Чтение онлайн

В следующее мгновение у нее заломило ребра, словно от сильного удара. Второй такой же удар пришелся ей между лопаток, и она пошатнулась в седле. Тело пронзило болью, будто из него на живую тянули все жилы одновременно.

Одно дело исцелить собаку, и совсем другое — дать повелителю Седьмого круга достаточно сил для победы над перворожденным демоном.

Селене таки удалось сделать судорожный вдох, но он не помог. Видение ее помутилось. Похоже, тело отдало слишком много и решило погасить сознание, чтобы избежать смерти. В прошлый раз Селена не выдержала, упала в обморок...

Но она больше не была той слабой беспомощной девочкой. Теперь она держалась, отдавая еще и еще. Всю себя. Без остатка.

На очередном спазме Селена почувствовала, что летит вниз. Следующий удар был уже не эфемерным, а самым настоящим — о твердые камни моста.

Она заставила себя держать глаза открытыми, хоть и видела перед ними лишь черное-черное небо Седьмого круга. Без звезд, с восходившим тонким серпом алого месяца, напоминавшим окровавленный клинок.

Поначалу раскаленные камни жгли ее спину, но затем на смену жару пришел холод. Он пополз от пальцев рук и ног к плечам и бедрам.

По пустоши разнесся торжествующий рев. Ему вторили сотни легионеров, включая преторианцев у моста, чьи восторженные крики звучали ближе всех.

Ваал выиграл бой.

Селена улыбнулась в бархатное бескрайнее небо. Оно будто бы сходилось вокруг нее, смыкало темные объятия и утягивало к себе.

Она предельно ясно понимала, что умирает, но ей больше не было страшно. Она победила, ведь победа Ваала была и ее победой. И плевать на цену.

Селена с малых лет знала, что закончит жизнь на костре, однако Ваал не только отсрочил ее смерть, но и показал ей жизнь, ведь в Салехе то было жалкое существование.

Она ни о чем не жалела.

По пустоши разнесся уже другой рев — ярости, боли и горя. Значит, Ваал все почувствовал. Лучшее прощание — узнать, как дорог был повелителю его несмышленыш.

— Я тоже тебя…

Договорить Селена не смогла, захлебнувшись темнотой.

Над Седьмым кругом всходило солнце. Оставалась лишь пара часов, прежде чем оно начнет припекать, и Брут хотел отправиться в путь до наступления жары. Он устал, и ехать ему никуда не хотелось, как и вороному под ним. В конце концов, после битвы при Наар Динур прошло всего три дня, и никто еще не успел толком отдохнуть.

Брут вообще не понимал, зачем ему сопровождать повелителя в поездке на Третий круг. Он предпочел бы остаться в цитадели, но приказ был четким и ясным — седлай коня.

Осталось дождаться самого Ваала. В иное время Брут посмеялся бы над тем, что его друг никак не может отойти от своей женщины, но не сегодня. Не после того, что она сделала для Седьмого круга.

До сих пор Селена так и не пришла в себя. Брут не знал, каким чудом Ваал удерживал ее в этом мире, ведь она умирала. Слуги шептались о темной магии, но Брут не был склонен им верить. Во все века бесы любили почесать языками, а если уж выпадает возможность посудачить о самом повелителе…

Темная магия или нет, Брут допускал, что Селена не очнется никогда.

Она заплатила цену за всех них и дала Ваалу сил, чтобы легко, будто бы играючи, оторвать голову перворожденному демону. Конец сражения, конец войны.

Трусливые легионеры Асмодея бросились прочь, и воины Ахиги до сих пор прочесывали пустоши, чтобы добить их. Оставшиеся солдаты Ваала оцепили цитадель Третьего круга, жители которой сейчас ожидали триумфального появления победителя.

Вот только победитель этот не чувствовал себя таковым. Когда он на поле боя взревел от боли, у Брута заболело за него сердце. Он до сих пор помнил, как Ваал бросился к Селене, уничтожая всех, кто стоял на его пути — испепеляя и разрывая на куски. Упал перед ней на колени он уже в своей человеческой ипостаси.

И уже через несколько минут умчался в цитадель верхом на Хеллстиде, забрав Селену с собой. Ваал имел на то полное право — основная работа была сделана, ну а с зачисткой Брут и Ахига справились без него.

Оставив полководца разбираться с солдатами, Брут погнал Цербера обратно на Третий круг. По пути дикая псина таки тяпнула его пару раз. Прокусив пылающую чешую, она обожгла две пасти из трех, после чего больше не пыталась повторить этот трюк. У Брута же на память остались красивые шрамы, которыми он собирался гордиться.

По возвращению домой Брут нашел цитадель поразительно тихой. Война была выиграна, но госпожа умирала. Все в тягостном молчании ожидали ее пробуждения и старались не шуметь, дабы не потревожить повелителя, не отходившего от нее ни на шаг.

Однако ему все же пришлось выйти из спальни, когда в цитадель пожаловал Утренняя звезда. Король Инферно уже знал — чувствовал — что у Третьего круга сменился повелитель, победивший своего предшественника в честном бою.

Теперь Ваал, сам того не желая, должен был править двумя кругами. Какой демон выдержит подобное и останется в здравом уме? Обезумевший повелитель опасен сам по себе, что наглядно продемонстрировал Асмодей, ну а обезумевший повелитель двух кругов… тем более сейчас, теряя Селену, Ваал сходил с ума и без давления удвоившейся власти.

Люциферу еще только предстояло решить этот вопрос, вот почему сейчас они отправлялись на Третий круг.

Ваал категорически не желал оставлять Селену, благо Лилит пообещала лично приглядывать за ней и заботиться. А уж королева Инферно слов на ветер не бросала. Скрепя сердце, он согласился ради блага Седьмого круга… да и Третьего тоже.

Сегодня, наконец-то выйдя во двор, Ваал ни с кем не поздоровался и поднялся в седло.

Брут отметил, что тени под глазами его друга стали еще темнее, чем были накануне. Кожа стала землистого оттенка, что в утреннем сумраке было особенно заметно. Волосы его уже который день не видели гребня. Он будто бы даже осунулся.

— Поехали, — хрипло сказал Ваал, тронув пятками бока Хеллстида.

Глядя ему вслед, Утренняя звезда удрученно покачал светловолосой головой. На его молодом и ангельски красивом лице легко читалась печаль. Даже король Инферно не знал, как помочь Ваалу. В эту минуту он был просто отцом, чей сын страдал, но не желал никого подпускать к себе.

— Папа! — раздался звонкий голос.

Брут посмотрел на Лейлу, появившуюся в дверях. Младшей дочери Люцифера и Лилит едва исполнилось четырнадцать, и они решили взять ее с собой, чтобы заново познакомить со старшим братом, ведь когда Ваал пропал, она была совсем крохой.