Чтение онлайн

Машины проезжали мимо, отражая солнечный свет, теплый, как цвет ее глаз.

Тим заметил Мьюз раньше, чем вывеску магазина — ее красное пальто было видно за несколько кварталов. Она сидела на ступеньках, откинувшись на них в почти величественной манере, и бархат ее платья поблескивал на солнце, как мех черной кошки.

— Как тебе удается выглядеть одновременно как девушка по вызову и Грейс Келли? — спросил Тим, когда подошел к ней.

Мьюз хмыкнула:

— Столетия практики. А ты почему выглядишь так, будто тебя только что убили?

— Все так плохо, да? — пробормотал Тим, усаживаясь рядом.

— Можешь мне рассказать, — неожиданно мягко сказала Мьюз. — Я вроде как умею слушать.

Тим глянул на нее.

— Ты ведь слушала кого-то из великих?

— Уильям был тем еще хвастуном.

— Ага, конечно, — хмыкнул Тим.

— Серьезно. Не мог заткнуться. В основном говорил стихами. Пришлось заставить его записывать все это.

Тим усмехнулся, потом вздохнул.

— Девушка, которую я люблю, только что сказала, что больше не будет со мной разговаривать.

— Она сказала почему? — спросила Мьюз тоном врача, собирающего анамнез.

— Ее парень против.

Мьюз присвистнула:

— А ты умеешь создать драму.

Тим поморщился.

— Ну, поздравляю, — сказала Мьюз, похлопав его по плечу. — Это огромный шаг вперед.

— Вперед?..

— Тим. — Мьюз посмотрела на него, снисходительно улыбаясь. — Люди не сообщают тем, кто им безразличен, что больше не будут с ними разговаривать. Они просто перестают общаться.

Тим уставился на нее.

— Эй! — раздался раздраженный голос позади. — Вы не могли бы пересесть куда-нибудь в другое место?

Тим оглянулся — у двери магазина стояла девушка консультант и смотрела на него сверху вниз.

— Только если вам не хочется получить комиссионные, — раздался сладкий голос с того места, где сидела Мьюз. Тим посмотрел туда — рядом с ним сидела блондинка с сияющими волосами, в безупречном белом пальто и с тысячедолларовой улыбкой.

— Простите, мэм, — смутилась консультант. — Не торопитесь.

Она закрыла дверь, и Мьюз снова стала собой.

— Ладно, — сказала она, резко вставая. — Пойдем, приведем тебя в порядок. Кстати, — добавила она, когда Тим тоже поднялся, — а эта девушка, которая не хочет с тобой общаться, знает, что ты ее любишь?

— Надеюсь, что нет.

— Ну, — широко улыбнулась Мьюз, и ее уродливо-красивое лицо выглядело одновременно нежным и ехидным, — может, стоит начать надеяться на обратное?

Тим скривился, но почему-то почувствовал себя намного лучше.

Хорошо, что Мьюз вызвалась помочь ему с этим. Пока она с консультантом обсуждала все существующие модели смокингов — которые для Тима выглядели совершенно одинаково — он мог стоять в примерочной, как послушный манекен, позволяя одевать и раздевать себя. Мьюз снова выглядела как изысканная блондинка, и Тим смутно задавался вопросом, считают ли его неудачливым племянником или счастливым альфонсом. Впрочем, это не имело никакого значения. Сейчас его куда больше волновали совсем другие вещи.

— Что ж, мистер Алдервуд, — профессионально пропела консультант, подходя к нему и помогая ему снять смокинг, будто это были доспехи. — Я думаю, этот вариант — идеальное попадание. И ваша мама тоже так считает.

— Мама? — переспросил Тим, уставившись на нее.

Консультант покраснела и пробормотала:

— Ну… та дама, с которой вы пришли.

Тим посмотрел на Мьюз, которая сидела в кожаном кресле, закинув одну стройную ногу на другую. Ее платье было цвета топленого молока, жемчуг на шее мягко переливался, и даже светлые волосы отливали перламутром.

— Моя мама — брюнетка, — усмехнулся Тим и задернул занавеску.

Когда он снова переоделся в джинсы, майку и куртку, а консультант ушла прятать смущение за кассой, Тим подошел к Мьюз и сел в соседнее кресло.

— Мама, да?

Она улыбнулась. С ее нынешним лицом это выглядело, как реклама «Живанши».

— Это было самое правдоподобное объяснение. Только не говори, что ты все испортил.

— Боюсь, что да.

Она вздохнула.

— Скажи, зачем Бенедикт собирается выдать Идену одежду? — спросил Тим. — Что за адский фетиш?

— Иден ничего тебе про него не рассказывал?

— Только то, что он — удивительный мерзавец. Это включает специфические кинки?

— Нет. Это включает специфическую проницательность. Он выдает не просто одежду, а ту, которая ограничивает способности. — Мьюз нахмурилась, и на ее ухоженном лице проступили ее настоящие черты. Она выглядела встревоженной.

— Это опасно?

— Крайне, — с холодной усмешкой ответила она. — Для Бенедикта.

Тим приподнял брови.

— Почему?

Мьюз посмотрела на него пристально, и ее тревожное лицо стало жестким и мудрым.

— Ты должен кое-что понять о моем брате, Тим. Он — не человек. Он — очень древняя и очень могущественная сущность, которая начала терять контроль. Все, что он делает — это пытается сохранить себя. Как…

Она замолчала, подбирая сравнение.

— Как вселенная на грани взрыва, — пробормотал Тим.

Мьюз взглянула на него резко — и рассмеялась.

— Черт, ты действительно хорош.

Тим слабо улыбнулся, но тут же снова погрузился в раздумья.