Демон в наследство
Шрифт:
Селена попятилась, стараясь ступать как можно тише.
Первым ее порывом было захлопнуть дверь, запереть домик и больше никогда сюда не возвращаться. Но вдруг тому, кто звенел цепями, требовалась помощь? С одной стороны, Ровена вполне могла заковать в подвале невинного человека, у нее-то точно не дрогнула бы рука. А с другой… вдруг она заковала его неспроста?
Селена попятилась еще на шаг. Могла ли она уйти и затем работать в своем любимом садике, зная, что рядом с ней, практически за стенкой, заперт узник?
Снизу до нее снова донесся звон цепи и… скуление. Не человеческое, скорее… собачье. Такое мучительное, что у Селены дрогнуло сердце. Набравшись смелости, она шагнула вперед и спустилась на пару ступенек. Гнилостный запах усилился, но еще в нем стали различимы слабые ноты серы. От рвотного позыва у Селены перехватило горло.
«Даже если там просто собака, насколько длинна цепь? — от страха на ее спине выступил холодный пот. — Как набросится на меня сейчас!»
Тем не менее, она спустилась еще на одну ступеньку и прищурилась, всматриваясь в темноту. Похоже, это действительно была собака, черная и очень крупная.
— Ты ведь меня не тронешь? — дрожащим голосом спросила Селена. — Хороший песик, хороший. Я тебя не обижу, — для верности добавила она. — Ты же не кусаешься?
Пес не только не кусался, но и вообще не шевелился. Вдыхал редко и почти бесшумно.
Она приблизилась еще немного, затем еще. Снова ничего не произошло, поэтому Селена медленно присела перед ним на корточки, готовая в любой момент выскочить и помчаться наверх.
Секунды шли, ничего не менялось.
Селена протянула руку и дотронулась до бока пса. Шерсть под ее пальцами была короткой, гладкой и жесткой. Грязной. Под ней — выпирающие ребра.
Она скользнула рукой чуть ниже, к впалому животу, затем к спине, провела ладонью по торчащим позвонкам. Неудивительно, что пес не напал. Да он был так изможден, что не смог бы даже просто встать на лапы.
— Как же так… — пробормотала Селена, продолжив неуверенно гладить пса. — Как ты тут оказался? Зачем мама держала тебя здесь?
Ровена ненавидела собак. Много лет назад на нее напал волк. Селена помнила, как мать пришла домой, подволакивая кровоточащую ногу. С тех пор она хромала и на все просьбы дочери завести питомца — хоть какого-то друга — отвечала категоричным отказом.
И вот теперь собака в подвале…
Селена нащупала тонкий металлический ошейник, слишком узкий для такого большого животного. Он впивался в тощее горло, и шерсть вокруг него была влажной. Сначала Селена приняла влагу за кровь, но потом по усилившемуся гнилостному запаху поняла, что на горле пса уже началось нагноение.
У Селены защипало глаза от слез. Даже если эта собака сделала что-то страшное, никто не заслуживает такой участи — долго и мучительно умирать от истощения в темноте, одиночестве. Страдать от голода и язв. Никто!
Что бы ни натворил этот пес, Селена не собиралась продолжать начатое матерью. Ни за что. Более того, она собиралась все исправить. Селена принялась водить пальцами по ошейнику, выискивая замочную скважину, которой на нем не оказалось. Была лишь мудреная застежка, но наощупь Селена не смогла понять, как ее расстегнуть.
— Подожди меня немного, ладно? — погладила она пса по голове. — Я сейчас вернусь.
Буквально вылетев из подвала, Селена обшаривала все шкафы, в спешке громыхая ящиками, пока не нашла огниво и огарок свечи. Даже такого маленького, его пусть ненадолго, но должно было хватить.
От волнения Селена не сразу сумела разжечь огонь и преуспела лишь с третьей попытки. Обратно спускалась она уже не так торопливо, чтобы не погасить с трудом добытое пламечко.
Теперь Селена смогла получше рассмотреть узника Ровены.
Черный. Чернее ночи, с гладкой короткой шерстью, какой она еще ни разу не встречала у собак. Большой. Наверняка раньше он был массивным и матерым, но теперь превратился в скелет.
Пес наблюдал за Селеной из-под полуприкрытых век.
От этой картины у нее в горле встал ком. Ранее во тьме пес казался не таким изможденным. Теперь, если бы он не дышал и не смотрел на нее, мог сойти за мертвого. Но он был жив и нуждался в помощи. Бедняга и так уже настрадался на десять собачьих жизней вперед.
— Давай сначала снимем с тебя эту ужасную штуку…
Поближе рассмотрев ошейник, Селена обнаружила, что он отлит из серебра, причем отлит неумело. Может, мать сделала его сама? Сделала и весь исписала странными символами, очень похожими на те, что были вокруг дверной ручки.
Застежка оказалась хитрой, и Селене пришлось потрудиться, чтобы открыть ее, да и пристегнутая к ошейнику цепь мешала. От каждого движения пес дышал чуть тяжелее и даже пару раз пропускал вдохи. Ему было больно, но стало бы еще хуже, останься он в этой металлической удавке.
Селена пыхтела не меньше пяти минут и даже сломала ноготь, но не сдалась и была вознаграждена, когда серебряный обруч упал на пол. Она тут же с отвращением отшвырнула его прочь.
Рана на шее пса оказалась глубокой, гнойной. Такую не вылечишь простой перевязкой. Вот только все травы и снадобья они с матерью хранили в своем домике, здесь же лишь выращивали для них ингредиенты.
— Попробуешь встать? — спросила Селена пса.
Она сомневалась, что он осилит путь по лесу, но нельзя же было оставлять его здесь, в темноте и холоде! Подхватив пса под бока, Селена потянула его вверх. Безуспешно. Он лишь пару раз дернул передними лапами, задние так вообще у него будто отнялись.