Чтение онлайн

Они были… совершенно непредсказуемыми.

Тим улыбнулся. Возможно, ему будет этого не хватать. Он прошел мимо пожилой дамы к двери в подсобные помещения; когда Тим уже собирался открыть заднюю дверь, то услышал, как Мария, продавец-консультант, спросила: «Чем я могу вам помочь, мэм?» Тим обернулся. Она стояла рядом с матерью, приветливо улыбаясь девочке.

Тим тихо усмехнулся и вошел в небольшой холл с несколькими дверьми; одна из них была приоткрыта. Тим тихонько постучал по дверному косяку и заглянул внутрь.

В кабинете, как обычно, царил безупречный порядок; все было на своих местах, включая миссис Стэнли. Она смотрела в экран ноутбука, и ее интеллигентное лицо было еще более сосредоточенным, чем обычно; похоже, она не слышала стука. Наверное, это было неудачное время, чтобы ее отвлекать — но Тим все равно собирался увольняться, верно? Поэтому он тихо кашлянул и сказал:

— Добрый день.

Миссис Стэнли вздрогнула и подняла взгляд.

— О, здравствуй, Тим. Проходи.

— Я принес свое заявление. — Он остановился у стола в нерешительности. Должен ли он сесть?

— Знаешь, Тим, вообще-то… — медленно начала миссис Стэнли. — Наверное, нам стоит все это еще раз обсудить.

— Но вы же сказали, что не можете держать ненадежного сотрудника, — сказал Тим, сбитый с толку.

— Ты не такой уж ненадежный, если честно. Я выразилась слишком резко тогда. И у тебя сейчас сложный период, я знаю.

— Немного, — признался Тим.

— Ну вот, у всех нас бывают сложные периоды, верно? — она нервно рассмеялась.

— Наверное, — согласился Тим неуверенно.

— На самом деле, — продолжила миссис Стэнли серьезно, — ты мой лучший консультант, если говорить о продажах. Так что, если ты пообещаешь быть чуть более ответственным, я буду рада оставить тебя.

Тим стоял неподвижно; кредитная карта в кармане вдруг показалась раскаленной добела.

— Можно я подумаю об этом? — наконец спросил он.

— Конечно, — улыбнулась миссис Стэнли.

Тим кивнул и вышел из кабинета. В магазине пожилая дама уже читала Марии лекцию о классической английской литературе девятнадцатого века. Тим подошел к витрине, заклеенной плакатами с осенними спецпредложениями и картонными листьями. На улице почти чувствовалась зима: декабрь приближался с осторожным обещанием подходящей погоды для праздников. Впрочем, все могло измениться в один миг — и тогда их снова ждет промозглое, дождливое Рождество.

«Ты должен принять ее предложение, — мягко подсказал голос в его голове. — Все равно ты ничего другого не умеешь делать».

— … И, если бы вы когда-нибудь слышали о таких авторах, как Остин или Чарльз Диккенс, юная леди, вы бы не пытались продать мне это! Великолепная мощь их повествования…

Тим обернулся и взглянул на Марию. Она сохраняла спокойствие, но было видно, что ее терпение на исходе.

— Простите, мэм, — сказал Тим, подходя к ним. Они повернулись к нему, и внимание дамы тут же переключилось на него.

— Да? — резко отозвалась она с возмущением в голосе.

— Я имею удовольствие быть знакомым с этой молодой леди, — сказал Тим, кивнув на Марию, — и я могу поручиться, что она не только слышала об этих авторах, но и неоднократно читала их. Однако издательства больше заинтересованы в продаже новых книг, чем классики, и книжные магазины тоже. Но, — продолжил он, заметив, что дама собирается возмутиться снова, — я хотел попросить у вас совета, если вас не затруднит его дать.

Дама скептически фыркнула.

— Я слушаю.

— Я подслушал, как вы начали говорить про силу повествования, и хотел бы узнать, не могли бы вы посоветовать мне книги по нарратологии?

Дама задумалась на мгновение.

— Где у вас раздел с теорией литературы? — спросила она Марию.

— Вон там, — ответила Мария, указав за спину дамы. Та ушла в указанном направлении, а Мария беззвучно шепнула Тиму: «Спасибо».

Тим подмигнул ей и пошел следом за дамой.

— «Психология», «Бизнес и продвижение», глупость, чепуха, вздор… Ага, вот! «Писательство и теория литературы». Ну, молодой человек, и насколько вы знакомы с нарратологией?

— Честно говоря, я понял, что мне нужно с ней ознакомиться, только сегодня утром.

— Хм… И что же послужило причиной этого внезапного интереса?

— Эм… — Тим запнулся. Дама явно не жаловала современных писателей. Но она и не выглядела человеком, которому можно было успешно соврать. — Я пишу книгу. — Дама прищурилась. — Но я пришел к выводу, что мне нужно лучше понимать процесс создания истории.

Она поджала губы.

— Художественная литература?

— Что, простите? А, вы про мою книгу. Да, художественная.

Она взяла с полки том.

— Вот. Возьмите Воглера. Это тоже чепуха, но хотя бы понятно написанная даже для вашего неграмотного поколения. Удивляюсь, как вы вообще умудряетесь читать, не то что писать, — проворчала она, протягивая ему книгу.

— Спасибо, — улыбнулся Тим. — Кстати, вы читали «Образование с Джейн Остин» Уильяма Дересевича?

— Что это еще такое? — Дама подняла брови.

— Чепуха, — ухмыльнулся Тим. — Но думаю, вам бы понравилось.

Она пристально смотрела на него несколько секунд.

— Спасибо, — сказала она снисходительно. — Попробую.

— Она должна быть где-то там, — он указал на соседнюю полку и пошел к кассе. Мария одарила его сияющей улыбкой.

— Ты лучший, — сказала она тихо, пробивая его книгу.

Тим облокотился на стойку и окинул взглядом размеренное великолепие стеллажей.

— Я знаю, — сказал он, доставая карту из кармана и протягивая ее Марии. — Но пора стать лучшим в чем-то еще, я думаю.

— Тогда удачи тебе, — вздохнула она, отдавая ему книгу. Тим улыбнулся ей и шутливо отдал честь. После этого он вернулся в подсобку, заглянул в кабинет и сказал: