут и где заканчиваются... До конца никто не ходил. А хребет Фенрира намного больше тамошних пригорков. В городах дроу никто, кроме самих дроу не был. А если кто и был, то не расскажет. Никогда, никому и ничего. Сами дроу выше эльфов. Как я понял, ростом они примерно с человека. На поверхность выходят по ночам, а днем укрываются где-нибудь от солнца.
Я посмотрел на Виктора. Его аж разрывало от рвущегося наружу вопроса, но он все-таки сдерживался. Так что я проявил милосердие.
– К вампирам они никакого отношения не имеют. Раньше, когда в округе вампиров было поболе, то воевали с ними. Заметьте - единственные из не-людей. Воевали свирепо, яростно и жестоко.
– Если так, то может, они могли бы стать союзниками?
– Против кого? Вампиры все в Сиуте.
– Не знаю. Но сам факт - они единственные воевали против вампиров.
– Это ничего не значит - они воюют со всеми, а между собой воюют постоянно. И война у них всегда свирепое, яростное и очень жестокое мероприятие. Как и у нас, впрочем.
– Их что, много?
– Мало. Но их внутренние войны больше похожи на наши политические интриги. Очень локально и только с применением предательства, яда, удара в спину и прочих приемов, которые основные религии не одобряют. Причем, не одобряют как человеческие религии, так и не-человеческие. А религия дроу это не просто одобряет, а поощряет.
– А что у них за религия?
– Не особо вникал, но там что-то, связанное с мраком, хаосом и пауками. Сами эти ребята очень высокомерны... мне вот просто любопытно - это ж насколько высокомерной скотиной надо быть, чтобы про тебя ЭЛЬФЫ так говорили? Что еще? Умные, хитрые, изворотливые, хладнокровные, непредсказуемые, беспощадные, абсолютно беспринципные и жестокие... хотя даже не уверен, что тут слово "жестокость" применимо. Они никого не щадят, но и сами пощады ни от кого не ждут. Ни перед чем не останавливаются и идут до конца. Никому не верят. У любого дроу есть знакомые, но нет друзей. Есть родственники, но нет родственных чувств. Это понятно - вероятнее всего именно какой-нибудь племянник тебе нож под ребра и воткнет, когда спиной к нему повернешься.
– Малоприятный народ.
– Слабовато сказано. Но, знаете, Виктор... они сволочи, конечно... но сволочи моей масти.
Я имел в виду, что на протяжении двенадцати военных лет то и дело встречал подобных людей. Для того чтобы быть сволочью, вовсе не обязательно быть дроу. Карелла посмотрел на меня долгим взглядом, покачал головой и ничего не сказал.
– Дальше. Очень сильные маги. Не наши колдуны, а именно маги. И их магия не похожа ни на нашу, ни на эльфскую. Превосходно видят в темноте. Солнца не боятся, но не любят. Силой не отличаются, зато очень ловкие. Хорошо стреляют из луков и арбалетов. Часто смазывают наконечники стрел ядом. На саблях дерутся неплохо, но сами сабельки такие же, как у эльфов - маленькие и легкие. Впрочем, я не думаю, что до этого дойдет.
– Почему?
– Дуэли при большом скоплении народа - не их стиль. "Шепчущие шаги", помните? Нож в спину, удавка на шею во сне, яд в стакан вина, стрела в темном переулке - вот это это их стиль. И никаких следов. Даже примятой травинки. Их мало, вокруг только враги... Враги даже те, кто пока не враги. Они действуют наверняка. Каждая маленькая ошибка может стать последней.
– В общем, такое себе, абсолютное зло...
– Не зло, Виктор. Хаос. Хаос - это не зло и не добро. Это хаос. "Добро" и "зло" - это порядок. Какие-то правила. Хаос - это отсутствие любых правил. И даже отсутствие любых правил - не правило. Правила могут присутствовать, но могут и измениться в любое время. Сию минуту или вчера.
– Я не понимаю...
– И не поймете. Время - тоже не правило. Времени нет.
– Вы бредите?
– Нет. Просто я хотел, чтобы вы поняли, а вернее - чуть почувствовали, что такое хаос.
– Я ничего не понял.
– Понять невозможно. Можно почувствовать.
– Да я себя полным идиотом чувствую.
– И это хаос.
– Вы точно в сознании?
– Вполне. Знаете, что когда я был в Гильдии колдунов...
– ЗАТКНИСЬ!
Видно я его все-таки достал в том "толстом коте". Хорошо. А то как-то начал в своих способностях сомневаться.
Виктор похрустел пальцами, поиграл желваками, посжимал губы и наконец спросил:
– Вы это откуда знаете? В Академии учили?
– Нет. Я после Академии двенадцать лет на дополнительные занятия ходил. Там много чего преподавали.
– Ладно. Они... эти дроу, на эльфов очень похожи? Распознать их можно?
– Разве я не сказал? Распознаете с первого взгляда. Они черные.
– Альф, он в порядке? Может, у него жар?
Альф даже не встал с места. Вообще, он наиболее адекватно воспринимал то, что я говорил. Виктор дергался, а Ясмин слушала все, как сказку.